Тигр, Тигр (ЛП) - Хэмилтон Керстен - Страница 48

Глава 22

― Эйден, ― позвала Тиган, ― как добраться до рук Иггдрасиль?

― В ту сторону, ― Эйден указал на тропинку, ведущую в мертвый лес. ― Через монстров.

― Тебе придется петь, ― предупредил Финн.

― Знаю, ― прошептал Эйден. ― Тени приближаются.

― Мы будем рядом, ― сказала Тиган.

― Но ты не сможешь их остановить, ― уголки рта Эйдена опустились. ― Они идут, ― он тяжко вздохнул. ― Если мы пройдем через монстров и выберемся из Маг-Мелл, ты найдешь то, что тебе нужно, чтобы помочь Люси, да?

― Я сделаю все, что в моих силах, ― пообещала Тиган.

― Иногда «твоих сил» недостаточно.

― Это правда, ― признала Тиган.

Эйден рассматривал мертвые деревья впереди.

― Если я сделаю все, что в моих силах, и этого будет недостаточно, вы бросите меня?

― Никогда, дружище, ― заверил Финн. ― Мы будем с тобой, несмотря ни на что.

― Финн! ― голос мистера Уилтсона заставил всех вздрогнуть. ― Что ты здесь делаешь? Эйлин будет в восторге. А кто это с тобой?

― Его зовут Томас, сэр, ― ответил Финн.

Мистер Уилтсон наклонился, чтобы рассмотреть перевернутое лицо Томаса.

― Приятно познакомиться, ― сказал он, а затем театральным шепотом спросил: ― С ним все в порядке?

― Папа, ― позвала Тиган. ― Ты знаешь, где мы?

Мистер Уилтсон огляделся.

― Мне никогда не нравилась южная часть Чикаго, ― сказал он, ― хотя ваша мама любит ее.

― Пойдем домой, ― Эйден потянул его за руку, увлекая вниз по склону.

― Подожди, пока мы не окажемся прямо у деревьев, прежде чем начинать, ― посоветовала цТиган. ― Тогда тебе не придется петь так долго.

Черный туман становился все гуще по мере того, как они приближались к нему, клубился, принимая человеческие очертания, а затем таял, кружился и снова формировался. Эйден вцепился в руку отца, но мистер Уилтсон, казалось, не видел ни мертвых деревьев, ни людей-теней, которые стояли перед ними сплошной стеной, скрывая тропу. Когда они уже подходили к этой преграде, Эйден начал свою песню, но его голос был едва слышен. В некоторых тенях появились дыры, как будто в них выстрелили пушечными ядрами, но они не отступали и не уплывали. Вместо этого они стояли и ждали.

― Тебе не стоит петь с больным горлом, сынок, ― сказал мистер Уилтсон. Он пощупал лоб Эйдена. ― По-моему, у тебя жар. Давай отвезем тебя домой и посмотрим, что скажет мама.

Эйден посмотрел на Тиган, в его глазах стояли слезы. Она покачала головой. Она не могла допустить, чтобы ее папа расклеился, как это уже было, когда умерла их мама. Не сейчас.

― Я должен петь, папа, ― прошептал Эйден. ― Должен.

― Почему? ― мистер Уилтсон скрестил руки на груди.

― Потому что… ― он взглянул на Тиган, но все равно выпалил: ― Монстры доберутся до нас, если я не буду петь.

― Здесь нет монстров, ― сказал мистер Уилтсон. ― Это просто… неприятное соседство. Здесь нет ничего, что могло бы причинить тебе боль, сынок.

Слезы потекли по щекам Эйдена. Мистер Уилтсон опустился перед ним на колени и вытер их.

― Ты видишь монстров? ― его голос был ласковым.

Эйден кивнул.

― Много монстров.

Мистер Уилтсон огляделся, явно не увидев ничего пугающего.

― Хорошо. Но мы ведь знаем, как бороться с монстрами, не так ли? ― он поднял Эйдена на плечи.

― Это о знаменитом разбойнике с большой дороги

Историю, которую я расскажу…

Тенор мистера Уилтсона разнесся, заполняя мир вокруг них.

― Его звали Эйден Уилтсон,

И он действительно жил в Ирландии…

― Ты только посмотри на это! ― прошептал Финн.

Тени отступали, погружаясь в землю. Тиган зашагала вместе с Финном, и они последовали за мистером Уилтсоном и Эйденом по широкой тропинке, расчищенной его песней.

― Но… папа не гоблин, ― сказала Тиган.

― Твоя мама вроде бы говорила, что ваш папа ― потомок Мерлина?

