Гарантия на любовь (СИ) - Светлакова Евгения - Страница 6

— Конечно, — я улыбнулась во все тридцать два зуба и поторопилась к столику, где сидел молодой человек, внимательно изучающий меню. Что-то в госте смутно показалось знакомым, мы явно раньше встречались. Только где? Нехорошее предчувствие тут же велело бежать. Но работа есть работа, и сегодня я не могу позволить себе побег.

— Добрый день, Вы уже определились с заказом? — спросила и замерла, когда гость поднял на меня глаза и усмехнулся. Ой, мама дорогая, я попала!

— О, да, определился, — оскалился хозяин разбитой фары, а я с трудом преодолела желание не закричать от страха.

Николай

— О, да, определился, — я не смог скрыть ликования — попалась мерзавка. Ну, теперь она мне за все заплатит! План мести за все злоключения моментально созрел в моей голове.

— Я Вас внимательно слушаю, — мне улыбнулись, но уголки губ явно подрагивали. Боится, паразитка, и правильно делает, сегодня я не намерен спускать с рук ее поведение. Она еще пожалеет, что испортила мне день больше, чем надо.

— Мне, пожалуйста, это, — я просто наугад указал в меню на нескольких страницах, не особо представляя, что в итоге получу. Да и какая разница, если я намерен закатить скандал? — И кофе…

— Какое? — от «какое» меня передернуло, она поиздеваться решила? Кофе — какой!

— Латте, — решил проигнорировать сию безграмотность и не включать зануду, да и, вроде как, разрешено.

— Это все? — кажется, она просто с чего-то надеялась, что это все, и она легко отделается. Наивная девочка. Вон как глазками хлопает, и откуда такая простота на мою голову, даже жаль приводить свой план в исполнение.

— Пока да, — я снова улыбнулся. И пока Юлия, если верить бейджу, повторяла мой заказ, я внимательно изучал ее. В отличие от лета, теперь эта катастрофа перекрасилась в какой-то ядреный красный цвет, что делало ее похожей на мухомор. Сама бледная, худая, а на голове копна красных, неестественно красных волос. Грудь явно нужно искать только под микроскопом, про косметику, скорее всего, вообще не слышала, а про укладку и женственность и подавно.

Да уж, явно не красавица, и тем более не в моем вкусе. Даже убеждения Барта о естественной красоте тут не спасут. Как, впрочем, и никакая косметика. Печальное зрелище, и как она на себя в зеркало смотрит по утрам и не плачет от такого? Или этим наивным взглядом все искупает?

Хотя, какое мне дело до ее красоты? Она мне должна, и уже не мало. Так что я просто намерен получить себе прислугу на пару недель, а может, и месяцев, это смотря как пойдет.

Я проследил взглядом за удаляющейся официанткой и осмотрелся по сторонам. Угол, в который я забрался, был необитаем, что было мне только на руку. Не хочу никому мешать отдыхать.

— Ну, берегись, Юлия, — набрал сообщение одному из знакомых с просьбой помочь с невинным розыгрышем и отложил телефон, чувствуя, как настроение, наконец, возвращается в нужное русло, предвкушая забаву, ну хоть что-то сегодня будет, как хочу я.

Юлия

— Вот, — я уже сменила третью тарелку с пастой этому Дьяволу во плоти. На первой оказался волос, на второй он нашел пятно присохшей грязи на тарелке, что тут обнаружит, даже представить боюсь. С супом была почти та же история, только первый оказался пересоленным, второй с кучей перца, что не соответствовало рецепту, а третий мне вернули, не доев, со словами: с солью он был вкуснее. Теперь паста, мне уже кажется, что он это специально делает. Хорошо хоть Барби отвлеклась и не видит сего ужаса.

— Теперь все хорошо? — я старалась улыбаться, но сама чувствовала, как нервно подергивается глаз. Если он сейчас скажет, что ему не нравится, я точно надену ему эту тарелку на голову. Просто за повара, ибо если это месть мне, зачем ребят подставлять? Я виновата, и он мне мстит, они причем?

— Едва ли. — критично осмотрев поданное блюдо, заявил мужчина. Я бросила взгляд на Барбару, прикидывая, если я сказану этому зарвавшемуся типу пару ласковых, она заметит? А если не выскажу, а заставлю все съесть силой, заметит? Чтоб не выделывался.

