Умоляй меня (ЛП) - Дрейвен Грейс - Страница 71

— Добро пожаловать в Дом Кетах, леди де Ловет.

Она покраснела и сделала реверанс в ответ:

— Благодарю вас, лорд де Совтер.

Оба мужчины смотрели, как она направилась к Луваен. Женщины обнялись, и Цинния разрыдалась, что побудило Луваен успокаивать ее и передать ей носовой платок. Гэвин двинулся вперед, а его прежнее восторженное выражение лица сменилось откровенным страхом.

Баллард остановил его, положив руку ему на плечо:

— Оставь ее в покое, сынок. Она не сожалеет о вашем союзе, она просто отрезает последнюю нитку от фартука своей сестры.

Они подождали, пока женщины закончат свой разговор. Баллард встал рядом с Гэвином, который, несмотря на заверения своего отца, оставался напряженным и встревоженным слезами Циннии. Его колени заметно подогнулись от облегчения, когда она вернулась к нему, все еще шмыгая носом, но счастливо улыбаясь.

Баллард оставил их принимать поздравления от остальных и отыскал Луваен, которая теперь одиноко стояла в стороне. Она повернулась к нему со слезящимися глазами.

— Я не плачу, — сказала она. — Камыш нужно выбросить. В нем полно пыли.

Баллард подыграл ей:

— Магда ведет домашнее хозяйство вяло, хотя, как я понимаю, она пекла пироги с инжиром.

— О, что ж, в таком случае любой может простить немного пыли.

Он схватил одну из ее рук и поднес ко рту, чтобы поцеловать:

— Больше нет надобности в охране, — пробормотал он ей в костяшки пальцев.

Ее плечи поникли:

— Нет, и я не знаю, радоваться мне или грустить, что мне больше не нужно караулить, — ее брови слегка нахмурились. — У нас действительно была неизбежная дискуссия о том, чего ожидать в первый раз на брачном ложе.

Баллард мог только представить, как это произошло: вероятно, Цинния широко раскрыла глаза и была ошеломлена, пока Луваен описывала это действо в своей прямолинейной манере.

— И?

— Унизительно, — сказала она. — Я бы хотела, чтобы наша мать Абигейл была все еще жива. Цинния не осмелилась бы задавать ей те вопросы, которые она задавала мне. Можно подумать, я была владельцем магазина подделок со всеми деталями, которые она хотела.

Заливистый смех Балларда привлек обжигающий взгляд покрасневшей Луваен и пристальные взгляды остальных. Его новая невестка удивила его сегодня во второй раз. Когда-то он считал Циннию робким созданием, окруженным длинной тенью своей могущественной сестры. Он подозревал, что в течение следующих нескольких дней она много раз докажет ему, что он не прав.

— Она гораздо больше похожа на тебя, чем я когда-либо предполагал.

— Тогда дурачь ее и дальше, — выражение лица Луваен стало меланхоличным, когда она посмотрела на свою сестру в объятиях Гэвина. — Цинния вышла бы замуж за Гэвина босиком и под дождем, но я не так представляла себе ее свадьбу. Я дала ей зеркало, чтобы она могла хотя бы сегодня увидеть папу. Это небольшое утешение, но лучше, чем ничего, — она все еще держала его за руку и сжимала его пальцы. — Вы с Эмброузом придумали прекрасную идею для подарка для нас, — она подмигнула. — Даже если он пахнет магией.

Баллард потянул ее за руку, пока она не оказалась в кольце его объятий. Она смотрела на него, не дрогнув.

— Если бы я не знал, что женитьба на тебе расколет твою преданность и привяжет тебя к этому замку, я бы сделал тебя своей женой, Луваен, — он крепче прижал руки к ее спине. — Эмброуз уже предложил нам пожениться. Я сказал «нет».

Он стоял неподвижно под ее пристальным взглядом, ожидая ее решения.

Прошла целая вечность, прежде чем она коснулась пальцами края его капюшона.

— Зачем мне какой-то надутый маг, чтобы объявить нас связанными? — она усмехнулась. — Ты мой, Зеленый Человек. А я твоя.

Она протестующе пискнула, когда он поднял ее и прижал к себе. Баллард хотел целовать ее до бесчувствия: впитывать сущность, которая заставляла ее пылать так яростно, носить ее с собой, пока проклятие не поглотит его полностью, и его последняя человеческая искра не погаснет.

