Ты - мой выбор! (СИ) - Бехтерева Каролина - Страница 39

Успеваю подхватить её на руки, и быстро спускаюсь по лестнице.

— Сейчас, милая… потерпи немного… — Несусь к машине, на ходу снимая сигнализацию, и как можно бережней укладываю Леру на заднее сиденье.

— Нет, я хочу на переднее!

— Лера, здесь тебе будет удобней…

— Пожалуйста… — Пересаживаю девушку на переднее сиденье, а сам, кажется, перелетаю через капот машины, и быстро запрыгиваю вовнутрь.

Успеваю только завести двигатель, как мою ладонь крепко сжимает холодная ладошка жены.

— Всё хорошо, слышишь? Всё будет хорошо!

— Я знаю… знаю… — Лера тяжело дышит, упираясь свободной рукой в торпеду.

Голова опущена вниз, выдыхает через рот, как учили на курсах, лицо мокрое от испарины, и мне стоит нечеловеческих усилий сконцентрироваться на дороге и взять себя в руки.

Нарушая все мыслимые и немыслимые правила, несусь в сторону больницы. Впереди крутой поворот, но я сотни раз его проезжал, поэтому ничего внутри не подсказало, что стоит сбросить немного скорость.

Едва дорога начала уходить влево, боковым зрением успеваю заметить, как на нас летит машина.

Все движения механичные, четкие и слаженные, но от резкого съезда это не спасает. Руль отказывается слушаться, автомобиль подбрасывает вверх, громкие крики и резкий свист тормозов… всё перемешалось, а затем абсолютная тишина…

Пытаюсь открыть глаза, но им что-то мешает. Провожу по лицу рукой, и она становится липкой. В нос бьет резкий запах железа, в ушах гул, сквозь который я слышу протяжный стон справа.

Обеими ладонями вытираю лицо от крови, а слева какой-то мужик тарабанит по стеклу, извиняясь и пытаясь открыть мою дверь.

— Скорую вызови! — Рычу ему в ответ, а сам помогаю Лере, которая стонет от боли, судорожно потирая живот.

Вдалеке послышался вой серен, а дальше, всё, будто, без меня происходило.

Жену погрузили на носилки, быстро понесли в карету скорой помощи, на ходу задавая мне вопросы.

Вогнали в её вену длинную иглу, подвесили какой-то пакет с прозрачной жидкостью, на лице зафиксировали кислородную маску, и с сумасшедшим «криком» мигалок помчались в сторону больницы.

Дальше двойных дверей второго этажа мне пройти не позволили. Рядом суетилась медсестра, пытаясь обработать мои раны от стекла, и напрочь отказываясь отвечать на мои вопросы.

Минут через сорок в коридор вышел наш ведущий врач, по лицу которого нельзя было понять, что же он сейчас мне скажет.

— Андрей…

— Как она?

— Пока сложно сказать… Произошло отслоение плаценты, мы делаем всё, что можем, но пока рано о чем-то говорить.

— Мы попали в аварию… А дома… Ей стало плохо, и… я не знаю… кровотечение открылось, наверно… на пол капала кровь…

— Андрей…

— Это я виноват! Знал о повороте, но не притормозил…

— Андрей…

— Я просто… я так боялся опоздать, а на нас вылетела машина. Нас подкинуло на горке, Леру сильно трухануло, и она…

— Андрей! — Врач схватил меня за плечи, внимательно всматриваясь в лицо. — Она тебе не сказала?

Хлопаю глазами, не понимая вопроса, а мужчина поджимает губы, опуская взгляд вниз.

— Не сказала… — Сам себе отвечает и отводит меня в сторону.

— Не сказала что?

Глава 64

9 месяцев назад.

Валерия

— Все забрала? — Оглядываю палату после вопроса Андрея, но, кажется, все вещи в сумке.

— Да…

— Тогда поехали? — Крестовский перехватывает мою ношу, второй рукой открывая передо мной дверь.

— Подожди пару минут, я документы заберу.

Оставляю мужчину в коридоре, а сама иду к лечащему врачу.

В кабинете светло и уютно. Седовласый мужчина в белом халате сосредоточенно что-то черкает в блокноте, а увидев меня, откладывает ручку и указывает на стул.

— Добрый день… я только документы заберу.

— Присядь, Лера… нам нужно поговорить…

Неприятное содрогание внутри перешло на руки, и я посильнее сжала ремешок сумки пальцами.

— Лера… у тебя не простая ситуация, и я вынужден тебя предупредить… Тебе нельзя больше рожать.

Как ушат ледяной воды на голову прозвучали слова мужчины, словно приговор.

— В смысле?

— У тебя первая группа крови с отрицательным резусом. То, что случилось…

— Выкидыш! Говорите, как есть!

— Процедура, которую нам пришлось сделать, схожа с абортом. Проще говоря, нам пришло хорошенько «вычистить» тебя, тем самым истончив стенки матки. Если бы это произошло уже после наличия у тебя одного ребенка, последствия для тебя были бы не такими болезненными, но вышло, как вышло… Есть еще момент с резусом будущего возможного плода, но не буду вдаваться в подробности, ты мало что сейчас поймешь…

— Что это значит?

— Либо ты не сможешь выносить, либо…

— Либо?

— Реакция организма не предсказуема. А последствия…

— Для ребенка?

— Для тебя…

— А для ребенка?

— У Андрея какой резус?

— Такой же, как и у меня…

— Одной проблемой меньше. Будь они у вас разные, прибавился бы еще и риск отторжения плода, но это не особо улучшает ситуацию. Можно, конечно попробовать весь срок пролежать на сохранение, но морально, да и физически, это очень тяжело. Но никаких гарантий все равно не будет… Лучшим решением, будет либо суррогатное материнство, либо взять малыша из детдома.

— Но мне едва за 20… - Слёзы катились градом по щекам, а в ушах лишь набатом бились его слова: «Нельзя! Нельзя! Нельзя!»

— Я понимаю… Но в том-то и дело… У тебя еще вся жизнь впереди, а если наступит беременность… Всякое может случиться… Будь благоразумной, дорогая. Миллионы женщин проходят через подобное, но современные возможности позволяют им не ставить крест на своей жизни.

— Я Вас поняла…

Из кабинета выходила заторможенной. Андрей допытывался, всё ли хорошо, а я… а что я могу ему ответить?

В Италии несколько раз порывалась ему всё рассказать, ведь так будет честно… Вернее, было бы честно сказать ДО свадьбы, но мне хотелось урвать это мгновение для себя. Насладиться мигом и, наконец, почувствовать, пусть и на один вечер, что в жизни счастливых людей мне тоже есть место.

Когда вернулись, долго приходила в себя, списывая тошноту и слабость на последствия перелета, но как только на тесте проявилась вторая яркая полоска, сорвалась и поехала к врачу.

Без стука вбежала в кабинет, и на удивленное лицо доктора, громко произнесла:

— Я беременна! — Реакция мужчины разочаровала, но была ожидаема.

Врач прикрыл глаза, опустил вниз голову и закрыл лицо ладонью.

— Лера…

— Я знаю! Вы предупреждали, но я готова рискнуть.

— Кому нужен этот риск, если ты ребенка без матери можешь оставить? — Прогремело мне в ответ, но столкнувшись с моим непоколебимым взглядом, мужчина немного смягчился. — Рекомендую лечь на сохранение.

— Нет!

— ВАЛЕРИЯ!!!

— Я не могу… — «не могу сказать Андрею».

Стоит ему узнать о возможных последствиях, он тут же силой поволочет меня в больницу. И дай Бог на сохранение, а не на аборт.

— Назначайте, выписывайте, прописывайте, но я буду дома!

Так и началась наша затяжная война с доктором, каждый поход к которому, отзывался в груди щемящей болью и тяжелым сердцем.

………………………………………………………………………………………………………………………

Наше время

Андрей

Едва мужчина открыл рот ответить на мой вопрос, за его спиной загорелась красная лампа под потолком, а в палату, из которой он вышел несколько минут назад, начали забегать люди в белых халатах.

— Что? Что случилось? — Рванул за ними, но меня остановила крепкая ладонь.

— Останься здесь! Я скоро выйду!

Но он не вышел… Ни через час, ни через два, ни через три…

Раскачивался из стороны в сторону, проигнорировав стул, усевшись прямо на пол.

Мне никто ничего не говорил, все проходили мимо, отмахиваясь и рекомендуя ожидать врача.

И на четвертый час ожидания он вышел…

Глава 65

4 года спустя.

Андрей

— Надя, поторопись… Слышишь меня? Надежда!!! Мы же опоздаем…