Хулиганка для мажора (СИ) - Палла Иоланта - Страница 33

— Не верю. Ромка никогда бы в такое не ввязался.

Тон Арса был ледяным, а я остолбенела, не понимая и не принимая услышанного.

— Что дальше?

— Он выполнил условие — пошел ночью в *** район.

— Что?

— Насть, — Орлов виновато посмотрел на меня и шагнул вперед, заставляя меня отступить, — мы же не знали, чем все обернется. Никто не знал. Он ушел, а нас домой отправили. Я потом узнал, что его нашли избитым.

— Его нашли мертвым, козлина! — Зарычал Арс и подался вперед. — Выставили нариком, который подрался со своими.

— Что за игры?

— Разные. От дурака на раздевание и выше.

— Выше?

— Бутылочка. Споры. Много чего.

Все замолкаем. Арсения ощутимо колотит неподалеку. Орлов резонирует около меня, а я безвольно руки опускаю.

— Пора выпить чаю.

Иду в коридор, пихая туда и пернатого.

— Ты его собираешься оставить у нас?! Совсем из ума выжила?! — Арсений меня за плечо дергает, поворачивая к себе. — Ты ему поверила?! А это, — указывает на свою ногу, гневно сверкая глазами, — ни о чем не напоминает? Нет?!

— Я помню, Арс. Это сложно забыть, но сейчас я хочу во всем разобраться, тем более, что ты, — тыкаю пальцем в его грудную клетку, — ничего не помнишь, а он, — указываю за спину, где остался Орлов, — может прояснить ситуацию. Я о многом прошу? Что тебе мешает его выслушать? Мы ничего от этого не теряем. Самого ценного уже нет. Хуже не будет.

Глава 54

Мы сидим в полной тишине. Слышно лишь, как работает чайник. Мне кажется, внутри меня такой же процесс. Потихоньку закипаю, ведь Орлов не произносит больше ни слова, уставившись в окно. Стучу по столу пальцами, переваривая услышанное. В голове не стыкуется ни одна фраза. Рома и игры… Я даже думать не хочу о подобном, прекрасно понимая, о чем говорил Саша.

Ребята постарше жестоко развлекаются. Его друзья, например, заядлые спорщики. Объект их внимания — девушки. Игроков несколько, кто совратит тот и молодец, а потом другая, и так бесконечно. От одной мысли, что Рома мог так себя вести, мне становится не по себе.

— Ненавидишь меня еще больше?

Спрашивает, но в глаза не смотрит, изучая вид за окном. Я не знаю, чем занять руки, и поднимаюсь. Достаю чашки и делаю нам чай, не спрашивая, сколько ложек сахара нужно пернатому. Сыплю, как себе, одну. Ставлю перед ним кружку и со своей сажусь на место. Движения напротив нет, и я борюсь с желанием не поступать, как Арс. Он просто ушел к себе с таким лицом, будто казнит меня после всего.

— А должна?

— Я не хочу играть в эти игры, сорока. — Смотрит на меня вполне серьезно, и я на автомате сжимаю кружку пальцами, не смотря на то, что она чрезмерно горячая. — Мы во взрослых интригах погрязли. Если дурачиться и дальше, можем не вытянуть.

— Мы? А как же твой статус кво?

Орлов тяжело вздыхает и дотрагивается до носа, видимо, показывая свою позицию. Не знаю, зачем мне все это. Важное, уже услышала, но упорно продолжаю ждать от него еще чего-то. Душа требует.

— У моего отца много связей, Настя. — Начинает, протягивая руку к кружке, и прищуривается. — Ангел, Воронов, Аристов… Они — лишь мизерная часть. Все намного серьезнее, чем вы можете представить. Если вы копнете под великого Кирилла Максимовича, то потянете за веревочку, которая зафиксирована на курке.

— Я понимаю, почему ты так говоришь. — Пытаюсь казаться равнодушной и на показуху жму плечами, отводя взгляд и делая обжигающий глоток чая. — Он ведь твой отец. Семья — святое.

— Нет. Не поэтому.

Замолкаем. Давлю в себе резкие высказывания и злость. Эмоции бьют по мозгам. Я даже зажмуриваюсь на несколько секунд, чтобы привести дыхание в норму, после чего в голубые глаза смотрю.

— Тогда почему?

