Тайный папа для двойняшек (СИ) - Владимирова-Бойко Марина - Страница 25

- Это не про меня я хочу помнить все. Каждый момент своей жизни, какой бы он не был. Хороший или не очень. Даже если мне захочется его снова забыть.

Что в данном случае страшнее всего? Не знать, что с тобой происходило до этого момента. Вот ты проснулся и жизнь, мысли – все как с чистого листа.

— Как произошла авария?

— Милый, тебе нужно успокоиться, — блондинка поправляет свои локоны и садится на край кровати. У нее стройные ноги, загорелая кожа. Но она выглядит такой чужой, такой неестественной, словно манекен, снятый с витрины дорогого бутика.

— Я хочу знать, что произошло. Я должен знать все! — говорю с такой угрожающей интонацией, что снова вертолеты в голове.

— Милый…, - блеяла она как овечка. — Ты уехал от меня, хотя я говорила, что тебе не нужно садится за руль.

Глава 35

- Анюта! Это стопроцентный вариант! – Рита стоит в центре зала и театрально размахивает руками. Глаза горят, темные локоны взъерошены. Одним словом: доктор Эйнштейн доказывает теорему.

– Спортсмен, красавец, тренер в фитнес-клубе. Настоящий альфа-жеребе… Точнее альфа-самец. Ты бы видела его бицепсы! – упасть и не встать. Это то что тебе надо! – гордо восклицает она.

Я слушаю, слушаю ее. Усердно наглаживаю белые маечки Арсюшки и Ксюшки и не понимаю: почему она решила, что мне именно это надо?

- Нет! – крепко сжимаю в руках утюг, который выпускает большую струю пара в сторону Риты. Кажется, у подруги проснулся самый настоящий азарт под названием: «Хочу женить подругу любыми способами и целями». Машина запущена и теперь Риту не остановить.

– С меня прошлого раза хватило, - продолжаю я. – Кстати, ты никогда не думала подрабатывать свахой? У тебя неплохо получается.

Рита пропускает мой вопрос мимо ушей и продолжает «гнуть свою линию». Наматывает круги вокруг гладильной доски, поднимая руки вверх, доказывая, что первый блин всегда бывает комом.

- Да, в прошлый раз ошибочка вышла, но кто же знал! В этот раз все по-другому. Стопроцентный, проверенный вариант, - она останавливается и смотрит на меня. – Вы просто поужинаете, пообщаетесь. Не понравится – всегда можешь уйти. Так сказать: послать ко всем чертям, пока трамваи ходят.

- Не вижу смысла ходить туда-сюда. Тем более времени у меня не так много, - оставляю утюг и снова подхожу к шкафу. Да, у Риты есть одна маленькая особенность: она любит все видеть в белом цвете. Замечает сначала хорошее, а затем, может быть увидит негатив. С одной стороны хорошо, а вот с другой… Это как одна из ее историй, когда она после шумной вечеринки вернулась домой с красавцем-парнем, а наутро проснулась в постели с тощим, старым поленом. «Буратино-пенсионер», - именно так о нем она высказывалась.

- Мне сегодня нужно погладить, на работу собраться. Еще в магазин сбегать, творога свежего купить. Хочу сырников детишкам приготовить.

- А я тебе помогу! И в магазин схожу, и форму твою наглажу до малейшей складочки. Тем более глажка не волк, далеко не убежит. А ты у себя одна, ты должна помнить об этом, - ее голос звучит настойчиво.

- Ладно… - не успеваю договорить, как Рита подпрыгивает почти до потолка и хлопает в ладоши.

Тут же в зале появляется Жулик. Трется об ноги Риты, ластится, будто одобряет ее решение. Сейчас-сейчас пушистый предатель, я тебя покормлю.

На самом деле мне прошлого свидания хватило. Особенно когда мужчина кавказской национальности сворачивал губы в трубочку, играл бровями и лез целоваться.

Причем, сразу после того свидания, когда я пришла домой на меня с вопросами набросились дети: «Где мамочка была?» «А мама встречалась с дядей?». От их вопросов чувствую себя неловко, хотя спрашивали они с таким волнительным взглядом, это когда смотришь захватывающий фильм, а на самом интригующем моменте появляется реклама.

Хотя хочется так же как и Рита – верить в лучшее. Хотя больше всего на свете мне хотелось, чтобы этот альфа-мега-тренер оказался Кириллом. Моим Кириллом. Но иногда желания сбываются.

