Лето в январе (СИ) - "Vi_Stormborn" - Страница 59

Он был отцом до того, как пришел Антон, и должен оставаться им и после его ухода.

Арсений берет себя в руки; рассказывает Сереге, где что лежит, как бы невзначай намекая, что двери для друга открыты в любое время, и он нуждался в нем охуеть как сильно. Они делают крохе питье, но девчонка все равно пьет неохотно; тихо хнычет и отворачивается, чтобы не расстраивать папу.

Мужчина мягко настаивает, чтобы Кьяра попила еще, но девочка отказывается, вжимаясь носом в подушку и прижимая к груди плюшевого полосатого тигра. Арс вернул его ей.

Просто до него наконец дошло, что дочка не виновата в том, что случилось.

— В дверь звонят, — подает голос Серега и встает на ноги. — Это Катя приехала. Я открою.

Матвиенко уходит из детской, и вскоре в парадной слышится суета, женский голос и шуршание пакета. Арс касается плеча дочки.

— Принцесса, — зовет он. — Ты помнишь Диму, который показывал тебе красоту, когда мы ходили ко мне на работу?

Кьяра ложится на спину и, после небольшой паузы, кивает.

— Сейчас к нам в гости пришла его… — Арсений старается подобрать слова, но не уверен, что дочка поймет, кто такая «жена», — подруга, — наконец произносит он. — Она очень хочет с тобой познакомиться. Ты не против?

Девчушка пару секунд думает, и затем отрицательно качает головой. Не против. Катя заглядывает в детскую робко, негромко стучит кулачком в дверь и улыбается, когда Арс поворачивается к ней.

— Здравствуй, — приветствует она, проходя внутрь.

— Привет, Кать. Спасибо, что приехала. Я тут немного… бессилен.

— Пока не за что, — отмахивается она, присаживаясь на то самое кресло, куда постоянно садился Антон.

На душе у Арса скребутся кошки.

— Можно нам поболтать с ней вдвоем? — просит Катя у Арса, и тот какое-то время колеблется.

Он не хочет оставлять дочку в таком состоянии одну, но Кате он всецело доверяет; к тому же, нужно было держать слово, которое он дал Сереге: перестать обосабливаться ото всех и принять мысль, что после ухода Антона один он не остался.

И ему есть, о ком позаботиться.

Арс все же неохотно кивает, поднимаясь с места, и выходит из комнаты, прикрывая за собой дверь. Катя придвигается на кресле чуть ближе и, опустив локти на колени, наклоняется к девочке.

— Здравствуй, — приветствует она девочку, сразу же быстрым взглядом пробегаясь по ее образу и предполагая диагноз. — Меня зовут Катя. А тебя?

Малышка чуть ерзает на подушке и поднимает глаза.

— Кьяра, — отвечает она немного хрипловатым от долгого молчания голосом.

— Какое у тебя красивое имя, — восхищается Позова, от чего девчушка непроизвольно улыбается. — А во что ты любишь играть, Кьяра?

У девчонки загорается интерес к разговору, и она чуть привстает на локте.

— В доктора, — отвечает она.

Катя в который раз отмечает, что ей, кажется, кто-то сверху отвесил благословение в интуитивном понимании маленьких детей, и придвигает к себе пакет, который принесла из аптеки.

— Ты не поверишь, — непринужденно начинает игру Катя, с особыми эмоциями потянувшись вниз, — но я тоже!

Девчушка фактически оживает, усаживаясь на постели и заглядывая в пакет, который показала ей Катя.

— Давай сначала я буду доктором, а потом ты, м? — предлагает Позова.

— Давай, — тут же сияет слабой, но искренней улыбкой девочка.

И выглядит она от этого гораздо здоровее. Катя улыбается крохе в ответ и старается сложить в голове все симптомы, но для целостной картины ей не хватает главного. И, если сейчас ее догадки подтвердятся, то Арсу не о чем беспокоиться.

— Знаешь, этому градуснику так холодно, — грустно сообщает Катя, вынимая его из коробочки. — Ты можешь мне помочь согреть его?

Кьяра во всю улыбается и с энтузиазмом выполняет просьбу хорошей Кати, параллельно с этим продолжая с ней разговаривать. Позова с Савиной днями напролет, и с количеством уловок, которые она напридумывала в воспитании дочери, можно уже претендовать на написание целой книги, так что она без проблем поддерживает с крохой диалог, сразу же делая мысленно пометки.

