ТриНити (СИ) - Москалева Анна - Страница 38

Поначалу Шаман испугался, что ошибся: мир вокруг было не узнать. Он не сразу понял, в чем дело. Светило на небе было не зеленым, а ярко-синим. Было не темно, но все казалось совершенно другим. Камни — пепельными, лес — белым, а вода переливалась фиолетовыми и светло-желтыми отблесками. Лис поднял взгляд наверх, туда, где должна была быть постройка. Окна были подсвечены чем-то серебристым. Вероятно, сейчас то время суток, которое в его мире называется «ночь».

На этот раз на плато никого не было. Последнее, что Лис помнил — девушка собиралась уходить в здание. Значит, ему туда. Он злился. На Серегу, на себя, на миры и Мироздание. Она же была совсем рядом! Он мог дотянуться до нее, узнать, в чем дело, спасти, помочь, защитить.

Сейчас он мог думать только о ней, измученной рыжей незнакомке. Какая она была бледная и уставшая. И какой, несмотря на это, у нее был страстный взгляд

Изо всех сил Шаман рванул наверх — здесь ли она еще? Или уже нет? Как ее теперь искать?

Нет ничего хуже отдаленных маленьких филиалов. Потребности лабораторий удовлетворяются по остаточному принципу, запросы, в большинстве случаев, попросту игнорируются, а шансов, что твою научную работу заметят в центре, практически равны нулю.

Но нет ничего лучше маленьких отдаленных филиалов, если нужно оборудование, реактивы и полное отсутствие контроля.

Пользуясь тем, что никто не работал в зале с капсулами, профессор запустил одну из них, выставил нужные параметры. Он говорил сам себе, что всего лишь хочет дать Тринити отдохнуть. Но конечно, он хотел скрасить последние часы своей любимице.

Дело оставалось за малым — не было бионической жидкости.

— А ты знаешь, — зачем-то спросил профессор, задумчиво глядя в окно, — что первую бионическую жидкость синтезировали из морской воды?

— Конечно, знаю, профессор. Оптимальный баланс солей, почти полный набор микроэлементов. Вы же сами закладывали в меня курс истории.

— Да, она бы сейчас нам пригодилась…

— История?

— Да нет, какая история. Вода! Мне, а точнее тебе, нужна морская вода.

— В нижней лаборатории есть насос.

— Да, но в нижней лаборатории работают сотрудники «Доты», они точно спросят меня, зачем восстанавливать бионикла… — профессор сам себя оборвал взмахом руки.

— Приговоренного к расщеплению, — вместо него закончила Тринити.

— Приговоренного к расщеплению, — эхом отозвался профессор.

Оба замолчали. Профессор излишне внимательно рассматривал бионическую капсулу, а Тринити смотрела в окно, прислонившись лбом к стеклу.

— А давай сходим к морю! — профессор явно что-то придумал.

— К морю? Ночью? Вниз по скалам?

— Ну… Там есть лестница, на восточном склоне. Это не так опасно, как может показаться, — его пальцы летали над капсулой, отсоединяя какие-то блоки. — Минут за пятнадцать дойдем. Надо только найти автономный аккумулятор. Сейчас. Я сейчас, — старик забегал по лаборатории со скоростью, несвойственной для его возраста. Зажал под мышкой аккумулятор, достал блок подачи питания, клеммы.

— Ну что? — заговорщицки подмигнул он биониклу. — Прогуляемся?

Ему было смешно и страшно одновременно. Конечно, это был истерический смех человека, оказавшегося в критической ситуации, но Лис в этом никогда бы не признался. Он сказал бы, что привык относиться к жизни с юмором. Он, всю жизнь проживший в темноте, боялся темноты.

Причудливые тени, звуки, источника которых он не видел, или наоборот, движения ветвей, которые он видеть не хотел бы, все это заставляло его вздрагивать, покрываться потом. Он тер виски, старался глубоко дышать и держаться подальше от леса.

Впереди был подъем на плато, а потом станет легче. Лис ухватился за выступы в скалах, подтянулся, нашел ногами опоры.

