Хищник (ЛП) - Мэнн Марни - Страница 10

И, кажется, она была не против.

— Ты готов отпраздновать, Бородач? — спросила стриптизерша. Ладонью она всё ближе подбиралась к киске Лейлы.

В глазах Лейлы появился голод. Она приоткрыла губы и схватилась за перила, глядя на меня, будто пыталась убедить меня в чем-то.

Но я не особо понимал в чем. Не знал, наслаждалась ли она тем, что я наблюдал за ними двумя — во что бы это ни превратилось — или она просто хотела угодить стриптизерше.

Ответ имел значение.

Потому что, обычно к этому времени, я бы уже смотрел на то, как обе женщины сосали мой член, и решал, которую из них поимею в киску, а которую в задницу. Но вовлечены деньги — мои деньги, и немалые. Поэтому я не мог облажаться и испортить наши отношения.

Мне нужно было убраться отсюда.

— Сегодня ты проделала хорошую работу, — сказал я Лейле. — Очень хорошую, — я сделал шаг в сторону двери. — Я напишу тебе, когда вернусь в Майами.

— Не уходи,— сказала стриптизерша. — Веселье еще даже не началось, — она пососала один из кубиков льда из своего бокала и провела им по шее Лейлы. — Здесь так жарко, — капли стекали по груди Лейлы и исчезали между сиськами. — Я собираюсь сделать так, что будет еще жарче.

Обе женщины посмотрели на меня.

Я хотел бы увидеть, как она это сделает, особенно с Лейлой.

Стриптизерша хотела, чтобы я остался; это было понятно. Но вот Лейла до сих пор не сказала ни слова.

В случае, если она просто искала выход, мне нужно было дать ей один.

— Лейла, — сказал я. — скажи мне, если хочешь, чтобы я ушел.

Она слегка выгнула спину, давая стриптизерше больше доступа к своему телу, затем медленно потянула руку любовницы вверх, прижимая кубик льда к своему соску. Как только он коснулся вершинки, она застонала.

Голос бизнесвумен, который она использовала до этого, исчез. Не осталось никакой мягкости. Лишь жажда и похоть.

И мне, черт возьми, это очень понравилось.

С тем же выражением, с которым она смотрела на Лейлу, стриптизерша посмотрела на меня.

— Я слышала, что тебе нравится, когда наблюдают, как ты трахаешься.

Я сказал это Лейле, когда мы были в том здании с травкой. Для кого-то, кто не любит член, очень необычно запоминать такие факты и говорить о них подружке.

Я облокотился на перила.

— Нравится.

Стриптизерша встала на колени.

— Я хочу, чтобы ты наблюдал.

Она скользнула рукой под платье Лейлы, и по тому, как та дышала, я мог предположить, что стриптизерша ласкала ее киску. Она наслаждалась этим; они обе этим наслаждались.

Но Лейла всё еще не ответила.

— Лейла, скажи мне, чего ты хочешь.

Откинув голову назад, она приоткрыла рот и застонала.

— Бородач, — выдохнула она.

Она крепко держалась за перила, как будто кто-то собирался сбросить ее вниз.

— И как тебе? — спросила стриптизерша.

Я уже дважды задал Лейле вопрос. Если она хотела, чтобы я ушел, она бы уже сказала мне об этом.

— Я ничего не вижу, так как на ней всё еще надето платье, — сказал я стриптизерше. — Покажи мне ее киску, и я отвечу тебе.

Стриптизерша приподняла платье и заправила его под лифчик Лейлы. На ней не было трусиков, и перед моим взором оказалась только киска. Она была одной из самых совершенных, которые я когда-либо видел. Припухшие губы, клитор, спрятанный посреди них. И всё это расположено между стройных бедер, которые были расставлены для лучшего обзора. Один из пальцев стриптизерши находился в киске Лейлы.

Мой член был тверд, как чертова скала. Было тяжело по-прежнему держать руки на перилах. Я хотел потрогать влажность, которую видел каждый раз, когда палец стриптизерши погружался внутрь, и обмакнуть в нее свой член. Я хотел увидеть соки Лейлы на моей коже, и ощутить, насколько горячими и липкими они были.

Но у меня не было такого шанса, поэтому я мог пока только отдавать приказы. Именно об этом говорила стриптизерша, когда спрашивала мое мнение. Если не могу прикоснуться к Лейле, то могу убедится, что стриптизерша поимеет ее так же хорошо, как поимел бы я.

