Ты полюбишь (СИ) - Белова Дарья - Страница 16

— Потому что это невежливо. Нас пригласили, нам надо было побыть с друзьями хотя бы часа три.

— Не нам надо было побыть, а тебе. Мне они не друзья. Мне было плохо, и я хотела оттуда уйти, — довольно резко ответила Полина.

— Моя дорогая, если ты хочешь, чтобы мы были вместе, то тебе придется мириться с тем, что друзья у нас теперь общие. Что если нас с тобой, подчеркиваю, нас с тобой, пригласили, будь любезна выглядеть соответствующе, с хорошим настроением и не пытаться убежать спустя пара часов, как это было сегодня. Ты посмотри, как ты сейчас выглядишь…

— Андрей, у меня дико болит голова и меня тошнит до сих пор от этого галдежа и шума. Я тебе услышала, но и услышь ты меня, пожалуйста: мне стало плохо, и все, что я хотела, чтобы ты был рядом, чтобы помог вызвать такси и отправить меня домой, а не пихать обратно в эту душную комнату, потому что тебе неудобно перед друзьями.

— Я тебя услышал, Поль, — уже смягчившись ответил Андрей и взял ее руку, чтобы оставить на ней легкий поцелуй, тем самым заканчивая их спор.

Глава 17.

Будние дни для Полины начинались одинаково. Встать по будильнику, привести себя в порядок, что подразумевало умыться, нанести легкий макияж, сделать ее любимую прическу “ракушку”, одеться. Вот сегодня, например, у нее строгая юбка-карандаш с завышенной талией и белая шелковая блузка. Дальше кофе, к сожалению растворимый, потому что кофемашины в доме у Полины не было. Она обещала ее себе купить с первой зарплаты, которая уже, кстати, не за горами. Украшения, туфли, плащ, сумка, ключи от машины и вперед к трудовым будням. Скучно, однообразно, жизненно. Иногда Полина вспоминала слова Саши, которые он произнес именно на том самом месте, где сейчас стояла Полина, давая своей машине пару минут прогреться.

“Если они в этом живут, значит это им нравится. Такой вот у них мазохизм. Крутиться как белка в колесе без просвета и без надежд, чтобы, бл*ть, позволить раз в год отпуск в Анапе? Жить в 50 квадратах с двумя детьми и с зарплатой в 30 тысяч? Какая это жизнь? Ну может глава этого всего счастливого семейства потрахивает одинокую соседку Люсю, а мать все ещё этого семейства раздвигает ноги перед своим начальником на вшивой работенке… вот и вся их радость”

Грустно усмехнувшись, Полина села в машину и, нажав на газ, выехала со двора, чтобы уже через десять минут встать в уже привычную пробку.

Бывают дни, когда с утра все дела уже идут кувырком. Вот как сегодня, начиная с паршивого настроения, жутко растянувшейся пробки, пару предаварийных ситуаций, когда Полину грубо подрезали, заканчивая жутким опозданием на работу. Поэтому ничего хорошего сегодня Полина уже не ждала.

— Полина, Вас срочно вызывает к себе Александр Николаевич, — сказала секретарь ресепшена, как только Полина вбежала в офис, опоздав на полтора часа.

— Сейчас буду, — ответила Полина, по пути врезавшись в журнальный столик, который скорее всего оставит жуткий синяк.

Куча документов, которые успели ей с утра уже принести и положить на стол, постоянно трезвонящий телефон и звук входящих сообщений на корпоративной почте — так встретил офис Полину. Точно, не самый лучший день.

— Полина, Александр Николаевич, уже рвет и мечет! Быстро к нему, — совсем недружелюбно сказала Юля, его секретарь, которая заявилась к Полине в кабинет.

— Да иду я, иду! — ответила Полина, про себя вспоминая все молитвы, которые она знала.

С заплетающимися от страха ногами, Полина вбежала в приемную, пытаясь справиться с каким-то неприятным чувством дежавю от всего происходящего. С их с Сашей последней встречи в ресторане прошло чуть больше двух недель, в течение которых они практически не виделись. То Саша был в командировке в одном из филиалов, то Полина была погружена в работу, не выходя из своего кабинета, да и в принципе, до сегодняшнего утра он ее к себе не вызывал, за исключением первого рабочего дня, когда он представил Полину. Еще и поэтому она не понимала, что такого могло произойти, когда сам Александр Ярский рвет и мечет в поисках Полины. И что-то ей подсказывало, это явно не простое приветствие и пожелание доброго утра. Мысленно пожелав себе удачи и скрестив пальцы, по-детски надеясь, что это должно помочь, она вошла в кабинет.

