На языке любви (СИ) - Сосновская Таша - Страница 40

И вот, когда я решила вернуться наверх, двери за моей спиной захлопнулись, оставляя меня пленником зоны отдыха морского транспорта. И опять липкое и холодное предчувствие обволокло меня. Дернула ручку, заранее понимая, что попытка провальная. Я заперта на незнакомой яхте. И опять по своей глупости я угодила в переплет. Да, Дари, ничему тебя жизнь не учит.

Ко всему прочему, мой телефон остался в таверне, а никто не знал куда и зачем я ушла. Ситуация аховая и тут слезами не поможешь. Потому я присела на небольшое ложе и принялась думать. В это время яхта начала набирать ход. Значит меня везут в неизвестном мне направлении. Попала я знатно!

В чужой стране, на неизвестной яхте, заперта в каюте, без средств связи. Ну не дура ли я?! Нужно же было хотя бы Мелине сказать, что записку получила, она бы поняла подстава это или нет. Думаю мать в курсе планов Николаса и наверняка знает, какой он готовил сюрприз. Да уж. Теперь я определенно не люблю сюрпризы.

Между тем, яхта остановилась. Судя по плеску воды и крику чаек, мы не на пирсе. Страх окутал мое тело мелкой дрожью и я обняла себя руками. Вот так и закончиться мое приключение в Греции. Сгину посреди Эгейского моря и ни кто не найдет девочку. Стану кормом для рыбок и все. Крохотная надежда теплилась в душе, что все же Николас найдет меня. Только бы нашел, пока еще не поздно. Ведь не просто же меня похитили, не ради денег? Хотя говорят жертвы похитителей и после выкупа, погибают.

Скрип ступеней заставил меня сжаться в комок, а пульс застучал в висках. Это конец и сейчас, я увижу недруга и поплачусь за то, что каким-то образом перешла ему дорогу. Звук открытия замка на двери, а после и скрип петель, холодком пробежали по позвоночнику. В ушах треск, во рту пустыня, а глаза застилает пелена. Еще никогда мне не было так страшно. Ни разу в жизни, я не молилась всем Богам, как сейчас, молилась сидя в каюте.

— Ну здравствуй, Дари! — Ехидно выплюнул смутно знакомый человек.

Он стал приближаться к тому месту, где сидела я. Машинально ища укрытия, попятилась практически впечатываясь в стену комнаты. Но человек оскалившись подался всем корпусом на меня и схватив за руку рванул с места. Я буквально влетела в его грудь. Мужчина сильнее сжал мою конечность, второй рукой собрав мои волосы. Приподнял намотанную на кулак прядь, заставляя смотреть ему в глаза. Ужас заполнил меня. В глазах противника горели ненависть и злоба.

— Что крошка, не помнишь меня! Так я напомню, да так, что твой мужик никогда меня не забудет! — Свирепо выплюнул он и покрепче ухватив за волосы потащил на выход.

Сопротивляться было бесполезно. Он мужчина и превосходил меня в силе. У меня был лишь один шанс на спасение, но представиться ли он, я не знала. Но твердо дала себе установку не вступать в перепалки и попытаться усыпить бдительность обидчика.

— Чего так долго? Тащи сюда эту дрянь! — Визжал женский голос.

Вот это уже хуже. Он не один. С ним бывшая невеста Николаса и теперь все стало ясно как божий день. Живой с яхты я не уйду. Они не оставят мне шанса, как не договаривайся. Черт. Вот и вышла мне боком моя любовь. Радует одно, я испытала это чувство перед смертью. Но как же мои родные? Как они будут без меня? Мама… Отец… брат… сестренка… тетя и дядя…

Мысли скакали как кролики по поляне, прятались в кустах и опять выныривали. Что же делать? Я должна выжить ради любимых людей! Ради родителей! Ведь эти двое сломают не только жизнь мне и Нампасу, они сломают еще много жизней.

— Аминта, отпусти меня! Клянусь, я уеду и больше ты не услышишь обо мне. — Начала я попытку достучаться до женщины.

— Я дуру по твоему?! — Выплюнула она мне в лицо и ударила ладонью по щеке.

Кожу обожгло ударом, голова немного дернулась отрывая корни волос. Слезы наполнили глаза, но я стиснула зубы. Нет. Ч не стану плакать и умолять. Нужно просто достучаться до разума Гречанки, ведь не сумасшедшая же она, в конце концов.

— Нет. Но подумай. Если ты убьешь меня, это не вернет тебе Николаса. Он еще больше возненавидит тебя. Да и наказание за убийство получишь. — Очередная попытка вразумить собеседника.