— Вам что-то не нравится? — та-ак, сейчас главное — продолжать улыбаться, а еще, чтобы не исполнить свою угрозу, пришлось спрятать руки за спину.

— Вы, Юлия, — меня удостоили противной улыбки, — Вы отвратительный официант. Будьте добры, мой кофе и жалобную книгу.

— Да Вы… — начала было и вовремя прикусила себе язык, почти буквально, ибо так и хотелось высказать этому напыщенному все, что я о нем думаю.

— Да? Вы что-то хотели мне сказать? — и опять эта слащавая улыбка, так и ждет, что я нарушу правила игры. Не на ту напал, хочет играть — поиграем.

— Вы, может, хотите десерт? — главное, улыбаться, вот как появившаяся пигалица внимательно в мою сторону косится. Еще не хватало, кроме жалобы, выговор схлопотать за поведение. Еще уволят. Нет, спасибо, лучше отделаться штрафом, чем совсем потерять работу.

— Посмотрим, мой кофе, прошу, и жалобную книгу, — повторил гость.

— Конечно, — я поторопилась отойти от него, пока не надела на его голову поднос.

— Сложный гость? — поинтересовался Эд, поглядывая в сторону злосчастного столика.

— Не то слово, давай его латте и жалобную книгу, быстрее уйдет, меньше будем слушать о том, какие мы отвратительные.

— Ну, он-то уйдет, а проблемы останутся, — мне кивнули в сторону администратора, напоминая о «проблемах».

— Ну хоть не все и сразу. — я водрузила на поднос бокал с латте и, не забыв злосчастную книгу жалоб, поспешила к своему персональному кошмару, знала бы, что этим кончится, все бы фары ему разбила, чтоб неповадно было.

Проскочив мимо недовольной начальницы, поспешила к требовательному гостю, который, как и ожидалось, совсем ничего не съел, забраковав и это блюдо. Гурман нашелся! Да он явно нарывается!

Молча, чтоб не нагрубить, поставила перед ним кружку и положила жалобную книгу. Мне даже показалось, что он усмехнулся.

Так, мне срочно надо свалить. Я поторопилась сбежать, но была поймана Барбарой.

— Что случилось?

— Да все прекрасно, — я развела руками. — Ему ничего не нравится, он забраковал все!

— Предложи десерт!

— Предлагала, но, боюсь, если буду настаивать, будет только хуже.

— Тогда иди и предложи что-нибудь еще! Мне только плохих отзывов не хватало!

Меня буквально толкнули в сторону гостя, в результате чего я проехалась по полу и замерла в нескольких шагах от мужчины.

— О, как прекрасно, вы уже вернулись! — как-то наиграно обрадовался гость, отставляя кофе. — Кофе отвратителен, как и ожидалось, а после того, как остыл, и вовсе невозможно его пить, ну ладно, давай посмотрим, что мы имеем, — демонстративно отставив чашку с ароматным напитком, он подвинул к себе книгу жалоб и предложений. — Что я могу написать? Ах, да — отвратительная еда, в которой попадаются волосы и посторонние предметы, повара не знают меру в специях. Тарелки не вымыты надлежащим образом, ну и в довершение бездарная девица в официантах, что мало того, что безграмотна, так еще такая страшная, что я удивляюсь, как все посетители еще не разбежались…

— Ну, знаете, — прервала я этот поток недовольства, когда оскорбления коснулись лично меня, — я вас не оскорбляла.

— Я вас и не оскорбляю, я просто говорю как есть, даже немного приукрасил, вы еще страш-шш… — последнее гость договаривал после того, как я вылила на него кофе, по его же заверениям, уже остывший.

— Да какого хера ты творишь!

— Остыньте, — я поставила на место чашку, готовая отстаивать свое доброе имя. Да никакая работа не стоит того, чтоб позволить некоторым называть меня уродиной! А этот посмел оскорбить работу моих коллег. Уволят? А пусть!

Злой взгляд был встречен не менее решительным с моей стороны. Где-то на краю сознания еще была мысль о том, что я рою себе могилу, но кого это интересовало здесь и сейчас?