Путешествие в Силенвиль (СИ) - Арвен Лина - Страница 30

Но, в отличие от принцессы, я понимал, что это явление продержится недолго, максимум оно будет пугать это скопище священнослужителей еще пару минут. Ведь в «подделке» была лишь малая частичка разрушающей энергии, подкрепленная моей стабилизирующей силой. Но стоит признать — даже я не ожидал такого развития событий. Кто бы мог подумать, что энергия, вырвавшись наружу и не найдя около себя достойного носителя, или, как я считаю, симбионта, станет так резонировать с окружающим пространством.

На мгновение я представил, что случилось бы, если бы в тот момент в руках неуклюжей Эрики оказалась настоящая реликвия. Вот тогда бы точно можно было с чистой совестью начинать паниковать и быстро писать завещание, чтобы Совет магов не прибрал к рукам мое богатство. Хорошо, что у Эрики получился отличный бросок, плохо, что смерч бушевал в паре метров от ступеней. Хотя теперь в этом наше преимущество — теперь никто из священнослужителей, пока неистовствует аномалия, не сможет покинуть двор. Я не видел из-за свистящего, окутанного изнутри слепящим золотистым светом смерча нашего дорогого главу храма и апостолов, но я надеюсь, что они, так же как и я, наслаждаются кульминацией маленького представления. Я, например, был в восторге от такой удобной возможности оторваться от погони и бесследно исчезнуть.

Растормошив шокированную девушку, я помог ей подняться на ноги, и мы, еле держась на ногах от сильных порывов ветра, пошли к немного раскрытым створкам, где нас дожидались товарищи. Мои уши закладывало от гула, я тянул за руку принцессу, боясь, что ее может затянуть в смертоносный вихрь, волосы хлестали мне по лицу, порываясь залезть в рот, а плащ поднимался чуть ли не до плеч…

Зайдя последним в пустующий храм и окинув прощальным взглядом площадь, где царил настоящий хаос, я закрыл тяжелые створки. Стало непривычно тихо…

Глава 12

По просторным, начищенным до блеска коридорам храма бежали пять человек. Первым бежал Риэл, он, держа в наготове свой новый арбалет, настороженно осматривался по сторонам. Второй был Валерий, который нес на руках хрупкого Шона, направляя нашего бравого вора к потайному проходу. Следом за ними бежала Поля… Я и Эрика плелись последними.

— Как он? — догнала Валерия Поля, обеспокоенно всматриваясь в потерявшего сознание Шона.

— Плохо… — буркнул светлоглазый жрец, сильнее сжимая в руках своего друга. И крикнул впереди бегущему вандалу. — Сейчас налево!

Наша компания побежала по левому коридору. Мелькали кельи, просторные залы, поражавшие своей роскошью, галереи в которых висели чьи-то портреты…

Я, встревожено смотря вслед Валерию, думал о спасенном жреце. Времени мало, а я чувствую, что работы предстоит много. Не думал, что апостолы такие изверги. Издеваться над своим же собратом, когда тот дожидался казни — благодаря таким индивидам религия превращается в секту.

— Какой кошмар, ужас! — вдруг залепетала принцесса, которая плелась самая последняя. Она была бледна, испуганно оглядываясь по сторонам. — Я разбила реликвию! Я своими собственными руками обрекла мир на страдания! Нет, на уничтожение! Не видать мне спасения! Теперь гнев Богини обрушится на меня!

Я, обреченно вздохнув, остановился, дожидаясь впечатлительную девушку. Только самобичевания Эрики мне не хватало для полного счастья.

— Не мелите чушь, — я взял принцессу за руку и почти силком потянул ее вперед, заставив ускорить шаг. — А работайте ногами.

— Нет! — вдруг принцесса резко остановилась, выдернув из моей ладони свою руку. Она встала посередине коридора, как вкопанная. — Я больше никуда не двинусь с этого места! Возможно, если я приму наказание, то Великая смилостивится и…

Не дослушав бред принцессы, я с чувством выругался, повергнув воспитанную девушку в культурный шок. Ну, почему в самое неподходящее время Эрика выкидывает такие безумные номера? Не могла бы заняться сеансом самобичевания в другое время? А не тогда, когда по нашим пятам следуют апостолы, которые так и жаждут насадить нас на пики!

меня не было сейчас времени выслушивать слезливый религиозный бред про наказания и вступать с девушкой в дискуссию. Поля уже убежала — мы отстали, надо срочно догонять компанию. Я прислушался к посторонним звукам, надеясь, что апостолы еще не пустились по нашему следу в погоню. Пока все было тихо…

— Отлично, — с расстановкой произнес я.

У меня не оставалось выбора. Если она так жаждет испортить себе жизнь, то я отговаривать ее не буду, но сейчас… Не слушая возмущенных воплей Эрики, я, закинув ее на плечо, побежал догонять племянницу и компанию.

— Да как вы посмели! — возмущенно пыхтела Эрика, вися вниз головой и пытаясь колотить мою спину. Мммм, какой хороший массажик. — А ну живо поставили меня на место!

Конечно поставлю, но только тогда, когда мы окажемся около потайного прохода, а лучше за чертой храма. Мне как-то не доставляет удовольствия таскать на своих плечах девиц, которые не ценят того, что я спасаю их даже от самих себя. Похоже, безумие заразно.

— Да? — усмехнулся я. — А я погляжу, вы, Эрика, самоубийца.

— Это еще почему?

— Не вы ли только что говорили, что хотите добровольно сдаться жрецам?

— Но я же разбила реликвию! — чуть не плача воскликнула наивная принцесса.

Может ей все-таки признаться, что это была подделка? А то она так и с моста прыгнет, чтобы искупить свой «великий грех».

— Вы же сами видели, какой ужас начался по моей вине! Я не хочу быть навеки проклятой!

Видела бы она консилиум магистров. Вот это — ужас и армагеддон локального масштаба. Обмен новыми заклинаниями у волшебников превращается в настоящий хаос еще на пятой минуте собрания. А через два часа ничего не остается в живых в радиусе километра… А этот смерч — так, легкое дуновение ветра по сравнению с баталиями двух магистров, которые не сошлись во мнениях.

— Ага, значит казненной в «Яме Неверующих» вы быть хотите?

— Это еще почему? — удивилась девушка, перестав проводить сеанс массажа. Она надменно хмыкнула, наверное, закатив глазки. — Я принцесса, меня нельзя казнить.

— Скажите это тому психопату, — хихикнул я, на миг представив лицо Его Преосвященства.

За ту великолепную пощечину тщеславный старик самолично толкнет Ее Высочество в бездну. И ему будет глубоко плевать, что он только что лишил короля его любимой дочурки. Видимо я и Эрика подумали об одном и том же. По крайней мере принцессе вдруг резко перехотелось совершать такой опрометчивый поступок.

— Стойте, — обдумав неприглядную перспективу быть осужденной безумным маразматиком, забрыкалась Эрика. — Я передумала. Я пойду сама.

Я облегченно поставил принцессу на мраморный пол. Не думал, что мои слова так быстро подействуют на ее наивное сознание. Неужели случилось невозможное, и она поумнела?

Принцесса красная как рак, для проформы посверлив меня своим грозным взглядом голубых глаз, пригладила растрепанную прическу. Я терпеливо дожидался копушу. Если нас поймают апостолы, то я буду знать, кого винить. Женщины… И почему у них всегда внешность на первом месте? Вдруг ни с того ни сего Эрика засмеялась в кулак.

— Что? — удивился я, разведя по сторонам руками.

— Ваша прическа… — принцесса улыбалась, смотря на мои растрепанные волосы. Я показно пригладил рукой свою безумную прическу, которой наградил меня шквальный ветер. Мне сейчас не было дела до своей внешности. Мои мысли занимало будущее лечение покалеченного жреца. — Все? — раздраженно спросил я.

— Не-е-ет… — Эрика улыбаясь, пересилив рвущийся наружу смех, учтиво поинтересовалась. — Дамир, я и не знала, что вы следите за модой.

— Это еще почему? Что за глупые предположения…

— Когда я висела вниз голов… когда вы решили прокатить меня на себе, то я почувствовала, что от ваших волос пахнет «Цветочной феей». Это, кстати, очень популярные при королевском дворе духи… у престарелых дам.

Я нахмурился не совсем понимая, что только что сказала девушка. Причем здесь духи? В душу прокралось смутное подозрение, что что-то здесь не чисто. Девушка, не дожидаясь меня, вовсю улыбаясь, побежала догонять нашу компанию, оставив меня одного разбираться со своими проблемами. Осторожно взяв пару локонов своих волос, я их понюхал. Противный приторно-сладкий запах… Риэл… Он умудрился незаметно облить мои волосы духами, когда я был его заложником на площади! Все, решено — я убью этого вандала!