Тафгай 4 (СИ) - Порошин Влад - Страница 43

Кстати, первый свой «ченж» я совершил 4 февраля с японцем, который координировал наши перемещения по Олимпийской деревне. Третьего числа состоялось открытие Олимпийских игр, а 4-го я уже свою чёрную тяжелую шубу и шапку, что нам выдало государство, махнул не глядя на три японских светло-серых пуховика и на черные штаны из такого же материала. Во-первых, не люблю шубы, а эта мне ещё была к тому же мала. Во-вторых, ходить при нуле градусов в шубе для меня слишком жарко.

— Зачем тебе три пуховых костюма? — Недовольно бухтел Боря Александров накануне игры с финнами.

— В одном ходить, два меньших размеров — продам, — простодушно ответил я тогда.

— Продашь, значит? — Пробормотал Боря, надевая один из пуховиков на себя.

Как итог: на матч с Финляндией в японских пуховиках поехали я, Александров и Скворцов. А к сегодняшней игре со шведами в точно таких же куртках ходила уже половина команды. Даже Всеволод Михалыч случайно намекнул, что тоже не против совершить такой же обмен «сувенирами».

***

Когда представители Шведской ассоциации хоккея спросили молодого канадского хоккейного специалиста Билла Харриса: «Сможет ли он гарантировать выигрыш золото Олимпийских игр в Саппоро?», то Билл без сомнений дал утвердительный ответ. Тем боле сборная Канады на Олимпиаду в Японию не ехала. Ведь все на Родине хоккея считали так, если канадские любители на равных бьются с сильнейшими сборными Европы и в то же время на голову слабее профессионалов из НХЛ, то, следовательно, профессионалы и есть истинные чемпионы Мира.

А когда трёхкратный обладатель кубка Стэнли в составе «Торонто Мэйпл Лифс» Билл Харрис принял сборную «Трёх корон» он чётко осознал, в каких компонентах игры нужно срочно прибавить, чтобы достойно отработать очень щедрый контракт Шведской ассоциации. Это игра на пятачке перед воротами, более жёсткая силовая игра в защите и форчекинг, то есть активный прессинг в зоне соперника, когда у противника на льду появляется его лучшая пятёрка.

И первые результаты работы Харриса не заставили себя ждать. В декабре прошлого 1971 года, когда в Москве шёл приз «Известий», его подопечные дважды на своём льду обыграли вторую сборную СССР, и оба раза со счётом 5 : 3. Причём поверженным оказался сильнейший европейский дуэт тренеров Чернышёв и Тарасов. Шведские центральные газеты тогда писали, что Билл Харрис слов на ветер не бросает, и пришёл в сборную Швеции только с одной целью — выиграть золотые олимпийские медали.

Но перед самой поездкой на японские острова в Саппоро сборная Билла Харриса дважды уступила уже первой сборной Советского союза. И всё бы ничего, но вторую игру организовали специально так, чтобы у соперника не оставалось физических сил после позднего перелёта из Гётеборга в Стокгольм, а победа всё равно досталась подопечным Всеволода Боброва. Эта сборная СССР, которую возглавил в прошлом знаменитый советский хоккеист откровенно пугала Харриса, потому что игра её некоторыми отрезками напоминала убийственную смесь канадского и европейского стилей. Особенно когда на лёд выходил здоровяк Тафгай. Он конечно не ровня технарям Харламову и Мальцеву, но силовую борьбу вёл на очень высоком уровне.

«Этот парень и в НХЛ может многим кости переломать», — грустно думал Харрис, наблюдая разминку сборной СССР перед началом игры в ледовом дворце «Макоманай». И перед самым стартовым свистком Билл подмигнул одному из судей этой встречи Гагнону из США, с которым он душевно пообщался, оплатив обед в ресторане ещё два дня назад. Причём речь не шла о явном подсуживании, Билл просто намекнул, что иногда сдвинуть букву хоккейного закона не преступление. Да, согласился с ним «проклятый янки», не преступление желать небольшую премию за свой тяжёлый и не благодарный судейский труд.

«Посмотрим на твой труд», — подумал Билл Харрис в первые минуты матча, которые складывались не очень радужно. И виной этому был проклятый Тафгай. Здоровяк Советской сборной неожиданно стал появляться на льду в разных сочетаниях, причём исключительно для того, чтобы для профилактики поколотить всех самых крепких ребят из его шведской сборной. И бил этот парень, надо признать, со знанием хоккейного дела по правилам, не подкопаешься. А на пятой минуте первого периода, нервы защитника Кеннета Экмана не выдержали, и он вместо того, чтобы так же встретить в корпус русского нападающего, двинул Тафгаю клюшкой по рукам.

