Вынужденный контракт (СИ) - П. Лика - Страница 20

— Сладко… — заключил я вслух, глядя в её расширенные зрачки, всё произошло быстро так, что она не успела опомнится.

— Что?

— Говорю, у тебя испачканные губы, они в какао.

— А — а–а… заторможенно ответила она. — Надо было сказать, я бы вытерла салфеткой — тихо ответила.

— Хотел попробовать твой какао, ты так вкусно им облизывалась. Что не удержался.

— Можно было просто попросить, тебе бы приготовили — говорит, уперев в меня свои ладони, дистанционируя меня от себя, как — будто меня это может сдержать.

— Не хотел ждать — ответил.

— Можно попросить?

— Проси…

— Не делай так больше, и отойди, мне нечем дышать.

— Это всё?

— Вроде да.

— Ну тогда — нет. Ты попросила я ответил. Более того, хочу проверить так ли сладок твой, не в меру говорящий язык — и только я хотел проверить, как раздался звонок моего смартфона. Пришлось временно отпустить раскрасневшуюся жену.

— Слушаю… — принял звонок глядя на то, как моя жена развернулась и спокойно с достоинством пошла в глубь цветочного сада, лишь сжатые кулачки говорили о её напряжении. Слушая информацию от звонившего, я разглядывал её округлые формы, что плавными изгибами подчёркивали стройность форм, удаляющейся в сумерках фигуры. Окончательно исчезнув из поля моего зрения, моё сознание вернулось к звонившему. Прочистив горло, пробасил. — Ну и в чём проблема?! Завтра отправлю тебе человека, он тебе поможет! Всё отбой! Положил трубку и усмехнулся, неожиданно было осознавать, что Аббасов опускается до пакостничества. Что у тебя в голове Рустам… С этими мыслями, пошёл искать свою жену. Проходя по саду, здесь конечно мама моя похозяйничала, каких только цветов нет. Всё благоухает. Наконец, отыскал Юлю, она сидела, покачиваясь на качелях, глядя куда — то вдаль. Подошёл к ней и протянул свою раскрытую ладонь, ничего не сказав она вложила в неё свою. Легко притянув её к своему телу, но тут — же почувствовал барьер, свободная ладонь легла мне на грудь. Приподняв пальцами её подбородок, сказал тихо:

— Говори.

— Ты знаешь где сейчас мой отец?

— Знаю… Хочешь, чтобы я тебя отвёз к нему?

— Нет… не хочу… — очень тихо ответила она. — Скажи, он не страдает?

— У него достойный уход, всё что нужно есть, он не в одиночестве.

— Это хорошо… — глажу большим пальцем по её скуле, мне нравится гладкость её кожи. Это происходит самопроизвольно, моё тело само выбирает как себя вести, когда она рядом. Причина ясна, это от того, что она моя жена и у меня интерес её узнать… точно, отсюда все эти нелогичные действия, понюхать и потрогать её. Хочется взять её в охапку и утащить на верх. Но боюсь спугнуть своего лебедя…

— Юля… проведи меня на верх, в нашу комнату — её глаза испугано расширились, всего на секунду, но я заметил.

— Не надо… прошептала она — вся сжалась от страха, пока я вёл Юлю в нашу комнату, хотя изначально должно было быть наоборот. Когда за нами закрылась дверь нашей комнаты, я взял минутную паузу… не знаю, как себя вести вот с такими девочками. Чёрт возьми. После, сделал пару шагов к ней.

— Юля, посмотри на меня — она подняла на меня свои бирюзовые глаза — ты моя жена, я твой муж, спать мы будем в одной кровати и этим всё сказано. — Поняла?

— Не надо… — прошептала мне. Тут я уже не сдержался, схватил её за подбородок чуть сжав, как всегда, не рассчитав свои силы, с её чувствительной кожей. Возможно, так у всех женщин, но замечаю я следы от своих пальцев, только у одной и зовут её Юля — моя жена!

— Что не надо?! Ты моя жена, я твой муж! Пора взрослеть уже, Юля! — я одёрнул ладонь от её лица, замечая, как тут же проявились следы от моих пальцев. Злясь на самого себя и на то, что у неё такая нежная кожа. — Её взгляд меняется, губы сжимаются, и она мне говорит, не повышая тона, но за то чётко и с расстановкой.

— Я прекрасно осознаю, кем мы приходимся друг другу. Но можно же обходиться и… тут её голос дрогнул..

— Без чего? — настороженно спросил я, потому что мне показалось, она прям готовила речь.

— Эм… ну… без этого всего…

— Не понимаю, говори конкретней — хотя я прекрасно понял, её лицо стало розоветь и говорило само за себя. — Ты бы мог спать с другой женщиной… — ушам своим не поверил и на всякий случай убрал руки в карманы, чтобы не придушить случайно не рассчитав силы. И тут она меня вообще добивает, говоря: — Я знаю, так многие состоятельные люди поступают, ведут двойную жизнь изменяя жёнам.

— Умгу… а от кого позволь узнать, узнала? — нет, я точно сверну её тонкую лебединую шею.

— Эм… просто знаю и всё.

— Умгу… значит, моя жена… просто знает, предположительно от своей распутной подруги Милки и… — тут она меня в наглую перебивает:

— Она не распутная, просто знает больше моего.

— Прекрасно… мне даже нравится, что ты осмелела, но осторожней на поворотах, а то может занести… — прикусив нижнюю губу, она отвела от меня свой взгляд.