― Мирддина Виллта, ― автоматически поправила Тиган. ― Он был всего лишь валлийским… бардом…

― А твой отец всего лишь библиотекарь-бард, ― Финн поправил Томаса на плече. ― Любовник, а не боец. Он сам так себя назвал. Любитель книг и поэзии, как Мерлин, ведь так? Это в нем проявляется милезийская кровь.

― Валлийская, ― сказала Тиган.

― Тогда, получается, это не имеет значения. Эйден получил свой дар от вашего отца, а вовсе не от матери!

Маг-Мелл не капризничала и не вихляла, когда мистер Уилтсон пел. Тропа, которую она создала, была широкой, красивой и удивительно короткой. Они еще не прошли полностью через лес теней, когда Тиган увидела верхушки рук Иггдрасиля над деревьями пониже.

Ройзин стояла в дверном проеме, как будто не сходила с места все это время. Она побежала к ним. Грендаль вместе с ней.

― Томас! ― крикнула Ройзин, когда они все оказались на поляне. Финн опустил Томаса на землю. Ройзин упала рядом с ним, всхлипывая и бормоча что-то по-гэльски. Томасу удалось поднять руку, и Ройзин прижала ее к губам.

Внезапно воздух разорвал вой. Это был звук, который издал Дорхэ, его животный крик, усиленный магией и почему-то гораздо более пугающий. Грендаль зашипел и попятился к Ройзин.

― Что это за сирена? ― спросил мистер Уилтсон.

Это не был вой охоты, который они слышали раньше. Это было нечто похуже. Нечто более… голодное. Адские гончие.

― Может, полиция? ― предположил мистер Уилтсон. ― Я никогда не слышал ничего подобного. Нет, это, должно быть, те новые пожарные машины. С какой стороны звук?

Звук, казалось, кружился вокруг них и становился все сильнее.

― Папа, пой, ― попросил Эйден. ― Спой еще!

Мистер Уилтсон снова начал петь, но ничего не произошло. Маг-Мелл не шевелилась, и для них не открывался проход.

― Тиа, ― позвал Финн, потянувшись к Томасу.

Тиган подняла Ройзин.

― Финн снова понесет Томаса, ― сказала она, надеясь, что девушка поймет. ― Мы должны выбираться отсюда.

Финн схватил Томаса за руку и рывком усадил в сидячее положение. Томас был либо достаточно в сознании, либо достаточно напуган, чтобы подняться на ноги, но Финн не стал ждать, пока он сделает шаг. Он поднял его и перебросил через плечо.

― Идем! Эйден, куда?

Эйден побежал, таща за собой отца. Ройзин схватила Грендаля и побежала за ними, ее длинная юбка волочилась по грязи.

― Самый короткий путь, Эйден! ― окликнула Тиган.

― Знаю, ― крикнул в ответ Эйден.

Тиган немного отстала от Финна. Адские гончие бежали сюда, она чувствовала их приближение. Она споткнулась, но вернула равновесие и побежала быстрее, чтобы догнать остальных.

Земля, по которой они бежали, стала рыхлой и мягкой, затем они стали обходить зеленые лужи и перескакивать огромные корни и ветки деревьев. Тиган показалось, что впереди она видит мерцание в воздухе ― проход в парк.

Тиган оглянулась и увидела их ― двух огромных черных гончих, несущихся между деревьями. Они были размером с маленьких медведей, но гладкие, как доберманы, с навостренными ушами и горящими желтыми угольками глазами. Их хвосты были длинными и тонкими, как хвосты борзых или гончих, и пена струилась из их морд, когда они бежали. До парка не успеть. Гончие ― пожиратели душ ― приближались слишком быстро.

«Я должна развернуться и встретиться с ними. Если я замедлю их, они не доберутся до Эйдена или Финна. Они не доберутся до папы», ― подумала Тиган и остановилась. Страх был хуже всего, что она когда-либо испытывала. Даже встретиться лицом к лицу с Темным Человеком было не так плохо. Но от страха у нее ослабли ноги, а воздух стал слишком густым, чтобы втягиваться в легкие.

«Я не хочу умирать».

Как только она подумала об этом, то почувствовала, как палец в кармане дернулся. Был способ замедлить гончих и остаться в живых.

Она вытащила носок из кармана и сорвала обертку.

― Джинни! ― крикнула Тиган. ― Зеленозубая Джинни!

Голова Джинни показалась из-за листьев, скрывавших глубокий пруд.

― Пожалуйста, ― зрачки гоблинши расширились от страха. ― Прошу, только не это. Я больше никому не причиню вреда. Обещаю, обещаю, обещаю! ― вода струилась с ее спутанных волос, стекая по лицу, как слезы. ― Я изменюсь, клянусь.