Он мог бы поклясться, что не соскользнул. Он не мог, пальцы уверенно чувствовали выступ. Хотя звука падающего камня он тоже не слышал. Только скрежет и шуршание костюма по скале. Полет длился секунду. Лис упал боком. Вдохнуть не получалось, жутко болела рука, звенело в ушах. Аккуратно перекатившись на спину, он пошевелил пальцами. Кажется, кисть не сломана. Только вот… Глубокая ссадина или порез. Гидрокостюм разорван, медленно, но ощутимо сочится кровь.

Лис выругался. Этого еще не хватало! Перевязывать было нечем. Чуть подумав, он решил снять футболку, чтобы перетянуть рану. Поврежденная рука сильно мешала вывернуться и расстегнуть молнию гидрокостюма. Он присел на один из камней, схватился здоровой рукой за молнию.

Движение сзади он не увидел и не услышал, скорее, почувствовал. Тонкие щупальца неведомой твари жадно собирали капли его крови и настойчиво подтягивались к ее источнику. Одно, два, пять… Их количество росло с каждым мгновением. Лис отпрыгнул в сторону. Боль тут же обожгла ребра и ушибленную руку. Только сейчас Лис понял, что не взял с собой даже ножа. Выругался, встал, попятился к камням, таким надежным и предсказуемым, но это не помогло. Странные щупальца с легкостью воды заструились по скале. Им нужна была жертва.

— Мы же идем вниз, к морю. Зачем тебе это плато? — профессор боялся, что их увидят из окна института.

— Отсюда открывается такой потрясающий вид. Небо, океан, скалы. Это непередаваемо. Я на секунду, — Тринити прекрасно понимала опасения своего создателя. — Я буду держаться в тени, здесь, у леса.

— Упрямая, как все женщины! — профессор ворчал, но шел на плато вслед за своим творением. Тринити промолчала, но старику показалось, что она улыбнулась. Или это луна так причудливо раскинула тени.

Кстати о тенях, какой-то странный комок тут внизу, его не должно быть.

— Профессор! — Тринити позвала его слишком громко. — Профессор, — он вздрогнул, в душу закрались самые нехорошие подозрения.

Она стояла на коленях над обрывом и смотрела туда же, куда и старый борх. Комок, показавшийся профессору странной тенью, еще отбивался от лианартов — плотоядных лиан-вампиров, кажется, даже ругался, но уже явно проигрывал: они прижали его к скале, отступать было некуда. Еще минуты три, ну, может, пять и…

— Мы должны помочь! — Тринити кричала, совершенно не таясь.

— Но как? Чем? Лианарты, сама знаешь, если только огнем.

— Придумайте что-нибудь! Он же еще живой!

— Да как? Да что? — профессор схватился за голову, уронив все, что держал. Аккумулятор и клеммы призывно звякнули. — Подожди-ка… Секунду… — руки сами соединяли простейшую схему. — У нас будет только один разряд! Надо будет его вытащить наверх. Вот, — он кинул ей провода, — подашь ему. Сама не лезь!

Профессор запустил аккумулятор и бросил его в самую гущу лиан, стараясь не попасть в человека. Треск, вспышка. Всего один не очень сильный разряд, но этого хватило, чтобы твари обмякли. Человек, опутанный ими, тут же вскочил на ноги. Видимо, они еще не успели присосаться. Тринити обвела провод вокруг камня и скинула вниз:

— Держи! Быстрее наверх! Они сейчас снова поднимутся!

Человек ухватился за провод, уперся ногами в скалу и рывком поднялся метра на два. Замер. Поискал новый выступ. Внизу зашуршали леонарты.

— Еще выше, быстрее, они сейчас очнутся!

Он посмотрел на Тринити, ухватился за провод и подтянулся на нем, сколько смог. Нашел опору для ног. Еще рывок, и вот его руки уже на краю плато. Тринити подала ему руку, профессор ухватил за ворот куртки. Эти двое, кажущиеся такими слабыми, вытащили его, взрослого мужчину, наверх из смертельной ловушки.

Человек лежал на боку, пытаясь отдышаться. Он не отводил глаз от Тринити. Та, кажется, даже смутилась.

— Привет, я Тринити.

— Я знаю. И ты спасла мне жизнь. Хотя должно было быть наоборот.

— Вам повезло, что у вас такая плотная одежда, — начал профессор, но тут же осознал услышанное. — Стоп, кто вы? Откуда знаете Тринити, и почему должно было быть наоборот?