Небеса не для нас (СИ) - Чикина Елена - Страница 13

Такая защита дорогого стоит, за мою честь есть кому вступиться. Я улыбнулась.

— Не благодари, Ева, правда. Мне в этом классе тоже досталось в свое время, от того же Власова в том числе. Когда ты перешла к нам, я пообещал себе, что не допущу, чтобы подобное повторилось.

Никогда бы не подумала, что над Витей кто-то мог издеваться, он всегда такой уверенный.

— А как тебе удалось заслужить авторитет среди ребят?

— Ну, где словами, где кулаками, давал им отпор, как мог. В итоге остальные поняли, что со мной связываться себе дороже.

Я вздохнула. Чего у меня никогда не получалось, так это давать кому-либо отпор.

На какое-то время мы замолчали.

— Ева, могу я спросить… тебе нравится Макар Власов?

Посмотрев ему в глаза, я, наконец, сказала правду:

— Нет, Витя, совсем не нравится. Это так выглядит, но это неправда. Просто из-за него я чувствую себя… дешевкой, — мой голос дрогнул. — Поэтому и переживаю, и плачу. Все думают, что я влюблена, даже сам Макар так думал. Но на самом деле я ненавижу его!..

Взгляд Вити стал серьезнее:

— Если что, говори мне, и я с ним разберусь! Все будет хорошо, больше он тебя не тронет.

Мы уже дошли до метро «Китай-город», и здесь должны были расстаться.

— Завтра увидимся! — он обнял меня на прощание, и я улыбнулась.

Витя пошел к своей автобусной остановке. «А говорят, что не бывает дружбы между парнями и девушками», подумала я, глядя ему вслед. Впрочем, про женскую дружбу тоже так говорят. Выходит, женщины и дружба — вещи несовместимые? Я рассмеялась про себя.

И тут словно бы увидела невдалеке знакомый серебряный автомобиль ‒ он заехал за поворот быстрее, чем я смогла его хорошо разглядеть. Показалось? Макар следил за нами или просто проехал мимо? Или все же показалось? С этим человеком я бы уже ничему не удивилась, и все же зачем бы ему понадобилось за нами следить?

Все, хватит думать о Власове. Чего только с нами не произошло за этот бесконечный день, перечислять устанешь! Но закончилось все его разбитой губой и тем, что я сказала ему отвалить от меня.

Я широко улыбнулась. Неплохо, совсем даже неплохо закончился этот школьный денек!

Следующим утром я снова эффектно накрасилась и тщательно уложила волосы. Зачем? Дело в том, что в обычное время я старалась держаться как можно более неприметно, чтобы ни у кого не вызывать зависти с агрессией, но сейчас ситуация изменилась кардинально. Задирать и унижать меня одноклассники перестали, зато начали активно интересоваться моей личной жизнью ‒ сказалась череда связанных со мной скандалов в духе желтой прессы.

Последним из них была драка Вити и Макара во дворе перед зданием главного корпуса; кто-то заснял все это на видео и выложил в интернет, и теперь к нам троим было приковано внимание всей школы. В комментариях люди делились сплетнями, фактами, предположениями, мнениями. И моя популярность выросла как на дрожжах. Честное слово, такого я никак не ожидала!

Я кинула Милане ссылку на видео ‒ сама я его просмотрела, наверное, раз десять. Дерущиеся старшеклассники, один красивее другого, разнимающая их блондинка, слова Макара «А лучше расскажи ему, как поцеловала меня сегодня утром!», моя задиристая фраза «Власов, просто отвали от меня, вот чего я хочу!», сказанная уверенно, воинственно, а затем наш с Витей уход, как демонстрация моего предпочтения. Картина маслом!

А что, интересно, думает об этом видео сам Макар? Вряд ли он пришел от него в большой восторг, учитывая, что картинка там вырисовывалась не особо для него лестная и к правде не имеющая никакого отношения. Оно выставляло меня в наиболее выгодном, а Власова в наиболее невыгодном свете. Мол, он за мной волочился, а мой «парень» ему морду набил. И это вся школа видела!

— Да уж, еще тем утром я выглядела несчастной жертвой неразделенной любви, а теперь, полюбуйтесь ‒ главная разбивательница сердец нашей школы! Вот смех! Кто бы мог подумать, глядя на это видео, что с Витей мы не встречаемся, а с Макаром всего пару раз поцеловались?