Но этот день не принадлежал им, и не слишком тонкое покашливание Эмброуза сигнализировало о том, что они с Луваен игнорировали всех достаточно долго.

Ужин прошел в приподнятом настроении, с большим количеством тостов за молодоженов, шуток и лукавых намеков, от которых даже Гэвин временами краснел. Луваен сидела справа от Балларда, в пределах легкой досягаемости его руки, которая блуждала от ее колена к бедру и обратно. Это не был день его свадьбы, но он надеялся сделать его своей первой брачной ночью. Она пробудет у него еще неделю, прежде чем вернется домой к своему отцу с Циннией и почти всей его семьей на буксире. Он не собирался терять драгоценное время.

Цинния встала, поцеловала Гэвина и, извинившись, покинула празднование.

— Я сейчас вернусь, — сказала она. — Я иду за зеркалом. Папа может и не быть здесь лично, но он может быть здесь духом.

Гэвин тоже встал:

— Я пойду с тобой, — с готовностью сказал он.

Луваен наклонилась к Балларду:

— Они больше не спустятся обратно вниз.

Баллард жестом пригласил Гэвина сесть и снова наполнил его кубок:

— Остуди огонь, мальчик. Она скоро вернется.

Гэвин плюхнулся на свое место, но не сводил глаз с лестницы. Остальные вернулись к еде и болтовне без него.

Все вскочили из-за стола, услышав испуганный крик Циннии. Гэвин вытащил свой меч из ножен и бросился к лестнице, Баллард последовал за ним, держа в руке только свой кинжал для еды. Цинния встретила их на полпути вниз по ступенькам, чуть не врезавшись в Гэвина в спешке.

— Лу! Посмотри на это! — она сжимала заколдованное зеркало в одной руке, дико размахивая им перед Луваен.

Она вырвалась из рук Гэвина и оттолкнула обоих мужчин к стене в попытке добраться до своей сестры. Милая прелестная невеста превратилась в ведьму с дикими глазами, и Баллард в замешательстве пожал плечами, когда Луваен бросила на него вопросительный взгляд, прежде чем остановить стремительное бегство своей сестры. Она отдернула голову назад как раз вовремя, чтобы Цинния не разбила зеркало о её лицо.

— Отец в тюрьме!

Луваен выхватила зеркало из рук Циннии и уставилась на него с таким свирепым выражением лица, что Баллард подумал, что она может разбить стекло:

— Я собираюсь убить Джименина, — сказала она.

Цинния расхаживала перед ней, заламывая руки:

— Ты выплатила долг!

— Я знаю! — Луваен схватила зеркало, жалея, что не может ударить им своего заклятого врага. — Я уверена, что он раскопал или придумал какую-то новую сделку, за которую папа якобы должен ему, — она топнула ногой. — Агрх! Я должна была застрелить его, когда у меня был шанс.

Баллард сжал кинжал для еды, когда низкое рычание вырвалось из его горла. Джименин. Противник Луваен и источник многих неприятностей семьи Халлис. Он также был катализатором, который привел к нему Луваен, но это не помешало бы Балларду отправиться в Монтебланко и снести этому человеку голову с плеч.

Обученный войне и более чем способный защищать своих людей, он был лишен возможности помочь ей: бессилен из-за проклятия и цепей, которые приковали его к Кетах-Тору. Даже Гэвин, желтоглазый и балансирующий на грани очередного потока, не сможет пойти вместо него. Луваен придется во второй раз встретиться с Джименином один на один.

Он встретил ее мрачный взгляд поверх головы Циннии:

— Ты не можешь ждать неделю.

— Нет. Я сейчас соберу свои вещи.

— Я иду с тобой, — сказала Цинния.

Сердитое выражение лица Луваен смягчилось:

— Я так не думаю.

— Но Лу…

— Цинния, ты только что вышла замуж и должна провести свободное время со своим мужем. Я разберусь с этим.

Баллард восхищался ее тактикой. В ней не было ничего деликатного, но она эффективно подавляла любые аргументы или настойчивость с обеих сторон. Он привлек внимание Гэвина:

— Одолжи ей Воробышка, чтобы она поехала верхом. Джименин будет ожидать, что она появится верхом на более медленном Плаутфуте. Появление на незнакомой лошади позволит ей выиграть время.