Я закуталась в теплый длинный шарф, надела вязаную шапку из ангорки. Подвожу губы перламутровой помадой, объясняю очаровашкам, что я ненадолго.

Сегодня погода не располагала к долгим прогулкам. Казалось, что зима навсегда пришла в наш город. Мороз крепчал, мел большими хлопьями снег, завывала метель. Все белым-бело, будто разорвали пуховую подушку и теперь пускают перья по ветру.

Арсюшка говорит, что это все Снежная Королева. Когда метель, пурга и ледяное сердце. После его слов Ксения подбегает к брату и крепко-крепко его обнимает.

- Мой братик, мы тебя не отдадим, – крепко сжимает его в своих детских объятьях. – Мамочка, скажи, что мы его никому не отдадим?

- Никому, - склоняюсь над ними, провожу ладонью по их бархатистым щечкам. Какие же они любимые. Самые-самые. На что я готова ради их счастья? Да на все!

Этот мужчина действительно привлекателен. Точеный греческий профиль, загорелая, почти бронзовая кожа, рельефное телосложение. Хорошо одет, по-спортивному. Темно-синяя дутая куртка, шапка, белые кроссовки. Стоит одиноко на площади, сжимая в ладонях чахлый букетик ромашек.

- Привет! – легко произносит, когда я подхожу ближе и улыбается. Мне показалось, что у него нет переднего зуба. Пожимаю плечами. Может хоккеист или боксер? А может, просто показалось.

Протягивает цветы, шмыгает носом и снова широко улыбается. В этот раз точно не показалось. Скорей всего Рита видела его бицепсы, но не видела его зубы. Потому что они как рояль - через один.

Сначала мы гуляли по площади, а когда начали спускаться сумерки и загораться фонари - забрели на ярмарку.

Возле маленьких ларьков толпились люди. Играла заводная музыка, сверкали огни иллюминации, создавая праздничное настроение. Все смотрели, выбирали, покупали. Я тоже засматривалась на витрины. На яркие вязаные шарфы, шапки, кожаные сумки, кошельки, ремни.

Но в какой-то степени мой очередной новый знакомый напоминал мне скульптуру из музея. Когда вроде красиво, а внутри пустота. К примеру, когда открываешь красивую обертку, а там пустышка.

- Я один из лучших спортсменов. Лучший в городе, почти лучший в стране! – заявлял он с гордо приподнятой головой. – Я потомственный тренер. Мой дед тренировал знаменитый футбольный клуб.

Почему-то его слова не подкупали. Даже вот на какую-то сотую часть. Возможно он хотел произвести впечатление, делая только хуже. Слишком самолюбивыми казались его слова.

Снова думаю, что все зря. Можно вот так бесконечно ходить на свидания, знакомиться с новыми мужчинами – ничего не получится. По той самой причине, потому что сердце давным-давно отдано другому.

Как-то я услышала интересное выражение: “Когда заканчиваются отношения, мы не уходим на поиски нового человека, мы уходим на поиски себя”.

Наверное, так сейчас происходит со мной.

- Давайте посмотрим, какие там продают сувениры? – перебиваю его речь, в которой он снова восхваляет самого себя.

- Ага, - коротко отвечает и мы идем в направлении лавки, украшенной гирляндами. До меня доносится аромат липового чая, пахнет карамелью. Понимаю, что не прочь бы согреться, перекусить и выпить чашечку.

- Знаете, мне пора домой, - мне в конце-концов надоело слушать, какой он уникальный. А мы тут так - простые смертные.

- Знаете, как я в пять лет отжимался? От пола сорок раз и еще мог на кулаках. Знаете сколько грамот и медалей? Вся стена увешана! - он не умолкает. Наверное, я смогу незаметно уйти, а он так и будет продолжать говорить о себе.

Прощаюсь, разворачиваюсь и там вдалеке, где толпятся люди вижу мужчину. До боли знакомого мужчину. Он стоит ко мне в пол оборота, поправляет кожаные перчатки и о чем-то беседует со светловолосой девушкой в красивой шубке. Приглядываюсь и понимаю, что это он.

Это был Кирилл.

Глава 36

Кирилл

- Не рекомендую вам еще выписываться. Вам необходим постельный режим! – громко восклицает седоволосый мужчина в белом халате и растерянно смотрит на меня.