— Плевать. У меня такие связи, что все будет так, словно ты покончила собой. Николас погорюет, а я его утешу. А если отпущу, то он отыщет тебя, как до этого. Черт, даже неверные данные не помогли. — Задумалась на секунду женщина.

— Чего ты с ней треплешься? Кончать ее и все! — Рычит мужчина держащий меня.

— Пожалуйста, вас же совесть потом замучает. — Шепчу, потому как волосы настолько натянуты, что говорить больно.

— Нет, дорогуша! Ты получишь за все. За то, что настучала Нампасу на меня, а я просто развлекся с твоей подружкой. Могу и с тобой на последок. Ты как предпочитаешь, по жестче или потерпишь? — Рычит мужик и только теперь понимаю кто он.

Это же тот, что поиграл с Алисой и получил от Николаса. Видать мало было, раз выполз гад из своей норы. Ублюдок!

— Хватит болтать! Хочешь попользовать, давай, я посмотрю. Раз уж эта ради денег Николаса, ноги раздвинула, то и тут ради быстрой смерти, потерпит. — Как то не совсем нормально смеется бывшая моего Грека.

Мужик толкает меня к ограждению катера и прижимает к нему грудью. Закручивает мои волосы за железную трубу перил и натягивает, так, что я прижата щекой к железу. Коленом раздвигает мне ноги, задирает подол платья накрывая мою голову и разрывает на мне трусики.

Мой мозг отказывается понимать происходящее. В голове уже не просто шум, там старт ракеты на космодроме. Я уже не здесь, не на катере, где сейчас меня изнасилуют и убьют. Я дома. Там где сейчас деревья роняют золотистые уборы, а хмурые осенние тучи плачут холодными каплями. Сжавшись в комок жду, что сейчас он жестко вонзится в меня и мой мир рухнет, как здание при землетрясении, оставляя под собой чьи то жизни, а над собой облако пыли, как напоминание о былом.

Жду. Но ничего не происходит. Вместо этого, я вдруг получаю долгожданную свободу. Понимая, что это может длиться несколько секунд, быстро реагирую. Я буквально из последних сил перекидываю свое тело через поручни и плюхаюсь в холодную воду. Соленые брызги попадают в рот, нос, уши. Смахиваю их и судорожно оглядываюсь, вырывая из бескрайней синевы, кусочек суши. Вспоминаю все чему учили отец и брат, и начинаю интенсивно грести в заданном направлении.

Я не думаю о преследовании, о том, почему меня отпустили, просто гребу под действием адреналина. Платье немного мешает, но даже это не останавливает меня в попытке спасти себе жизнь. И вот, когда до земли рукой подать, а под ногами уже чувствуется дно, я вскакиваю и бегу на берег. Без сил падаю на камни и только сейчас, меня накрывает.

Я не плачу. Я реву в голос. Тело трясет крупная дрожь от пережитых эмоций и уходящего адреналина. И опять я ничего не вижу и не слышу вокруг. Только мой крик разлетается на сотни миль вокруг. Только одна мысль в моей голове — «Спаслась! Он не успел! Жива!» И опять крик из глубины вылетает и отразившись от отвесных скал, проносится над водой и возвращается в мое тело.

— Дари! — Слышу я как эхо, где то далеко.

Поднимаюсь осматривая пляж, на котором лежу. Где то далеко, темной точкой, виднеется катер. Но то это или нет, я не могу понять. Слезы пеленой застилают мои глаза и даже повернувшись на звук голоса, я ничего не вижу. Пытаюсь проморгаться и сделать шаг на зовущего меня. Резкая боль пронзает живот и выстреливает в поясницу. Я падаю на колени врезаясь в гальку под ногами. Новая порция слез окутывает туманом. Упираюсь ладонями перед собой, но это не помогает. Спазм, сильнее первого возвращается и пронзает мое тело. Вскрикиваю от боли и перед глазами все плывет.

— Девочка моя! — Слышу тревожный голос за спиной, но меня опять накрывает, и я больше ничего не слышу и не вижу.

25.

Вот уже несколько часов, я меряю шагами коридор больницы. Хищники внутри меня продолжают раздирать душу на части. Черт! Как же плохо! Мне хочется крушить и ломать. Опять по моей вине пострадала моя девочка. Неужели она права и рядом со мной она всегда в опасности. Сколько еще врагов надумают насолить мне через нее. Она мое единственное уязвимое место, а я даже защитить ее не могу.