«Факинг эс», — выругался про себя Харрис, когда Экмана отправили в бокс для штрафников на две минуты. И буквально через двадцать секунд вторая пятёрка Советов реализовала большинство. Мальцев заехал за ворота Абрахамссона и сделал оттуда резкий пас на Петрова, который перевёл шайбу в ещё более выгодное положение Харламову. И лучший бомбардир Олимпиады в пустой угол не промахнулся — 1 : 0.

— Дэмн! — Вскрикнул канадец, когда русские поехали поздравлять друг друга с первой заброшенной шайбой.

***

Лично я и тогда и сейчас был просто уверен, что два товарищеских матча перед Олимпиадой с прямыми конкурентами за медаль, со шведами были абсолютно напрасными. Но кто меня спрашивал? Нашей Федерации шведская сторона заплатила валютой за те игры. И как следствие сейчас к десятой минуте первого периода скандинавы полностью подстроились под нашу манеру игры. Канадский тренер «Тре крунур», может быть, не до конца разобрался с ловушкой в средней зоне, которую мы часто разыгрывали, но кое-что придумал. Сначала шведский крайний нападающий «забирался» в эту ловушку, а затем следовал резкий пас назад на защитника, а от него диагональ под красную линию на другой край.

Один раз такой «фокус» прошёл, когда моя пятёрка была на льду, и я тогда парням сказал, чтобы караулили опасную диагональ. А второй раз, «прокололась» третья пятёрка Федотова. Билл Харрис против них с первых минут выпускал своё лучшее игровое сочетание, тройку нападения Хаммастрём — Викберг — Лундстрём. Неудачный «капкан» в средней зоне построили Викулов, Федотов и Якушев, шведский защитник перевёл шайбу Инге Хаммастрёму, и последний в контратаке накрутив защитника Володю Астафьева, точно бросил в верхний угол ворот. К сожалению тяжелейшую шайбу Виктор Коноваленко не потащил — 1 : 1.

— Михалыч, приспособились скандинавы, — сказал я главному тренеру. — Хитрить надо.

— Не лезь поперёк батьки в пекло! — Отмахнулся Всеволод Михалыч. — Внимательней мужики, внимательней! Стараемся играть без «обрезов», без «привозов»! — Крикнул он остальной команде. — Ничего, ничего, времени играть ещё много.

Но через три минуты, хоть стой, хоть падай, первая пятёрка «Тре крунур» опять поймала на контратаке наше третье звено. Слишком увлеклись атакой крайние нападающие Викулов и Якушев, а центрфорвард Федотов не успел вернуться в защиту. Тройка шведских хоккеистов бодро выкатилась на пару защитников Астафьев-Ляпкин. Хаммастрём отдал Лундстрёму, отрезав пасом Володю Астафьева, а тот на пустой угол ворот вывел Викберга, прокинув шайбу между Коноваленко и Ляпкиным, 1 : 2. После заброшенной шайбы половина шведской сборной высыпало на лёд, чтобы поздравить Хакана Викберга.

— Накаркал, — зло прошептал главный тренер мне.

— Ничего, ничего, времени играть ещё много. — Огрызнулся я.

А в перерыве в нашу раздевалку ворвалась парочка встревоженных спортивных чиновников: Виталий Смирнов, заместитель председателя спорткомитета, и Валентин Сыч, начальник управления спортивных игр зимних видов спорта. И началась стандартная накачка, что вы же сынки делаете, на вас вся страна смотрит, вспомните, как ваши отцы защищали Родину на фронте! Вспомните, как ваши деды бились в гражданскую с Антантой! Вам страна создала все условия, а вы не оправдываете…

— Валентин Лукич, Виталий Георгиевич, можно я теперь с командой поговорю, пока перерыв не закончился?! — Не выдержал Всеволод Бобров.

— Смотри, Всеволод Михалыч, если сегодня не оправдаете, то в Москве по другому поговорим, — погрозил пальцем Смирнов и чиновники, зло хлопнув дверью, покинули раздевалку.

«Сами же нам устроили две игры со шведами перед Олимпиадой, чтобы скандинавские хоккеисты получше нас изучили, а теперь в неудаче виноват будет старший тренер, ну и мы конечно», — подумал я про себя и сказал вслух: