Умоляй меня (ЛП) - Дрейвен Грейс - Страница 7

Шорох одежды по каменному полу возвестил о прибытии Эмброуза. Колдун почти впорхнул в комнату. Брови Балларда поползли вверх. Возвращения Гэвина в Кетах-Тор были горько-сладкими для оставшихся обитателей замка — радость от его благополучного прибытия, печаль от того, что поток притягивал его домой. Хотя Эмброуз всегда праздновал возвращение Гэвина домой так же, как и все остальные, на этот раз он практически выпрыгивал из своей кожи от волнения.

— Гэвин вернулся, — произнёс он голосом человека, объявляющего о прибытии героя-победителя.

Баллард заговорил сквозь стиснутые зубы, пока Магда изо всех сил старалась выковырять ему вены из ноги мокрой тряпкой:

— Я видел его из окна.

— Он привёл кого-то с собой.

Дыхание в лёгких Балларда замерло. Он не заметил, как Магда намазала медом три проколотые раны и прикрыла их бинтами.

Она с сомнением посмотрела на Эмброуза.

— Он кого-то привёл?

Глупый мальчишка! Ошеломлённый новостью, Баллард не мог поверить в такую глупость. Сообразительный и осторожный Гэвин никогда не проявлял и намека на импульсивность, но это — привести кого-то с собой в Кетах-Тор, и во время усиления потока…

— Скажи ему избавиться от них, — прорычал он. — Сейчас же.

— Боюсь, это не так просто, — Эмброуз беспомощно развёл руками. — Он привёл женщину. Она ждёт в холле вместе с ним.

Магда забыла про роль няньки и встала.

— В холле? — она бросила бинты на стол, и Эмброуз сделал осторожный шаг назад. — Без огня, да еще и после мокрого снега на улице, — она махнула рукой на дочь, стоявшую рядом. — Кларимонд, разожги камин и отведи её на кухню, чтобы девушка согрелась!

Баллард изумлённо уставился на неё.

— Сейчас? — он оглядел себя, полуобнаженного, вымазанного в меде и обмотанного бинтами, выставив напоказ свои шрамы и уродства. — Это будет не слишком приятное зрелище.

Магда швырнула ему бриджи и сапоги.

— Спрячься, глупый дурак. Я тебя позже вылечу.

Эмброуз помог ему встать, полностью поддерживая Магду, и подтолкнул Балларда к ступенькам, ведущим в кладовую.

— Я встречу их и пришлю Джоан с твоим плащом. Пока Магда отогревает её, — он радостно потер руки. — Это может стать нашим искуплением, господин.

Сидя на верхней ступеньке и сжимая в руках одежду, Баллард гадал, когда же он потерял контроль над своим замком. Он хмуро посмотрел на друга.

— Не возлагай слишком больших надежд. Воздух искрится дикой магией. Если твоя идея верна, то с её приходом всё должно было утихнуть.

Тот пожал плечами.

— Значит, будет спасением. Заплутавшая странница. Но девушка одна? — его глаза светились надеждой, которую Баллард не видел ни у кого из своих вассалов уже много веков. — Увидимся через минуту.

Дверь за ним закрылась, оставив Балларда в полумраке. Он подогнул пальцы ног, сидя на холодной лестнице, пока наблюдал за мерцанием огней. По крайней мере, они сослали его с элем и вином. Он спустился в подвал и быстро оделся перед аудиторией сложенных бочек, некоторые из которых были наполнены вином, которое Гэвин привёз домой, другие — варевом, приготовленным Магдой и её девочками на кухне. Его нога и рука болели, а на щеке все еще красовалась глубокая царапина, оставленная изогнутыми шипами розы. Если бы это был какой-нибудь путешественник, которому каким-то образом удалось прорваться сквозь защиту Эмброуза и найти Кетах-Тор, он бы вышел в большой зал без плаща, с обнажёнными голенями и размахивал мечом или арбалетом на случай, если упомянутый посетитель не поймёт слов: «Проваливай прочь». Но на этот раз все было по-другому. Его сын привез в Кетах-Тор женщину — чего он никогда раньше не делал — и застал домочадцев Балларда врасплох. Ради Гэвина он постарается не быть таким диким, в чем его когда-то обвиняла Изабо. Он спрячет следы проклятия и не спугнет их гостью, которая может вскочить на ближайшую лошадь и помчаться к подъемному мосту, крича во все горло.

