Цветок забвения. Часть 2 (СИ) - Мари Явь - Страница 55

Илай не торопился с ответом. Это просто смешно. Он не спас ни племянницу, ни возлюбленную. Поэтому не хотел и это называть спасением.

— У меня рёбра сломаны, — пояснил он, сплёвывая кровь. — Вылечи меня.

— А потом что? — настороженно спросил император. — Ты меня отпустишь?

Илай глядел в сторону дымящегося города, давая исчерпывающий ответ. Он должен отпустить его туда? Императору больше некуда возвращаться. Его дворец занят. Его свита убита. Его подданные присягают новому хозяину.

— Я знал, что это случится, — пробормотало Дитя, и в этом смысле Илай был с ним согласен. Он тоже знал. Но это вовсе не означало, что он жалел о том, что воспротивился неизбежному. И не означало, что не попытается воспротивиться снова.

— Я — Старец, — заговорил он. — И я погибну, если рядом со мной не будет источника, подпитывающего сущность. С Девой в этом смысле ничто не сравнится. Но ты на эту роль тоже сгодишься, лекарь.

— Даже не надейся. Чего ради мне тебе помогать?

— Брось, хватит кочевряжится. Разве ты не хочешь отомстить? Лучшего союзника в этом деле ты не найдёшь.

Дитя невесело рассмеялось.

— Мы говорим о моей мести или уже о твоей? Понимаю, у тебя теперь намного больше причин желать смерти Датэ, чем раньше, но вместе с тем ты стал намного слабее, чем раньше. А он по-прежнему неуязвим. Нет такого оружия, которое убьёт его.

Старец был с этим не согласен.

— Мой меч.

— Что?

— Дева, — ответил Илай, прикоснувшись пальцем к своему виску. — Из её воспоминаний я узнал, что Датэ станет уязвим после рождения ребёнка. Так было с его матерью. Он унаследовал бессмертие от неё.

Обдумав сказанное, Дитя спросило:

— То есть ты собираешься допустить всё это — зачатие и роды, просто чтобы потом убить отца её ребёнка? Думаешь, ей будет нужно спасение к тому моменту, да ещё такой ценой?

— Не рассуждай о том, чего не знаешь. Ты понятия не имеешь, какую цену она готова заплатить, — ответил мрачно Илай, покосившись на него. — Ива — мой меч. Понимаешь, что это значит? Как бы она ни относилась к Датэ, она сделает его смертным. И это всё, что от неё требуется. Остальное я сделаю сам.

— Вот и делай сам. Я в этом не участвую, — проворчал император, пытаясь выбраться, но Старец толкнул его обратно, накрывая ящик крышкой.

— Участвуешь, конечно.

Конец.