За время разговора Кьяра ожила, глаза ее начали блестеть, а сама она начала улыбаться. Щеки перестали быть такими красными, и, если после первой попытки «погреть градусник» дисплей показал Кате «37.4», то во второй раз, когда девчушка уже была разговорчивой до безобразия, показал красивые «36.7».

Позова слово сдержала, и после того, как сделала всё, что хотела, сама стала пациентом для маленького доктора, устроившись поудобнее на мягком кресле и откинувшись головой на спинку.

— Дышите! — учтиво произносит Принцесса, и Катя выполняет ее просьбу. — Не дышите. Вам нужен постельный лежим, — заключает девочка, и Позова смеется.

— Спасибо, доктор, — благодарит она малышку, и Кьяра смущенно улыбается.

Катя знает, что сейчас самый удачный момент проверить ее самую главную догадку. Если сомнения подтвердятся, то ей можно не беспокоиться, и с крохой все будет хорошо, если Арсений не пустит все на самотек.

— Ты часто играешь в доктора, Кьяра? Можешь показать мне свою аптечку?

Девочка, до того момента улыбающаяся, внезапно стала печальнее. Она сдвинула аккуратные бровки и немного отошла назад, снова усаживаясь на кровать и подминая под себя ноги.

— Я много играла с Тосей, и мои игрушки лежали в той комнате под столом, — негромко отвечает она, указывая пальчиком в сторону гостиной. — А потом Тося перестал приходить, и они все пропали.

Катя внимательно наблюдает за реакцией девочки на собственные слова, и в скором времени замечает, как щеки малышки снова начинают краснеть, а сама она сникает, растеряв все хорошее до того момента настроение.

— Папа не знает, где они, а сам играть со мной в доктора не хочет, — опускает голову кроха, а затем снова сворачивается комочком на постели и натягивает на себя одеяло почти с головой. — Тося всегда со мной играл, — расстроенно бубнит она, но Катя ее слышит, — я по Тосе скучаю.

Позовой больше не нужно ничего узнавать, она все окончательно поняла, сложив воедино всё, что нужно. Тревожить девочку она больше не собиралась, поэтому, осторожно поцеловав малышку в макушку, она забрала с собой пакет и осторожно вышла из комнаты.

Арс, до того момента о чем-то разговаривавший на кухне с Сережей, тут же вскочил на ноги и буквально подбежал к Кате, взволнованно глядя на девушку.

— Ну, что там?

Позова протягивает Арсению пакет, и тот принимает его, тут же заглядывая внутрь. Там лежал только градусник и коробка с детским «Нурофеном». Арс поднял глаза.

— Вот это ей давать? — указывая на рыжую коробку, интересует он.

Катя какое-то время смотрит на мужчину, а после мягко улыбается.

— Отдай ей ее аптечку, — исправляет его Катя, глядя Арсу в глаза, — и позволь ей снова лечить тебя.

Позова тут же замечает, как Попов напрягается, и она буквально читает в его глазах безмерную тоску, связанную с этой, казалось бы, безобидной детской игрой.

— Она не болеет, — объясняет ему Катя. — Она по нему скучает. Обычная детская психосоматика — накрутить себя до такой степени, что поднимается температура.

Девушка берет со столешницы свою сумку и телефон, параллельно вызывая такси и направляясь в сторону двери.

— И ещё… — внезапно вспоминает она, оборачиваясь к Арсу. — Вот ты вроде рядом, а на деле-то тебя нет. Пожалуйста, Арс, вернись к ней, — просит Катя, кивая головой в сторону детской. — Она по тебе скучает не меньше, чем по нему.

Арсений тихо благодарит Катю за всё, что она для них сделала, но та отмахивается, мол, совершенно не за что; ведь она сама была только рада наконец познакомиться с девочкой. Он провожает ее и даже слышать ничего не желает: он оплачивает девушке такси с лихвой, чтобы хоть так отблагодарить за то, что та приехала.

Когда он возвращается обратно в квартиру, то сначала не понимает, куда делся Матвиенко, а затем заглядывает в детскую и видит, как Серега читает крохе сказку. И каково было удивление Попова, когда он понял, что это была та самая книжка про Рапунцель, которую Арс не дочитал ей еще четыре месяца назад: в тот день, когда Антон прервал его, ворвавшись в квартиру в начале одиннадцатого ночи.