Джоан нашла его на верхней площадке лестницы с плащом. Она поклонилась.

— Они вернулись в зал, господин. Ждут вас.

Она последовала за ним, когда он накинул плащ на плечи и натянул капюшон так, чтобы лицо оставалось в тени. Магды и Кларимонд нигде не было видно, и он посмотрел на чайник, висящий над огнем очага. Он сердито свистел, вода бурлила и выплескивалась на тлеющие угли, шипевшие в знак протеста. Звуки шагов, бегущих в сторону кухни, заставили его напрячься. Он положил руку на кинжал, висевший у него на поясе, и опустил его так же быстро, когда вошёл Эмброуз, на этот раз такой же запыхавшийся и легкомысленный, как любая девушка на её первом представлении при дворе.

Баллард нахмурился.

— Да что с тобой такое?

— О Боже, Баллард, — его руки дрожали. — Эта девушка… у меня нет слов.

Губы Балларда дрогнули.

— Так плохо, да? Мне всегда было интересно, кто сможет привлечь его внимание. С его красивым лицом он мог выбрать любую девку. Должен ли я быть разочарован?

Эмброуз усмехнулся.

— Иди, посмотри.

Он последовал за Эмброузом в большой зал, где небольшая толпа, состоявшая из Гэвина, его таинственной гостьи, Магды с широко раскрытыми глазами и столь же ошеломленных Кларимонд и Джоан, собралась у теперь уже зажженного очага. Гэвин и девушка стояли к нему спиной, но при их приближении повернулись. Баллард замер, как вкопанный.

Закутанная в зелёный плащ, с руками в перчатках из кроличьего меха, девушка, стоявшая перед ним, вполне могла вдохновить не только на песни и произведения искусства, но и на битвы между империями за её руку. Даже его давно умершая жена, прославившаяся в своё время красотой, не могла сравниться с этим прекрасным созданием. Её волосы, перевязанные простой лентой, отражали свет летнего светила и огонь в очаге.

У каждого человека, даже самого красивого, был какой-нибудь изъян: слабый подбородок, слишком широко расставленные глаза, слегка искривлённый нос. Только не у неё. Тонкая и нежная, как фарфор, кожа, прямой нос и большие карие глаза, затенённые густыми и чёрными ресницами, украшали лицо, которое, должно быть, потрясло Гэвина, когда он впервые увидел её. Баллард не мог разглядеть фигуру девушки в плаще, но подозревал, что её тело в совершенстве соответствовало лицу. Как будто боги решили благословить одного человека всем своим физическим величием, и это было результатом их усилий. Ему потребовались столетия, чтобы сделать это, но его сын привёл домой самую красивую женщину в мире.

Гэвин повёл её вперёд.

— Отец, я хочу представить тебе Циннию Халлис из Монтебланко, провинции Фэрхейвен.

Она задумчиво улыбнулась ему и присела в глубоком реверансе. Поднявшись, она протянула ему руку.

— Для меня большая честь познакомиться с вами, лорд де Совтер, — сказала она мелодичным и сладким голосом. — Ваш сын много рассказывал мне о вас и вашем доме.

— Неужели? — смех едва не прорвался наружу. Красота в самом возвышенном её проявлении обитала теперь в Кетах-Тор наряду с уродством. Ирония чуть не задушила его. Он не взял её за руку, но откинул плащ, открывая свои руки. Она резко вдохнула и отпрянула. Гэвин поймал её пальцы своими и сердито посмотрел на отца.

Баллард пожал плечами. Может быть, Цинния Халлис и красива, но если Гэвин хочет задержать её здесь больше чем на час или два, ей придётся стать храброй и смириться с его внешностью. Он наденет плащ, но не собирается прятаться в кладовке всё время её пребывания, чтобы не оскорбить её нежные чувства.

— Как долго вы здесь пробудете, госпожа Халлис?

— Отец, на пару слов, пожалуйста. И Эмброуз тоже, — Гэвин поцеловал руку Циннии, прежде чем мягко подтолкнуть её к Магде. — Иди на кухню с Магдой, любовь моя. Ты проделала долгий путь. Она позаботится о тебе.

Магда положила руку на плечо девушки.

— Пойдем со мной, девочка. Давай тебя накормим. Люди забывают об этих вещах до тех пор, пока их собственные животы не начинают грызть их спины, — она вывела Циннию из зала, Кларимонд и Джоан последовали за ними.