Пересекая границу реальности (СИ) - Никитина Элиана - Страница 72

- Всё, я закончил! Можешь одеваться! С оставшимися деталями разберешься уже сама.

Понятливо кивнув, ибо догадаться о том, на что именно отец намекает было несложно, я полезла за коробкой с нужным нарядом. А он, отвернувшись лицом к окну и тем самым давая мне возможность спокойно переодеться, принялся изучать тот бардак, который был у нас с Ларой на столе.

Что в свою очередь напомнило мне о рисунке длинноволосого типа колоритной наружности и я, пока вновь о нём не запамятовала, обратилась к родителю:

- Натан, полистай верхнюю тетрадь из стопки рядом с учебниками и взгляни на рисунок, что изображён на одной из её страниц.

Стоявший ко мне спиной "тореадор" тихо фыркнул в ответ, но, тем не менее,  послушно потянулся за указанной тетрадью. А увидев мои художества, замер.

- Что случилось? – забеспокоилась я, спешно застёгивая наряд, который (к счастью) не требовал помощи со стороны. После чего, шурша юбками, приблизилась к будто окаменевшему брюнету. – Тебе знаком мужчина на портрете?

- Да, знаком, - прозвучало после некоторой заминки. - Это мой отец. И то, что ты его нарисовала...

Недоговорив, дракон вдруг резко развернулся ко мне лицом и с какой-то отчаянной надеждой заглянул в глаза.

- Что?.. Почему ты так на меня смотришь?

- Джорджи... Ты даже не представляешь, что сделала, – вместо ответа произнёс родитель и, ухватив меня за плечи, притянул к себе ближе. - Я же все эти годы был уверен, что мой отец мёртв, а ты... Ты своим рисунком дала понять, как я ошибался. Он жив! Мой отец и твой дед жив, понимаешь?!

- Если честно, то нет. Какая связь между моим рисунком и твоим заявлением?

- Прямая, дочь! Вспомни, что я рассказывал тебе о роде Шамран. Мы можем найти друг друга под любым именем и личиной. Так ты нашла меня. Нарисовала, каков я есть, а не таким, каким меня знала и описывала твоя мать. Но этого не произошло бы, будь я мёртв. И, следовательно, ты не смогла бы нарисовать своего деда, если бы тот действительно погиб на последней войне с орками.

- Хорошо. Допустим, всё так, как ты говоришь, Натан, - поразмыслив, кивнула я, когда тот умолк. - Но почему тогда ты его не чувствуешь, как чувствуешь меня? И почему за столько лет твой отец не объявился? Почему позволил тебе, своему сыну и наследнику, считать себя мёртвым?

- Этому есть только одно объяснение, ребёнок! - судорожно вздохнув, отец обнял меня так крепко, что рёбра затрещали. - Но об этом мы поговорим чуть позже. А сейчас я хочу, чтобы ты кое-что сделала. Это очень важно.

- Что именно? - спросила, запрокинув голову, дабы посмотреть в лицо дракона, который держал меня в своих объятиях.

- Сказать мне имя того, кого ты нарисовала, Джорджи, - в ответном взгляде чёрных глаз отразилась такая гамма эмоций, какую мне доводилось видеть в них лишь однажды. В ту, нашу самую первую встречу, когда Натан открылся передо мной.

И я была бы рада помочь ему, но не знала как. В тот вечер, когда мы с Ларой обсуждали нарисованного мной мужчину, его имя пришло мне в голову само. Просто возникло и всё!

- Тебе нужно сосредоточиться на своём рисунке и ни о чём другом не думать, - мягко произнёс отец в ответ на мои мысли. - Я же со своей стороны постараюсь тебе помочь.

Молча кивнув, повернулась к своей тетради и неуверенно коснулась пальцами портрета темноволосого красавца. А оставшийся стоять за моей спиной Натан положил мне руки на плечи. Чуть сжал их, выражая тем самым свою поддержку и как бы говоря, что у меня всё обязательно получится.

И тот, кого на дальнем Западе именовали Фейсалом, не ошибся. Стоило мне, прикрыв глаза отрешиться от окружающей действительности, представив перед мысленным взором мужчину с рисунка, как на  ум пришло имя... Эйнар.

Сжавшиеся на моих плечах руки подтвердили, что я попала в точку, а потом родитель развернул меня к себе лицом и вновь обняв, сообщил:

- Он жив, Джорджи! Теперь, я абсолютно точно в этом уверен! Выходит, правду у вас на Земле говорят, будто у кошек девять жизней. А я ещё удивлялся, как отец, во время войны, умудрялся выходить живым из переделок, в которых гибли другие крылатые. И тот роковой день, когда погибла моя мать, не стал для Эйнара последним, как решили все. Как решил... я.

- Ничего не понимаю! - глухо призналась, будучи крепко прижатой к сильной мужской груди. - Причём тут кошки? Или то была метафора по отношению к везучести твоего предка?

- Это долгий, интересный рассказ, дочь! - чуть отстранив меня от себя, с улыбкой отозвался Натан. - И я тебе его обязательно поведаю. Без спешки и во всех подробностях. А сейчас нас ждет интересный вечер.

***

Больше мы к теме главы рода Шамран не возвращались. Отец приступил к созданию фантома моей четырнадцатилетней версии, которому предстояло на время присоединиться к Ливу, Ларе с Кираном, и остальным ребятам. А я занялась доведением до ума своего образа спутницы тореадора. Ведь не только роскошное платье было способно превратить обычную девушку в Золушку. Подходящий случаю макияж и причёска также играли огромную роль.

- Какая же ты у меня красавица! - восхитился темноволосый дракон, когда я, закончив наводить марафет перед нашим с Ларой небольшим зеркалом, что висело на стене, повернулась к нему лицом. - Вот, полюбуйся!

Последовал лёгкий жест рукой и передо мной возникла знакомая отражающая поверхность, в которую я разглядывала себя в доме Натана. И тот образ молодой женщины, который явило зеркало на этот раз, невольно заставил улыбнуться.

В ней оказалось прекрасно все: начиная от высокой прически, с парой кокетливо выпущенных локонов, до носков туфелек, что виднелись из-под струящейся до пола юбки ало-чёрного платья. А кружевная черная маска, с крошечными рубиновыми капельками, закрыла две трети половины лица, придав образу таинственности.

- Вижу, что ты собой довольна, - становясь чуть позади меня и давая возможность оценить, как мы смотримся рядом, заметил с улыбкой родитель.

- Довольна - не то слово! Мне не верится, что девушка из отражения - я!

- Ты Джорджи! Ты! - прозвучало тихое рядом. - И тот, с кем ты однажды свяжешь свою судьбу, станет счастливейшим из мужчин.

Последние слова, сказанные Натаном, настолько меня удивили, что я повернула голову и в изумлении воззрилась на него в ожидании пояснений. Но тот лишь качнул головой и улыбнулся:

- Не бери в голову, дочь! Лучше взгляни на свой фантом, что сейчас вместо тебя отправится на маскарад.

Совету отца я последовала с долей некоторой настороженности. Но, как выяснилось, абсолютно зря, потому что тот превратил фантом моей четырнадцатилетней версии в нечто невероятно изящное. Эдакую девочку-видение.

- Как мы с Самаэлем здорово подгадали со вторым нарядом для тебя, - хмыкнул Натан и прищёлкнул пальцами. - В нём ты похожа на лилию. Такая же хрупкая, нежная и красивая.

- Угу. Сущее дитя, - вздохнула я наблюдая за тем, как моя юная копия, подчиняясь его воле, направляется к выходу из комнаты и легко выскальзывает в коридор.

- Ты себя явно недооцениваешь, Джорджиана, - возразил, протягивая мне руку красавец-тореадор. - В свои четырнадцать ты выглядишь юной девушкой, но никак не ребенком. Уж поверь мнению мужчины!

- Хорошо. Верю! - с моих губ сорвался смешок, а пальцы левой руки уверенно легли в раскрытую ладонь отца. - Идём?

- Конечно. Настала пора удивить всех тех, кто собрались внизу.

Глава 21.

В холл главного корпуса школы для магически одаренных детей мы с Натаном проникли под прикрытием заклинания невидимости. Тот накинул его на себя и меня, стоило только нам покинуть комнату и выйти в коридор, где на тот момент не было уже ни души.

А стоило только переступить порог самого просторного помещения "Серебряного нарвала", как мои глаза распахнулись во всю ширь, ибо то изменилось до неузнаваемости, превратившись в самый настоящий бальный зал.