В этот раз в кабинете ее ожидали только Светлана Леонидовна из отдела маркетинга и, собственно, сам Саша, то есть Александр Николаевич. Если в первую встречу с этой Светланой, Полина не обратила на нее должного внимания, то сейчас она предстала перед ней во всей своей красе. Холодный и злой взгляд, который оценивает вошедшую Полину по только ей известной шкале, шикарный образ с идеальными чертами лица, идеальным макияжем и идеальной прической делают ее этакой Снежной королевой. Или змеей. Точно, гадюка. Такая же черная и скользкая тварь. Надо было прихватить противоядие.

— Полина… — начал Саша, нарочито медленно и тягуче, что, кстати сейчас говорит больше о его раздражении от всей этой ситуации, — напомните, пожалуйста, во сколько начинается ваш рабочий день?

— В 9. Я прошу прощения, попала в пробку. Больше такого не повториться.

“Больши никогда и ни за что, я буду вставать за три часа, нет, за пять”, - подумала Полина, но естественно это не озвучила.

— Конечно не повторится, потому что следующий раз будет последним. Для вас. В этой компании, — закончил Саша.

Полина смогла только робко улыбнуться, когда у самой внутри все органы будто ошпарили. Кипятком, от Сашиного взгляда. Ну и от страха, разумеется.

— Что у нас с питерской конференцией? — снова продолжил Саша.

— Что? — осипшим голосом спросила Полина, а осип он, потому что “какая к черту конференция?”

— Та, что ежегодная. Та, что в пятницу, — по голосу уже было понятно, что терпение Саши на пределе, нетерпеливый какой сегодня.

— Я ничего не знаю ни про какую конференцию.

— Светлана, вы высылали данные по конференции и что нужно сделать по ней?

— Конечно, еще на позапрошлой неделе, — отчиталась эта гадюка и улыбнулась, выплевывая яд.

— Никакого письма не было!

— Ну как же, Полина, вы, наверно его просто не заметили, — нарочито вежливо сказала гадюка.

“Не было, НЕ БЫЛО! Хоть бы его не было..”

— Я понял, — закончил препирания Саша, — В пятницу состоится ежегодная конференция, где мы должны принять участие. Рутинное, но важное мероприятие для компаний, которые занимаются логистикой. Пожалуйста, организуйте трансфер, гостиницу и все, что потребуется для пребывания там. Светлана, — обратился он уже к этой гадюке, — продублируйте, пожалуйста, письмо еще раз. И меня в копию поставьте.

— Конечно. Вот только не знаю, остались ли свободные и хорошие отели недалеко от зала, где конференция будет, — надавила на больное, о котором Полина и так поняла, ведь брони перед такого рода мероприятиями заполняются очень и очень быстро.

— Это уже не ваша забота, Светлана, — выделив имя этой гадюки ответила Полина. — Можно идти? — с надеждой спросила у Саши.

— Вам, Полина, нет. А Светлану я больше не задерживаю.

Прошло около пяти минут, как дверь за гадюкой закрылась, но Саша так и не спешил обратить свое внимание на Полину. Он то ли читал что-то, то ли отвечал кому-то, вообщем, всем своим видом говорил о том, что занят и, не дай бог, его кто-то отвлечет.

— Александр Николаевич? — осмелилась Полина, за что была награждена фирменным ядовитым взглядом зеленых глаз.

— Что с арендой? — не отвлекаясь от своего Мас’а спросил Саша, — По отчетности половина компаний офисного здания не заплатили арендную плату за прошлый месяц.

— Не поняла…

— Это я не понял, Полина. У вас какие-то проблемы?

— Никаких проблем нет.

— А я вот начал сомневаться. Опоздания, потерянные письма, невыполнение ваших обязанностей. Вы уверены, что справляетесь с работой? Может я поспешил, нанимая вас?

“Вот ведь гад какой красивый. Бьет в цель. Ничего и не возразишь. По факту прав ведь.”

— По поводу опозданий я извинилась, больше не повторится. Письма у меня не было, возможно эта га… Светлана Леонидовна что-то напутала. Или вообще не прислала. А по поводу аренды… Мы с юристами переделали все договоры для более удобного расчета между компаниями. Часть из этих компаний изучают изменения. А фирмы, с которыми все уже подписано, должны были деньги перечислить. Вопрос получения денежных средств уже ни ко мне, при всем уважении…, - закончила свою оправдательную речь Полина.