Красный Дракон с позывным "Змей" (СИ) - Хломов Сергей Николаевич - Страница 46

Катя предъявила на его суд радикальное предложение из той же второй части. Конструктор собрался снова отключиться, но остановил себя: - нет это слишком серьёзно, я вас забираю в КБ. Надо внимательно изучать, считать, проверять.

Забирать то он забирает, да кто же отдаст. Директор встал бетонным дотом,

- Не пущу, по крайней мере пока не внедрит свои же предложения! - всё же немного уступил. К вопросу перевода обещано вернуться обязательно. Екатерину назначили ответственной за внедрение, для веса поставили на должность второго зама главного технолога.

К вечеру прибыл представитель от КБ Швецова, получил такую же обстоятельную беседу, так же решил забрать в КБ сей бриллиант. Здесь Катя, не имевшая тяги к моторам, передала материалы первых двух частей (помнила суждения Александра о вреде несвоевременных знаний) и наотрез отказалась, сославшись на уже решённый вопрос о переводе в КБ другого направления. Было выражено сожаление и Валентин Иванович отправился изучать, да внедрять.

За отладку технологического процесса Екатерина Васильевна получила солидную денежную премию (которую тут же внесла в фонд победы) и орден Трудового Красного Знамени. Который сегодня ей вручили. Похвалил решение дозировать материал ( хотя сам это заложил), оставил влюблённых наслаждаться обществом друг друга, пообещав набросать ещё идеек, раз в лице Кати получилось такое надёжное прикрытие. Орденоносцы "обмывали" награды по ресторанам. Я просто побродил по военной Москве, узнавая и не узнавая столицу, а затем исполнил обещание. Перенёс на бумагу всё, что вспомнил. Получилось как бы завещание, хотя не было никакого предчувствия. Насыщенные работой два дня для меня показались долгими, наполненные любовью для Гриши - одним мигом.

Раннее утро 25 го. Поезд на Горький и самолёт на Центральный фронт уходили почти одновременно. Расстались в гостинице. Мы уходили не оглядываясь. Катя молилась так тихо, что услышать мог только я, просила господа сохранить её любимого. Всё правильно на фронте неверующих нет.

Глава 17.

СНОВА В БОЙ!

Жизнь в полку снова стала размеренной. Подсохла земля, начали летать, в основном разведка и наоборот (гоняли немецких оппонентов), сопровождали воздушных фотографов, пользуясь относительным затишьем натаскивали молодняк. Обратил внимание на любопытную деталь. Дело в том что в 41 большинство лётчиков люфтваффе имело богатый боевой опыт, чем наши лётчики похвастать не могли. Их техника была на пике формы (уже избавилась от детских болезней), наш И16 полностью исчерпал ресурс модернизации, ЛАГГи, ЯКи, МИГи были полны недостатков свойственных новым моделям самолётов и двигателей. Теперь опытных лётчиков выбили. Их новички сравнялись с нашими новичками, а опытным уступали значительно. Ещё не 41 наоборот, но шло к этому. Техника не только излечилась, но и пошли серьёзные улучшения. О безоговорочном господстве "люфтов" никто не вспоминал до начала Мая. Так вот деталь заключается в том, что на нашем участке появились "эксперты". Это жу-жу, как говорил Винни Пух, неспроста, а лишнее подтверждение подготовки немецкого наступления. Они большие специалисты по концентрации сил на направлении главного удара. Откуда этих начали подтягивать? Скорее всего из Африки или западной Европы и с других менее важных, по их мнению, участков фронта. Ню-ню, здесь мы их и закопаем. Доложил свои наблюдения по команде. Что наши? Вполне правдоподобно изображали, что верят в немецкую дезу, достаточно незаметно готовили многоуровневую систему рубежей обороны. А вот день Георгия Победоносца решили отметить серьёзным фейерверком. Вечером пятого мая довели приказ о нанесении массированного удара по аэродромам врага. Для этого под воздействие 16 ВА назначены всего 5, но очень важных, точек в районе г Орёл и н.п. Навля. Поскольку, хорошо разведанные, цели находились в радиусе от 100 до 200км, штурмовикам ставилась задача подавление ЗА и МЗА. Истребителям - прикрытие с воздуха, по возможности завершающая штурмовка. Бомбардировщикам - основная работа. Взлёт в 4,30. Поднимали практически всё что могло стрелять и бомбить. Мы прикрывали два штурмовых полка. В первую группу входила 1я АЭ и второе звено третьей, я в роли пункта наведения и зачистки потолка. Вторую группу составили 2я АЭ и 1е звено третьей, вёл их Ком полка. Цели обеих групп располагались достаточно близко, рассчитывал и им помочь в плане дальнего обнаружения, хотя при таком количестве самолётов в воздухе, вопрос сложный. Скорик со своим ведомым составили хоть какой-то резерв и охранение аэродрома.

Чуть засерело небо. Взлёт! Я первым. Забрался повыше. Развернувшаяся панорама массового подъёма авиации завораживала. Со всех площадок, сколько хватало глаз, взлетали, строились в боевые порядки Сталинские соколы всех мастей. Всё в режиме полного радио молчания. У немцев тоже тишина (специально полетел на "ЭКе" со второй немецкой радиостанцией, отслеживать их эфир). Проконтролировал наши группы. Порядок. Идут ровно, этажеркой, как отрабатывали. Курс на пересечение с штурмовиками, скорее всего видят. Да, так и есть - заняли позиции. Непосредственно в боевых порядках одно звено, которое во время работы поднимется повыше, дальше по обстановке. В эфире - тишина, боязнь что она преждевременно взорвётся канонадой команд на гортанном языке охватывает душу. Но нет, тишина длится! Наши группы практически одновременно выходят на предписанные точки. Началось! ИЛы волнами накатывали на врага, обрабатывая РСами, заранее разведанные места расположения ЗА и МЗА. Вторым заходом приласкали тех, кто проявил признаки жизни. С нашей точки пыталась взлететь четвёрка 109х. С первой парой разобрался "штрафбат", они были ближе всех. Вторую пару прямо на старте развалил из пушки какой-то илюха. Они заканчивали штурмовку, подключились истребители. Мы договаривались, если обстановка позволит, отстрелять не более 2/3 боекомплекта. Обстановка позволила. Я дал "добро". Радио каналы фрицев вскипели, только не от канонады команд, а от панических визгов, добавлявших неразберихи. Поздно, суки! ИЛы и "Лавочки" отошли, теперь накатывали волны бомбардировщиков. В тепличных условиях превращая аэродром в лунный пейзаж. Наши вместе с подопечными потянулись в сторону дома, я сделал ещё пару неспешных галсов и собирался уже последовать за ними, когда рассмотрел в 25 км хорошо замаскированный склад, никаких ориентиров, на пальцах не объяснишь куда целиться.

- Я Змей, вызываю бомбёров, есть жирная цель.

- Змей, я 201. На связи.

- 201, если можно, звено выдели. - 201 был в курсе перипетий по уничтожению склада за Волгой под Сталинградом, все понял с первой фразы.

- Змей. Я 201. Три хватит?

- Да.

- 221!

- 221 на связи.

- 221 под управление Змея.

-Принял. Змей, я 221, готов принять целеуказание.

- 221, твой бортовой?

- 47

Пошли за орденами, не сомневался и слегка завидовал командир БАП.

- 221 тебя вижу, - его тройка замыкала девятку ПЕ-2, - вам влево 25 градусов. 221 на курсе. Включить бомбовооружение.

- Включил.

- Включить главный.

- Включил.

Ожидаемо появились траектории падения бомб, на земле овал вероятных попаданий.

- В лево 3. Ещё чуть. Отлично так держать. Приготовится!

- Там же ничего нет! - непроизвольно вылез в эфир штурман 221го. Но команду "Сброс!" выполнил чётко. Стрелок-радист лежал на полу у нижней огневой точки и наблюдал как 12 по 250 кг постепенно отставая от самолётов падали вниз, туда где ничего не было. 30 секунд показались вечностью. "Ничего нет" рвануло так, что самолёты подбросило, а лётчикам пришлось успокаивать взбесившиеся машины. Одному из ведомых даже прилетел приличный осколок в крыло. На земле горел пожар и продолжали взрываться боеприпасы, видимо приличного калибра.