Море звёзд (ЛП) - Тапскотт Шари Л. - Страница 18

Амалия так настаивала на том, чтобы поехать с нами, что я ничего не мог сделать, чтобы предотвратить это.

Кроме как…

Я забыл, как дышать, когда в голове сформировался план.

Нехороший план, неправильный, даже подлый, я ненавидел себя за то, что вообще обдумывал его всерьёз. Но он был подобен искре, в мгновение разрастающейся до пожара, поглощая всё вокруг, заглушая доводы рассудка.

Что бы ни произошло, в какую бы беду мы ни угодили, Эдвин не сможет жениться на Амалии, если она уже будет замужем.

Фея сказала, что это наша судьба. Мы должны принять её, если надеемся спасти королевства. Пускай я немного потороплю события, разве это плохо?

Да.

― Риз? ― позвала Амалия, когда моё молчание затянулось.

Я пытался убедить себя, что это единственный способ обеспечить безопасность Амалии в Дрейгане. Пытался оправдаться перед самим собой, что это самый надёжный способ выполнить условия феи.

Но глубоко внутри я знал, что это эгоизм и трусость.

― Я без нареканий сопровожу тебя в Дрейган при одном условии, ― сказал я.

― Хорошо, ― нерешительно ответила Амалия, возможно, напуганная моим странным поведением. ― Что за условие?

― Ты выйдешь за меня.

Её потрясённое молчание выбило весь воздух из моих лёгких.

Внезапно она рассмеялась.

― Только вчера ты меня избегал, а сегодня уже предлагаешь пожениться? Риз, ты в своём уме?

Ненавидя себя, я взял её за руку и поцеловал костяшки в надежде, что она когда-нибудь простит меня за этот обман.

― Да или нет, принцесса? ― тихо спросил я.

― Конечно да, ― её ответ был мгновенным, без раздумий. ― Но почему сейчас?

Меня накрыла дикая смесь тревоги и облегчения. Я склонил голову, испытывая угрызения совести ― моей неизменной спутницы, которая с недавних пор сильно меня невзлюбила.

― Потому что как только мы доберёмся до Дрейгана, будет уже поздно, ― пояснил я.

― Но когда? Мы же отправляемся через несколько часов.

― Сегодня. Сейчас, ― я отпустил её. ― Одевайся. Я поговорю с Триндоном.

Перед тем как уйти, Амалия схватила меня за руку.

― Риз, ты уверен, что хочешь этого?

― Это единственный способ защитить тебя.

Она притихла, и я понял, что сказал что-то не то. Помолчав немного, она спросила:

― Ты хочешь жениться на мне… чтобы защитить?

Признание крутилось на языке.

Я люблю тебя. Ты нужна мне. Я обманул тебя и сожалею об этом.

Но вместо этого я ответил:

― Твоя безопасность ― это самое главное для меня.

И сама мысль отдать тебя Эдвину и потерять — была слишком невыносима.

***

Триндон открыл дверь, ожидаемо растрёпанный спросонья в два часа ночи. Его светлые волосы торчали во все стороны, а глаза слипались. Он зевнул, опираясь на дверную раму.

― Чем могу служить в столь поздний час, капитан? Полагаю, это не срочно, иначе бы ты не стал стучаться.

― Я ведь твой капитан?

Он прищурил сонные глаза, ухмыляясь.

― В теории.

― Отлично. Значит ли это, что ты доверяешь мне?

― Удивительно, но эта фраза не вызывает особого доверия.

― Я собираюсь сделать кое-что, что может показаться бредовой затеей, но клянусь, я знаю, что делаю, ― я сделал паузу и язвительно добавил: ― В теории.

Он вопросительно поднял бровь.

― И…

― Мне нужна твоя помощь.

― Ладно, я заинтригован.

― Сегодня ночью я собираюсь жениться на Амалии. Мне нужно, чтобы ты выступил в роли нашего свидетеля.

Впервые в жизни Триндон потерял дар речи. Брат смотрел на меня так, будто неправильно услышал… Конечно, я не мог произнести таких слов.

Я подождал, когда он осознает, что я всё-таки сказал это.

― Риз… ― наконец нашёлся он со словами. ― Ты не можешь.

― Могу и сделаю, с тобой или без тебя. Но я бы предпочёл принести клятвы в присутствии родного брата.

Он замотал головой, смеясь себе под нос.

― Ты спятил. Иди спать.

Я поймал дверь, когда Триндон собирался её закрыть.

― Я должен рассказать тебе о том, что узнал в лесу. Готов слушать?

Он сузил глаза, внимательно глядя на меня. И всё-таки открыл дверь, впуская меня внутрь.

К тому моменту, как я закончил свой рассказ, Триндон откинулся в кресле и потирал лицо обеими ладонями.

― У тебя были галлюцинации. Сам же сказал, что заболел.

― Нет, к тому моменту я уже не бредил. Фея исцелила меня.

― Риз…

― Спрашиваю ещё раз: ты доверяешь мне?

― Да. Конечно, доверяю. Но… Это слишком. Риз, это государственная измена. Ты не просто решил ослушаться отца. Ты нарушаешь приказ своего короля.

Я застонал, понимая, что Триндон прав. И если уж на то пошло, я бы и сам себе не поверил.

Должен был быть способ доказать это.

Я резко развернулся к брату.

― Лекарство, которое дала нам фея… Если оно избавит от болезни, как она и сказала, ты сможешь мне поверить?

― От этой болезни нет лекарства.

― Вот именно. Если я вернулся из леса с настоящим лекарством, значит, и остальное тоже правда.

Я смотрел, как на его лице разные эмоции сменяют друг друга. Он отказывался верить. Я выжидал, стараясь сохранить терпение, потому что знал: если буду давить, он рефлекторно закроется.

Наконец он поднялся.

― Хорошо, я тебе подыграю, потому что ты мой брат. Но и только.

― Мне этого достаточно.

― Ладно, ― он снова зевнул. ― Идём к врачу.

***

Мы с Триндоном вернулись в поместье в четвёртом часу утра.

Брат был притихший. Это напрягло бы меня, если бы мысли не утекали в другом направлении. Я задавался вопросом, не легла ли Амалия обратно спать. Сам себе поставил условие, что, если так, то планы отменяются.

Но она сидела на кровати, сложив руки на коленях, в том же самом платье, которое надевала на ужин на корабле. Сегодня ей удалось зашнуровать его самостоятельно.

― Ты вернулся? Расскажешь, куда уходил?

― В лазарет.

Похоже, такого ответа она ожидала меньше всего.

― Лихорадка Кесс спала прошлым вечером, ― сообщил я.

Глаза Амалии широко распахнулись, в них вспыхнула надежда.

― Лекарство феи…

Я кивнул, и улыбка растянулась на моём лице, как будто чужеродная.

― Оно сработало, Амалия.

Принцесса облегчённо выдохнула, закрыв глаза и запрокинув голову.

― Кент дал лекарство ещё нескольким пациентам, ― продолжил я, ― и они тоже уже идут на поправку. Надеюсь, болезнь удастся полностью искоренить прежде, чем она распространится в городе.

Я дал Амалии время обдумать услышанное, а сам тем временем наблюдал за её милой реакцией. Она была похожа на ангела ― чистая, невинная, само совершенство. От её красоты захватывало дух, даже если при этом я чувствовал себя тёмным, порочным созданием, желающим поймать нечто столь прекрасное в свои острые когти.

Открыв глаза, она заметила моё пристальное внимание. Выражение её лица изменилось так, что у меня внутри зашевелилось беспокойство.

― Риз… ― тихо начала она, сцепляя руки в замок. ― Если лекарство оказалось настоящим… То и всё остальное правда? Если я выйду за тебя, то обреку на гибель нас всех?

Мы долго смотрели друг на друга, сомнения повисли в воздухе между нами. Амалия переживала, что разрушит своё королевство. А я боялся, что разрушу её саму.

― Амалия, ― произнёс я, понимая, что хожу по краю. ― Я прошу тебя довериться мне.

― Я доверяю тебе, правда. Но, Риз, все твои тайны подобны крепостной стене, которую ты выстроил вокруг себя, и я не могу её преодолеть. Надеюсь, что они не мешают тебе видеть ясно.

Я опустил голову, уставившись в пол. Меня бросило в холодный пот. Страх нашёптывал в ухо, что если я признаюсь ей в том, кто я на самом деле и что сделал, Амалия уйдёт от меня навсегда.

Впервые в жизни я осознал, насколько я слаб. Мысль о том, что я могу потерять её, пугала меня больше, чем все злобные твари, живущие во тьме, больше, чем разочарование отца, больше… чем что-либо ещё.