Элина и Орбус (СИ) - Зима Лера - Страница 52

Наконец, Флорентина обратила на меня внимание.

– Ты чего? Жопу простудишь! – воскликнула в сердцах она и вернула меня в эту реальность.

– А? Да. – Послушно слезла я.

Наконец показались Вальдемарт и Брежар.

– Рад вас видеть! – воскликнул Брежар. – А где ваш спутник? Так сильно похудел? – показывая на Тенебриуса, и звучно рассмеялся. Я тоже хихикнула, а Тенебру шутка, похоже, не понравилась. Фло почему-то тоже не оценила.

– Эфтан нам помог чем мог. – Недовольно ответила она. – А это Тенебриус, наш новый провожатый, вы его не знаете.

– Ну что же вы такие кислые, господа? Это же шутка! Очень приятно, – продолжил Брежар. – Впрочем, денек хороший, а новости не очень. Внутренний бастион закрыт. И даже не из-за нас. Там идет противостояние групп верующих за обладание церковью. Потому один лагерь удерживает монастырь, другие пытаются прорваться.

– Вообще с храмами странное дело. У нас тут почти четыре группы верующих, все как один утверждают, что настоящие – они, и каждая претендуют на все храмы. – Пояснил Вальдемарт. Потому, не все конечно, но попадаются храмы в осаде. К несчастью, этот монастырь из таких. Его заняла группа верующих, близкая градоначальнику.

– Поэтому мы вам поможем. – Добавил Брежар. – Мы помним, как вы помогли нам, и учитывая, что в монастыре окопались не те люди, которые добры к нам. Палят из пушек по таким же верующим, как они.

– Ну, что пойдем против пушек? – спросил Тенебриус.

– С мечами, посохами и арбалетами? – уточнила я.

– Сначала на разведку. Точнее мы все разузнали, но я хочу, чтобы вы тоже посмотрели, что там творится, и что может вас ожидать. – Прохладно пояснил Брежар.

Обратно проходим полукруглую площадку со стелой, идем к следующему монументу. Дорога вымощена по самому краю холма и огорожена бортиком. Слева – восхитительный вид на Дану-Ра и противоположный берег. Справа – деревья. Внезапное озарение нахлынуло на меня: ищу кусты омелы. Слава богам, их нет, – облегченно думаю про себя, забыв, что Тетрахромбиул уже не следует с нами. Но мало ли…

Еще одна круглая площадка, но без каких-либо монументов. Возникает ощущение, что это тоже часть укреплений, а мы – на вершине крепостной насыпи. Только пушек и охраны нет. А далее – странный обелиск в виде креста с летящим вверх бронзовым журавлем, золотистые купола за ним и земляной вал, белый от снега. Эх, хорошая бы горка для санок получилась бы, если бы…

…а вот и пушки, в ряд на валу. На деревянных лафетах, с большими колесами, как у телег, уж действительно, та пушечка, на постаменте, была совсем маленькая.

– Аккуратно, аккуратно, сильно в глаза не бросаемся. Уходим назад, и потихоньку идем, рассредоточившись, – командует Брежар.

Отходим на безопасное расстояние.

– Здесь еще тихо, а дальше, где ворота в Цитадель, там жарко.

Снова возвращаемся на круглую площадку и спускаемся вниз, на аллею, но идем не к детской площадки, а к уступам бастиона.

Нас уже ждали. Люди, одеты в белые, обтягивающие одежды, вооруженные крюками и толстыми веревками-тросами.

– Ну что, готовы? – спросил их Брежар?

Те лишь кивнули.

– Задачу знаете. Особенно, вот этим людям поспособствуйте! – показал на нас.

Так вот зачем он нас сюда привел, а вовсе не для того, чтобы их показать нам…

– Это саботёры. – Пояснила Вальдемарт. – наша лучшая гвардия.

– Вы обратились по правильному адресу, – добавил Брежар.

Саботёры принялись подниматься по отвесному белому уступу горной породы, над которой, к тому же, возвышалась крепостная стена. Они бросали вверх крюки, те впивались в замерзший лед и скальные трещины, и по тросам ловко взбирались вверх.

– Они очень быстро будут там, так что давайте, вперед.

Мы направились обратно, к обелиску. У пушек показался человек в белом, с флагом.

– Эта линия обезврежена. Идем к вратам! – сказал Брежар.

