Последняя Цивилизация (СИ) - Рябова Анастасия Анатольевна - Страница 22

Сегодня на площади собрались почти все жители. Забили пару свиней, чтобы устроить общий ужин. Конечно скудноватый, но тем не менее. В большом котле над костром варилась похлебка из моей добычи, а по округе уже разносился приятный аромат, от которого текли слюнки. И кто скажет, что буквально вчера мы пережили трагедию, а над поселением витает смерть.

Я украдкой смотрела, как Николя бережно окутывает Катю одеялом, садиться с ней рядом обнимает ее. Катя немного робко улыбается ему, его глаза в ответ сияют. Николя гладит ее руку, что-то нежно шепчет ей. Румянец проступает на его щеках. Он целует ее. На моем сердце становится легче, я безумно рада за них.

Молодежь танцует, повсюду смех и радость. Все стараются не думать о проблемах, все хотят забыться хоть на чуть-чуть. Мы представляем, что у нас обычная жизнь и нам не нужно каждый день бороться за свою жизнь и выживать в этом непростом и жестоком мире. И лишь один человек выбивался из общей картины. Ник – его было сложно разглядеть в толпе, лишь силуэт. Но в то же время он резко контрастировал на фоне остальных. На его лице отсутствовала улыбки, блуждающий тяжелый взгляд. Лишь по напряженной позе можно угадать, что он о чем-то думает. Один краткий миг и его глаза находят меня. Ник долго пристально изучающее смотрит, так что хочется сбежать. Я не выдерживаю, быстро опускаю очи, боясь с ним встретиться.

Прощаюсь и ухожу спать. Лежа в кровати мне еще долго не давал заснуть образ Ника. Всегда такого смелого и решительного. И его холодные серые глаза, смотрящие на меня холодно отрешенно. Загадочный и завораживающий. Мне так страшно признаться себе, что он мне не безразличен. Иначе все его слова так не задевали бы меня. Я его уважаю он хороший человек, со своими принципами, взглядами на жизнь. Да он меня иногда раздражает. Но то, как он на меня смотрит и голос … чарующий бархатный голос. А когда я вижу и слышу его, то в душе отчего-то теплеет. Правда, еще бы не был он таким эгоистичным шовинистом…

Мы вышли из поселения, как и собирались на рассвете, в полном составе. Погодка решила нас не радовать. С ночи шел промозглый моросящий дождь. Солнце почти не выглядывало из-за туч и совсем не баловало нас своим вниманием.

Хорошо, что нам всем выдали плащи, но и им не удавалось полностью спасти нас от вездесущих капель.

Эх, в такую погоду лучше сидеть дома около очага завернутым в теплый плед, пить горячий чай и читать книгу. Но охота – сущий кошмар! На душе у меня скребли кошки.

И чем дальше мы продвигались, тем чаще меня посещали мысли, что это не мы охотимся, а на нас охотятся, заманивают. Мы старались идти быстрее, но это плохо выходило. Постоянно поскальзывалась на старой сгнившей траве, а чаще всего ноги запутывались в ней, и если парни еще хоть как-то справлялись, то я постоянно норовила упасть носом в грязь. Нет, я не жалуюсь! Просто бывали дни и получше…

Я прекрасно знала, что дождь смоет все следы и выслеживание мутантов осложниться. Поэтому мы должны были успеть до того, как это произойдет, поэтому мы торопились изо всех сил, не смотря на то, что дождь расходится лишь сильнее, грозясь, превратится в ливень или настоящую бурю.

Наконец, мы пришли к той полуразложившейся туше. Парни чуть ли не ползали в поисках следов, но их, естественно, почти смыло. Что-то разобрать в землисто травяной каше казалось нереальным, но мы старались. Спустя полтора -- два часа поисков, мне улыбнулась удача. Я нашла отпечаток лап волка, уводящий в иную сторону.

Ник тут же развернул старую, бумажную карту, пытаясь понять, где могла обосноваться стая. И, судя по нашему раритету, в указанной местности отсутствовали водоемы, рядом с которой обычно стараются расположить свое логово волки.

Это вызывало замешательство у всех, но проверить никто не отказался. К тому же других вариантов не было. Леша, естественно ворчал что-то про глупых женщин и пустую трату времени, но меня это не волновало, как впрочем, и остальных. Сегодня парня никто не поддержал, и он находился в гордом одиночестве со своим скептицизмом и недоверием.