— С трудом верится, что твой Витя равнодушен к тебе. Да и Макар тоже!

— Витя просто такой человек, хороший и добрый.

— Ева, ты наивная, как не знаю кто! Тут к гадалке не ходи ‒ ты ему нравишься! Кто будет драться с одноклассником из-за подруги, которую пару раз поцеловали и даже не против ее воли?

— Мила, все не так, — возразила я с уверенностью, — ты просто не знаешь, как все было. Витя в первый же день начал защищать меня, просто потому что знает, каково это, когда над тобой издеваются. Он сам мне сказал, что его поначалу в этом классе задирали, и Власов в том числе. И меня не просто пару раз поцеловали. Макар на моих глазах поцеловал другую, потом Витя увидел, что я вылетела, как ошпаренная из пустого класса, в котором кроме меня и Власова никого не было, и целый урок я проплакала в туалете. Он хотел меня защитить, и было от чего!

— Все равно присмотрись к своему Вите, говорю тебе, не стал бы он с ним драться, если бы ты не нравилась ему!

Ее словам удалось поколебать мою уверенность. А что, если она права? Я ведь говорила ему, что все хорошо, я в порядке, но он все равно отправился делать Власову внушение, а потом, когда услышал все эти грубости в мой адрес, не выдержал и…

Ну, не знаю, по-моему, я бы поняла, если бы нравилась ему, девушки такое чувствуют. С другой стороны, с моей самооценкой ниже ватерлинии, странно было бы ожидать от меня какого-то особого чутья в этих делах.

— Да и твой Макар тоже. Не похоже, будто он просто хотел переспать с тобой, вот, вообще нет. Сама посуди: подвозил тебя до дома, делал комплименты, и вообще, уделял тебе больше внимания, чем любой другой парень в классе!

— Ага, назвал скучной мышью, описывал другу мою грудь…

Милана фыркнула:

— Ты совсем сквозь строки не умеешь читать? Да я бы то же самое могла сказать о тебе ‒ ты самым очевидным образом втрескалась в своего Власова! Да ты кроме него, больше ни о чем не говоришь! Ненависть ‒ обратная сторона любви!

У меня приоткрылся рот от возмущения:

— Ничего подобного!

Глава 7.1

— Я не договорила. Еще как втрескалась, по самые уши. Судя по всему, он тоже от этого недалек. Назвал мышью? А ты как мне его описывала? Да он просто точно так же говорил самому себе, да и запартнику своему, что ты не нужна ему, скучная скромница, а самого при этом тянет к тебе, прямо как тебя к нему! Ты ведь то же самое делала все это время, перечисляла все его недостатки! А уж теперь, когда ты дала ему отпор… о-хо-хо! Не удивлюсь, если он и вовсе на тебе помешается! Парни обожают трудности.

— По-моему, ты все сводишь к каким-то простым теориям, а все далеко не так просто. А Власов, вообще, тот еще человек-загадка. Он делает столько противоположных вещей по каким-то своим причинам. Зачем он поцеловал Анжелу на моих глазах? А потом сказал, что не хотел причинить мне боль? Очевидно, потому что я, и правда, не нужна ему, — мой голос предательски дрогнул.

— Не знаю, зачем, но тот факт, что он это сделал, наоборот доказывает, что ты значишь для него больше, чем думаешь. Кто будет уделять столько внимания какой-то девчонке, которую разок потискал в темноте? Да никто. Кто-нибудь на твоей памяти так делал?

— Нет, — ответила я удивленно.

— То-то и оно.

Я знаю, как умна и проницательна Милана, но она даже не знакома ни с кем из действующих лиц этой истории, да и знает обо всем только с моих слов. Но когда она приводит свои аргументы, с ними очень сложно не согласиться.

— У нас с Власовым ничего общего, с чего нам нравиться друг другу?

— Да ты и не знаешь его совсем.

Ну, вот, опять ‒ и ведь не поспоришь!

— Я знаю о нем достаточно, чтобы не иметь с ним никаких дел. Вот Витя ‒ с ним у нас очень много общего, и это сразу было ясно.

— Так тебе нравится Витя?

— Нравится. Как друг.

Милана скептически промолчала.