Я обернулась посмотреть на обелиск. С этой стороны он тоже выглядел как крест, только журавлей было много больше. Птицы взлетали один за другим… вверх. Под обелиском – запертый вход в подземелье. Учитывая, что ни Флорентину, ни Тенебриуса, ни Брежара это подземелье не заинтересовало, для нашей миссии там не было ничего интересного.

Мы шли дальше, следуя на одной линии с человеком с белым флагом, пока тот не остановился. К нему подошли еще несколько саботёров и вскоре вся их компания затерялась в месиве «наши – не наши».

Теперь я увидела, что творилось перед вратами. На улице был разбит палаточный лагерь, люди с самодельным тараном пытались пробить массивные створки ворот. Сверху – такие же ряды пушек, они палили по атакующим, которым, впрочем, везло: ядра падали сравнительно вдали от них. Может быть им помогало то, что одна из немногочисленных палаток, поодаль, в которой размещалась походная церковь.

Мы пока не высовывались.

Пушки прекратили пальбу. Неприятель был уложен в штабеля и связан, не знаю, что они с ними дальше будут делать, отправят на перевоспитание?

На стене показалось несколько саботёров с белыми флагами и ворота отворились. Наступающие ринулись внутрь.

– Они саботёров-то не перебьют? – забеспокоилась я.

– Нет, они проинструктированы, что это друзья. Да и не так-то справиться с нашими ребятами, за одного саботёра десять бойцов дают.

– А остальных?

– Не беспокойся, по-товему, мы звери что ли? Это они по нам пушками лупили.

– А почему вы избрали такую тактику, с отвесного склона попасть туда?

– Они думали, что там никто не додумается лезть по вертикальной стене. Не тут-то было! – ответил Брежар.

Прошли мимо старых руин, врата в верхнюю часть монастыря оказались уже открыты (спасибо саботёрам!), и под надвратной церковью идем через приземистый, оформленный полусводом проход, внутрь.

– Уж кто только этот монастырь не захватывал за всю историю! – Воскликнул Тенебриус. – И половцы, турки, монголы… вот теперь и мы.

– Ну, взяли! – говорю я. – А дальше что?

– В колокольню! – ответил Тенебриус мне.

– Да, нельзя терять время! – вторила Флорентина.

Она ждала нас. Высокая, великолепная, многоярусная, обрамленная белоснежными колоннами между перекрытиями на каждом из этажей.

Рядом с башней стояла тяжелая, массивная церковь. Ее купола, как и сама колокольня, виднелись нам еще издалека.

– Тоже древняя? – спросила я.

– Нет, новодел! – небрежно ответил Тенебриус. – Настоящая, пока ее не разрушили, была ближе к колокольне. Вот остатки ее фундамента, – показал он на искалеченный взрывом и временем остов краснокирпичной кладки, который располагался ближе к башне, чем восстановленный храм.

– Раз, два, три… Четыре уровня! – посчитала я этажи башни.

– На третьем – колокольня, на четвертом – наши врата. Хотя уровней не четыре, а пять, а может и больше.

– Это как так? – удивилась я замечанию Тенебриуса.

– Говорят, что, когда церковь начали строить, не просчитали сыпучесть грунта, и с каждым ярусом церковь стала уходить под землю. Когда же установили купол с крестом, то башня стала подниматься обратно.

– Так и до небес дойти может – говорят, ахнула одна бабушка. И тотчас башня расти перестала, как говорили монахи, чтоб и правда, не уподобиться вавилонскому столпу.

Подошли к вратам, красивым, чугунным, с чеканкой. Высоким, двустворчатым, арочным. Но не тут-то было.  Заперто!

– Взять сможем? – спросила Флорентина Брежара.

– Не думаю. Тайно в них не пролезешь, а если там сверху кипяток лить начнут?

– Так может внутри никого и нет?

– Да найдите ключ и всего-то. А мы периметр будем сторожить, пока не успокоится.

– Может, выломать? – спросил Вальдемарт.

– Ты чего? – удивилась Флорентина. – Нельзя так, по-варварски со стариной обращаться. Я думаю, найдем ключ.

– И где его искать? – нервно спросила я. Опять все затягивается и становится совершенно непонятным. То этот ритуал, то цитадель, то башня, то ключ этот несчастный в придачу.

– Там же, где все самое ценное, – медленно проговорил Тенебриус, – в пещерах.