— Я не хочу, чтобы ты пострадала.

У-у-ух… Сердце резко падает вниз от этой фразы. Снова маскирую дрожь и чувства за глотком чая. Эти действия помогают немного отвлечься, но не надолго. Отторжение идет полным ходом. Хоть сердце и сопротивляется. Я не могу контролировать эти бомбические процессы внутри себя. Разрывает на клочки. Даже слово боюсь произнести.

— Я не в курсе того, что было с твоими родителями, и как он там постарался. — Пернатый притягивает к себе кружку и без брезгливости пьет чай, чего я точно не ожидала. — Знаю точно лишь одно, он прикрывал мой зад, чтобы в прессе не высплыли детали того вечера.

— Оправдываешь?

— Нет. Это не моя прихоть. Ты сама стала свидетельницей того, как проворачиваются сделки. Один Заур многого стоит. Или ты думаешь, что если судья решил выгодно женить сына, то к вам будет добр?

Шумно дышу. Паника наступает на пятки внезапно. Когда-то Арсений меня убедил, что мы справимся, и я верила ему, настолько сильно, что рисковала не только свободой и совестью, но порой и жизнью. Сейчас все представления и вера разбивались об очередные реалии, и это было невыносимо больно. Я сделала глоток чая и вернула взгляд Орлову, который водил по краю кружки большим пальцем. Неимоверных усилий стоило заставить себя говорить.

— И? Кроме бегства, у нас нет вариантов, да?

Глава 55

— Он не будет действовать открыто. Станет наблюдать, скорее всего подключит тех людей, на которых ты даже не подумаешь. На соседку вашу милую, например.

— И что теперь? От каждого шарахаться?

— Нет, сорока. Быть настороже.

— И какова твоя роль в этой партии?

— Моя? Быть женихом и примерным сыном.

— Зачем ты идешь против отца?

— Я не иду против него, поверь. Если подниму бунт, то он меня вышлет за границу. Устранит последствия и вернет. Так не раз было.

— Тогда к чему эта помощь?

— Я не могу вам помочь. Все, что в моих силах, предупредить и указать направление.

— И?

— Я не убрал ничего.

— Не понимаю…

— Понимаешь, Настя. Все ты понимаешь. Прослушка работает. Инфа течет, и я думаю, ты прекрасно знаешь, кому в городе можно ее отнести.

— Ты про…

— Да, про него. Только один человек, осмелится пойти против моего отца и его друзей. Направление ты знаешь.

— На этом все?

— Глупая. С этого только все начинается.

— Долго ты будешь на меня дуться?

Арс пыхтит всю дорогу, но не произносит ни слова. Хмурится, от чего на его лбу ложится морщинка. Совсем не люблю такое состояние брата, только иначе не могу. У нас мало шансов и нужно их использовать. Шагаю вперед микроскопическими шагами намеренно, чтобы брат не чувствовал себя калекой, как он говорит.

— Дуются слабаки, а я зол.

— И долго ты будешь злиться?

— Пока твой любимый не исчезнет с горизонта.

— Он не мой любимый.

— Ну да, ну да…

Скриплю зубами от такого высказывания, но больше ничего не произношу. Переубеждать Арсения бесполезно. Он все равно уверен в собственной правоте.

Я уже несколько дней прокручивала слова Орлова в голове. Зря ли послушала? Не знаю, но прослушка работала, и сейчас мы несли результат единственному человеку, который мог бы помочь. Хаос в эмоциях и мыслях заставлял нервничать, а еще раздражения прибавляло то, что пернатый не выходил на связь. В университете не появлялся. После его прихода к нам снова пропал. Это наводило на сомнения, но я старалась не показывать их Арсу. Убивала на корню, а они подобно Фениксу возрождались из пепла.

Арсений вышел вперед, когда мы достигли красной двери. Я безмолвно следовала за ним, позволяя руководить. Да и переговорщик в данный момент из меня никакой. Конкретно потеряла хватку. Желание завершить все это стало патологией, и вылечить ее могло только чудо, на которое мы так слепо надеялись несколько лет.

Шаги в коридоре отдают эхом в черепной коробке. Волнение накрывает с головой. Потихоньку топит остальные эмоции. Перекрывает их, и я с облегчением выдыхаю, когда мы входим в кабинет к спасителю.