— Как господин скажет…

— Это, что ещё за нахрен?

— Ты хочешь, чтобы я всегда молчала, а я не умею долго молчать… — насупив свои брови, говорю:

— Я вижу… Как ты вообще, так долго продержалась?

— Ты меня пугаешь… я жутко боюсь крыс и всякую мерзкую живность, вроде тараканов. — собрав губы в трубочку держусь, чтобы не рассмеяться. Подвал у меня конечно имеется, но без живности. Запугал, да признаю, и запугал бы снова, если вернуть всю ситуацию, в рамки которой меня загнали. А вслух сказал.

— А ты не бойся, послушную и верную жену я в подвал не посажу.

— Что значит послушную? Всегда кланяться или соглашаться с твоими словами, решением? Но у меня есть своё мнение — она ни разу не позволила себе повысить голос, это говорит о её воспитании и то, что она умеет вести диалог. Мне определённо нравится это в ней.

— И всё же, вернёмся к нашему разговору, значит ты бы хотела, чтобы у твоего мужа была любовница. А ты сидела бы в своей комнате и плела метровые бусы, а со временем и сплетни. Так?

— Ну вообще — то… не совсем, но в целом, да.

— Умгу… раздевайся.

— Что? — сделав шаг к ней заглядывая в её глаза, говорю по слогам.

— Раз — де — вай — ся…

14 глава Алан/Юля

Алан

— А если я не хочу? Ты мне делаешь больно, я не хочу проходить через это снова! — закричала она. Впервые вижу за это время, как она теряет над собой самообладание. Беру себя в руки, чтобы не запугать её ещё больше, своим нравом и иду другим путём, совершенно мне не свойственным. Ведь передо мной моя жена.

— Успокойся — говорю спокойным голосом. Она прикрывает глаза, и нервно выдыхает через нос. Притянул её и обнял, прижимая к себе, почувствовал, как её тело обмякло в моих руках. Мне, ничего больше не оставалось, как взять её на руки. Какая же она лёгкая, вдохнул, почувствовал запах её тела, кажущийся уже настолько родным, когда я успел так привыкнуть к нему и сам не понимаю. Подошёл к креслу и опустился в него, не выпуская своей ноши из рук, удобно расположился в нём.

— Юля… а ты, как себе представляешь нашу совместную жизнь… мм? — убирая выбившуюся прядку из причёски ей за ушко, спросил.

— Я, вообще ничего не представляла, сложилось, как сложилось. Просто приняла потому, что хочу жить. Люди слабые существа — сказала она тихо.

— Ты вовсе не слабая — подняла голову и посмотрела на меня, как всегда, своим пронзительным открытым взглядом. — Давай будем исходить из того, что есть. И если я тебе сказал, что надо раздеться, заначит ты должна слушать своего мужа. Я не сделаю тебе больно, не надо меня бояться. Не будем откладывать в долгий ящик то, что и так неизбежно. Она подняла руки и расстегнула пару пуговиц.

— Дальше молния, я без крючка не справлюсь — обречённо сказала Юля. Глядя на неё со стороны, можно было сказать, что она доживает свои последние минуты, а я являюсь палачом, который приведёт приговор в действие…

— Повернись немного — взялся за молнию, медленно потянув её вниз оголяя спину. Склонившись, стал нежно целовать, начиная с шеи и спускаясь вниз по спине, оставляя влажную дорожку, стягивая с плеч платье вместе с лифом. Оголил её до пояса, обхватив руками её грудь, сминая нежную плоть мозолистыми пальцами, перекатывая между ними сосочки. — Встань Юля — обратился к ней, севшим голосом. Она встала, и я стянул через бёдра её платье, вместе с трусиками. — Садись, ко мне лицом. Давай свою ножку. Да вот так… какие тонкие у тебя щиколотки — посадил её лицом к себе раздвинув ноги. Глядя на неё, снял с себя футболку, хочу кожа к коже. Приподнял её опущенный подбородок и легко коснулся её губ. — Сегодня всё будет для тебя, я буду очень нежен, но только один раз… — сказал ей в губы. — Дай мне свой сладкий язычок, я так и не попробовал его — она чуть приоткрыла свой ротик и показала лишь кончик розового язычка. Как мне хотелось его искусать, но нет, я нежно вылизал её язычок и губки. — Ты сладкая — моя лебедь… очень сладкая — мне тяжело себя сдерживать… целую краткими поцелуями её точёные скулы, говорю ей слова, которые сами вырываются из моего рта. — Никогда тебя не обижу, только ты не зли меня, если стала моей женой, будь ею до конца… спустившись поцелуями по шее к груди, отклонив назад Юлю, впился в сосок вылизывая его языком. Она вцепилась в мои волосы своими пальцами сжав их и издала лёгкий стон. Я переключился на другой сосок, уделив и ему внимание. Одну руку опустил в её промежность, проведя пальцами между губок. Она стала влажная, хочет моя девочка… да вот истинная моя девочка, моя жена. Круговыми движениями массирую её клитор, размазывая влагу, что сочилась из её узкой дырочки. Надавил, проталкивая палец на вход, почувствовал сопротивление. Оторвался от её соска, заглядывая в лицо Юли. — Расслабься, я не сделаю тебе больно… давай доверься мне. После этих слов, она посмотрела на меня, и я почувствовал, как она расслабляется. Я вошёл в неё средним пальцем, не сводя с неё глаз. — Тебе больно?