Никита, здраво рассудив, что перед следующим марш-броском неплохо было бы подкрепиться, объявил привал. Я несказанно обрадовалась. Парни тоже оживились, доставая пайки.

Я присела под большой старой елью, достала термос и кусок пирога, чтобы перекусить, когда ко мне подсел Дэн.

-- Ты не против? -- с добродушной улыбкой спросил Денис.

-- Конечно, нет, -- пожалуй, чересчур поспешно ответила я, радуясь тому, что могу с ним поболтать.

Дэн не переставал улыбаться, хотя, кажется, промок до нитки. Светлые волосы мокрыми прядями спадали на лоб, струйки воды стекали с них по лицу и капали на одежду, но его это нисколечко не смущало. Казалось, будто его наоборот эта погода веселила.

-- Как там дела в «Олекме»? – спросила я, первое, что пришло в голову.

Денис плюхнулся рядом на сухой бугорок, отжал волосы, достал из рюкзака свой запас еды и лишь, набив рот, ответил:

-- Ну, жизнь налаживается. Сейчас там все спокойно. Ты же знаешь, что туда переселись семьи. Так что теперь там хватит рабочей силы, для посадки урожая.

-- И когда только успели?! Я думала эту проблему только озвучили… -- искренне удивилась я.

Денис пожал плечами и снова набил рот. Парень явно проголодался.

Я тоже не стала отставать и поедала свой пирог с замороженной черникой.

-- А вообще это хорошая новость. Кстати как там Алена? Девочка, которую мы нашли, помнишь?

-- А да, кажется, припоминаю. Вроде неплохо. Она сейчас с братом у тетки. Она потеряла обоих родителей, но о ней есть кому позаботиться.

-- Хорошо, что ее есть, кому поддержать, -- я налила чаю в кружку и вдохнула его сладкий аромат, грея руки об теплый металл.

-- Да, -- согласился Денис. И тут же уставился на меня: -- А ты как?

-- Нормально.

-- Ага, оно и видно, -- Дэн усмехнулся и щелкнул меня по лбу. -- Мне-то можешь не лечить! Я знаю тебя с пеленок, -- важно хмыкнул парень.

-- А я и забыла, какой ты всевидящий. Раз все прекрасно знаешь, чего спрашиваешь?! Меня здесь никто «не жалует», – я обвела взглядом наш немногочисленный отряд, каждый занимался своим делом, укрываясь от вездесущего дождя. -- Вчера Димка сказал, что я обуза, девка, «мертвый груз». А Сашка струсил, сбежал… Честно, я не ожидала этого от него. У меня было ощущение, что он готов вонзить нож в спину любому из нас, если б была возможность, только что бы свою шкуру спасти. Теперь я понимаю, почему тогда в Олекме на него Женька накричал.

-- Ты сгущаешь тучи, так думает только Дима, а Саша -- это Сашка. Просто он трус. Все догадывались, что такое может произойти это лишь вопрос времени. Раньше он таким не был, все эти чертовы рейды, -- Денис больше не улыбался, в его глазах затаилась тень. Сейчас он походил на волка, одинокого злого волка. -- Твой брат нам постоянно выписывал курс лечения из антидепрессантов после особо тяжелый миссий, ты наверно и не знала. Мы их храним в штабе, в оружейной, а командир выдает их по рецепту. Да, в общем, что тут говорить жизнь она такая, -- Денис махну рукой и широко улыбнулся, пытаясь приободрить меня. – За эти дни вон, сколько всего произошло! Ты, можно сказать, прошла крещение огнем. Скоро и сама поймешь, что у нас в отряде два пути либо в ящик сыграть, либо из ума выжить. Ладно, не слушай мои глупости. Роза, ты должна знать одно, что всегда есть те, кто тебя любит и поддержит, что бы ни случилось. – Дэн слегка качнулся и толкнул меня плечом. Я улыбнулась в ответ. Так легко было с ним и приятно поболтать. Вот вроде бы ничего не сказал, а все встало на свои места.

Я глотнула горячего чая, и его тепло моментально начало растекаться по телу, согревая меня. Приятно. Я посмотрела на Дэна, который щурился от удовольствия, поедая фаршированные блинчики. Теплые глаза цвета пожухлой листвы светились от счастья. Верно, невеста приготовила.

Я еще раз посмотрела на парней Жека, Леха и другие кто остался в поселении и решила поделиться мыслями с Денисом: