Only you (СИ) - Палла Иоланта - Страница 21

— Компанию мне составишь?

Мои брови взлетают вверх. Он хочет, чтобы я с ним по турникам прыгала, как обезьянка? Очень странное предложение.

— Боюсь, у меня так ловко не получится играть мышцами, — вкладываю в ответ максимум сарказма, — но есть вариант, который согласится. Сказать, в какое окно постучать? Или сам догадаешься?

— А-а-а, Васян, все-таки любуешься мной, да? — Никита заразно посмеивается, пока мои щеки горят. — Не ревнуй, Василиса Прекрасная, я тебе верен.

Баринов снова двигает бровями и напевает «Only you, в сердце only you, знаешь, детка». Лицо не просто загорается от злости, а искажается гримасой, по которой сразу можно понять, как я отношусь к мажору.

— Позер!

Шиплю и закрываю створку. И зачем я только открыла ее?! Любопытство съедало. Вот и получила. Так глупо проговорилась. Теперь он в курсе, что я пялилась на него в тот момент, когда он занимался. О-о-о…

С краснеющим фейсом иду к кровати, но только хочу спрятаться под одеяло, стук повторяется, только уже в дверь. Судя по тому, как методично Баринов стучит по дверному полотну, открыть мне все-таки придется, поэтому с тяжелым вздохом я топаю вперед. Небольшая щелка, через которую в комнату проникает свет, открывает мне вид на все еще довольного Никиту. Он смотрит на меня своим коронным взглядом, вызывая скопление энергии внутри. Странные вибрации в грудной клетке выбивают едкие замечания, и я вопросительно поднимаю брови.

— Вообще, я хотел позвать тебя не на турники, Васян, — с серьезным видом произносит мажор, пока я хмурюсь, отталкивая любые положительные эмоции в его сторону, — у меня тут проблема такая…

— Какая?

— Мышцы свело, — он демонстрирует наглядно кубики, но я концентрирую внимание лишь на бесстыжих глазах, которые его выдают с головой, — может, потрешь мне спинку…

— Какой же ты…

— Не будь душной, Василиса Прекрасная, — наглец умудряется еще мне и подмигнуть, чем вызывает острое желание огреть его по голове, что я и пытаюсь сделать, наплевав на то, что для этого потребовалось открыть дверь, — если хочешь потрогать, не обязательно бить, можно ведь и ласково.

— Что?!

Баринов мастерски ловит мои руки и прижимает к себе, вынуждая покраснеть и возмущенно открыть рот, пока его взгляд с моих глаз медленно опускается ниже.

— Лучше отпусти, — шиплю, чтобы не выдать, как мне становится неловко, ведь я стою перед ним в одном ночном комплекте, — иначе…

Никита возвращает взгляд к моему лицу и задерживает его на губах. Пауза зависает в воздухе одновременно с тем, как я перестаю дышать, потому что помню такой его взгляд. В клубе. Перед тем, как в меня прилетела бутылка. Столбенею с широко распахнутыми глазами.

— Красивая, — как-то задумчиво произносит Баринов, но тут же нахально улыбается, — когда злишься.

Я не успеваю дать какую-либо реакцию на его слова, потому что Никита отстраняется и отходит т меня на пару шагов.

— Пижамка зачет, Васян.

Он подмигивает и уходит в направлении своей комнаты, а я еще несколько минут пялюсь в пустоту, после чего опускаю глаза на простой хлопчатобумажный комплект — короткие шортики и топ, на котором изображен Микки Маус. Лицо искажает кривая гримаса.

— Да, чтоб тебя, а…

Глава 28

— А теперь в другую сторону! Молодцы!

Голос тренера по плаванию гулом влетает в мою ноющую голову, пока я пялюсь на водную гладь. Денек начался отпадно. Я проспал. Получил нагоняй от Кукушкиной старшей, еле сдержав язык за зубами, и сейчас попросту зависал в пространстве, не зная, как поступить с полученной информацией. У предка есть любовница. Мама о ней знает. Я — клинический идиот, который думал, что отец обманывает мать, но все оказалось гораздо проще.

Договорной брак.

Не предполагал, что такая дичь может касаться моих родителей, только серьезный разговор с матерью растянулся на целую ночь. В течение этого времени она пыталась вывернуть мой мозг наизнанку, и, как бы я ни старался, не мог смириться с тем, что родился в такой семье. Радужная картинка из детства шла наперекор с теми фразами, которые я услышал. В башне прогрессировал диссонанс информации, и я летал от одного варианта действий к другому, не решаясь шагнуть в бездну. Какой бы поворот я не выбрал, везде появится препятствие в виде Назара Баринова.

— Ты так и не ответил, Никита-а-а…

Ноющий голосок Вики над ухом раздражает хуже, чем дети, которые плещутся в воде, словно в последний раз видят ее. Я ловлю взглядом две макушки — светлую и темную. Славик и Илья сегодня на удивление спокойны, и это слегка меня напрягает. Затишье всегда не к добру. По себе знаю. Задумали очередную пакость, и наглые довольные лица являлись подтверждением моей догадки.

— Чего?

Переспрашиваю, не глядя на прилипалу. Она же старательно игнорирует мое хамское отношение. Вика не вызывает во мне никаких эмоций, кроме тотального раздражения, и сейчас на языке вертятся лишь направления, куда бы она могла пойти со своими предложениями и нечаянными касаниями.

— Мы с ребятами поговорили вчера и решили, что пора нам всем посидеть, — повторяет в очередной раз заезженную до дыр пластинку, пока я перевожу взгляд с пацанов, которых мне «доверили» на противоположный бортик бассейна, — завтра вечером всех устраивает, а тебе как такой вариант?

Слова Вики пролетают через уши куда-то в сторону выхода из зала, потому что мои глаза стопорятся на стройных ножках, которые погружаются в воду. Скольжу взглядом выше и чувствую, как во рту становится сухо, будто меня выкинули в пустыне на горячий песок. Васька садится на бортик и улыбается своим/нашим подопечным, а я впиваюсь глазами в синий купальник, который скрывает и одновременно подчеркивает то, чем ее наградила природа.

— Никита! Что ж такое?!

Прилипала толкает меня в плечо, вытаскивая из грязных фантазий, которые всплывали в голове с ужасающей скоростью. Микки Маус, чтоб его…

— Что?

— Я тебе уже десятый раз говорю о посиделках с вожатыми, а ты Василису рассматриваешь!

С возмущением выпаливает Вика, и к моему удивлению Кукушкина ловит эту высокочастотную волну, пробегая по мне странным взглядом прежде, чем окунуться в воду. Хорошо, что волосы свои убрала под уродскую шапку, иначе…

— Нужна она мне больно, — фыркаю, переводя внимание на прилипалу, которая поправляет свои короткие волосы и льнет ко мне всей массой, — что там с посиделками? Завтра? Во сколько?

— Начнем в девять, а там уж как пойдет, — Вика многозначительно смотрит на меня и губы кусает, — твой друг придет? А то Алка не хочет скучать…

— Придет, — усмехаюсь, — и не…

Осекаюсь, потому что в обзор попадает темная макушка, которая слишком быстро передвигается в сторону Васьки, и вот та уходит с головой под воду, а мелкий победоносно машет ее шапочкой. Вскакиваю и направляюсь к другому бортику, где уже возмущается тренер, Леонид Викторович, кажется.

— Смотрите, — Илья тычет пальцем в вынырнувшую Василису, которая кашляет и трет глаза руками, — русалочка!

Гул, который поднимается после выходки этой парочки, забивает уши, словно ватой. Сжимаю кулаки и чуть ли не силой вытаскиваю Славика из воды. Второй следует за другом сам. Пока тренер пытается всех успокоить, я беру свое наказание за руки и тащу к выходу. Не понимают они нормальные слова, значит, придется объяснять по-другому.

— Аккуратнее!

Возникает Лемишев, когда я вывожу их в другой зал и отталкиваю от себя. Два мокрых гуся в шапочках. Илья взгляд отводит, а Славик с ненавистью кулаки сжимает. Достались же мне два сюрприза!

— Перед Василисой извинишься, — цежу сквозь зубы, тыча в Лемишева пальцем.

Как общаться с детьми, не знаю, а с такими тем более, но чувствую, что должен заставить их попросить прощения у Васьки. С чего вдруг на меня такая доброта и ответственность накатывает? Без понятия, да и задумываться не хочется.

— Нет. Не буду.