— Добавь еще один палец, — скомандовал я.

Голова Лейлы всё еще была откинута назад, поэтому я не мог видеть ее глаза, но стоны становились всё громче.

— О, мой Бог, — выдохнула она.

— Убедись, чтобы эти два пальца вошли полностью. Поверни их, когда войдешь по костяшки, и покрути, чтобы она почувствовала полный контакт кожи к коже.

Лейла приподняла голову и сильно прикусила свою чертову губу. Казалось, что в любую секунду пойдет кровь.

— Бородач.

От этого стона и звука моего имени, предэякулят выступил на головке моего члена, и я почувствовал, что вот-вот кончу.

Черт, сейчас я отдал бы всё, чтобы она так стонала с моим членом во рту.

— Задействуй язык, — приказал я.

Улыбнувшись мне, стриптизерша повернулась лицом к киске Лейлы, высунула язык и провела им по ее клитору.

Я даже начал ревновать.

Я хотел эту киску на своем языке. Хотел попробовать ее. Хотел прижаться лицом, чтобы узнать, как она пахнет на самом деле.

— Раздвинь ее губы, — прорычал я. — И щелкни по клитору кончиком языка.

Движения головы стриптизерши подсказали мне, что она ласкала Лейлу длинными поглаживаниями снизу вверх, и я знал, что в киске всё еще находились два пальца. Лейле сейчас было очень хорошо. Выражение ее лица, а также издаваемые ею звуки не оставляли в этом сомнений. Но я знал, как сделать еще лучше. Стриптизерша вылизывала ее недостаточно быстро; она скользила пальцами и двигалась не так, как мог бы я.

Лейле нужна скорость. Больше трения. Ей нужны грубость и сила.

А это стриптизерша дать ей точно не могла.

Но мог я, так как знал, как сделать лучше.

— Добавь еще один палец, — я подошел поближе, но держался всё еще на расстоянии. — Двигай всей рукой, резче входи пальцами и медленно выходи.

Глаза Лейлы распахнулись, когда стриптизерша последовала моим инструкциям. Дыхание Лейлы участилось, а бедра подергивались в такт движений пальцев стриптизерши.

— Черт, — застонала она. — Не останавливайся.

Би, лесби — кем бы ни была стриптизерша, она точно не первый раз вылизывала киску. Я был в этом уверен. Но что-то в моих приказах завело ее, и это, черт возьми, заводило и меня. Конечно, стриптизерша делала это по-своему, но сейчас я контролировал процесс.

— Быстрее ласкай языком, — сказал я. — Я хочу, чтобы ты лизала ее сначала вдоль, а после поперек. Затем я хочу, чтобы ты пососала клитор и немного пощекотала его кончиком языка.

— Да-а-а, — застонала Лейла. Она раздвинула ноги еще шире, всё еще цепляясь за перила.

Она была близка.

Я мог слышать это в ее голосе. Я видел это в том, как она двигала бедрами, пытаясь кончить на лицо стриптизерше.

— Жестче, — скомандовал я.

— Бородач…

Опять этот голос. Низкий, жаждущий. Требовательный и изнывающий.

— Быстрее, — приказал я.

— О, мой... Бородач, — это были последние слова, сказанные Лейлой, прежде чем я увидел, как ее захватывают волны оргазма. Дрожь началась с живота, а затем поднялась к груди, отчего ее сиськи в лифчике с заправленным под него платьем начали подрагивать.

Мой член был чертовски твердым под тканью джинсов, головка терлась о молнию, умоляя о гребаном освобождении. Звуки, которые издавала Лейла, то, как она стонала мое имя в оргазме, я не забуду еще долго. Вернувшись в свой гостиничный номер, я буду вспоминать их, затем снова в душе, когда буду дрочить.

Я наконец-то нашел тот голос, который мог бы сравниться с криками.

Глаза Лейлы встретились с моими всего на секунду, прежде чем она отвела взгляд. Затем она отпустила перила и потянула за платье, позволяя ему прикрыть ее тело. Ее лицо покраснело. Я знал, что это был не просто оргазм.

Она была смущена.

Хотя это было лишним. То, что я только что наблюдал, было одной из самых сексуальных сцен, которые я видел за долгое время.

— Подойди, — сказал я стриптизерше, которая только что встала с колен.