Встретимся в другой жизни (СИ) - Осокина Аяна - Страница 120

Чтобы все местные перевозбуждённые животинки ночи напролёт устраивали скульптору «концерты»! И днём Анту было чем заняться, вместо написания мне бесконечных посланий! Спасение пурпурного любимца — отличное занятие! А ещё благородное и творческое. Учитывая неубиваемость «Вечной страсти».

— Будет исполнено в лучшем виде, миледи, — хихикнула эльфийка и продолжила: — Тридцать шесть поступивших на Ваше имя букетов и цветочных композиций от поклонников как обычно были переданы лорду Илайну для разведения. Среди «повторок» обнаружено два новых сорта роз — присланных в корзине с корнями и запиской, с просьбой «посадить их вместе», — «Прекрасная Эльза» с радужными сверкающими распустившимися многочисленными соцветиями и «Душа Эльдара» с одиночными нюдово-бежевыми крупными тугими бутонами… нестандартной формы, — у фрейлины мило покраснели остренькие ушки. Хе-хе, мне уже интересно, как выглядит «Душа» Его Светлости. Кто же ещё кроме старшего советника Айлана II решится преподнести мне столь провокационный подарок? — Их прислал герцог Шайми, выразив надежду, что Вы передумаете и составите его счастье, как только «одним глазком взглянете на бутон «Эльдара»», — подтвердила мои догадки до крайности смущённая эльфийка.

Охо-хо! Да старый лис всерьёз взялся за нашу милашку Кейрану! Зная слабости леди Мэйс, решил покорить её романтичными словами, заинтриговать подарками, заставить завидовать и испытывать желание оказаться на моём месте, а потом и возжелать самого Дара… Какой затейник! А ведь изначально говорил мне, что хочет лишь подразнить «безголовую наивную девчонку», отвечающую за мою «любовную корреспонденцию». Видимо, увлёкся, хе-хе-хе… Доигрался.

— Также он приложил к посланию в качестве подарка реплику большой рубиновой парюры рода Шайми, умоляя Вас надеть украшения на первый бал сезона, — в тоне вопросительно смотрящей на меня фрейлины я уловила нотки восхищения и зависти.

— Леди Мэйс, напишите Эльдару, что я восхищена всеми великолепными… бутонами и драгоценностями и с наслаждением и радостью буду… владеть ими. С грустью заметьте, что придворные не поймут меня, если я появлюсь на официальном мероприятии в реплике парюры супруги главы дома Шайми, но дайте обещание от моего имени, что я всенепременно покажусь милорду в его завораживающе-прекрасных рубинах, как только это представится возможным, — Кейрана сосредоточенно кивнула. — И прошу сообщить Илайну, чтобы он исполнил просьбу Его Светлости и создал единую композицию из двух сортов подаренных роз. Думаю, стоит разместить растения на главной дворцовой аллее, рядом с последней работой Антуана. Помнится, он хотел дополнить её чем-нибудь природным, натуралистичным и… вдохновляющим.

— Вы имеете в виду «Резвящихся нимф»? — уточнила эльфийка.

— Хм, я имею в виду обнажённых каменных фигуристых девиц, плескающихся в волнах из «живого» стекла рядом с беседкой для поцелуев, — пояснила я. А то мало ли, вдруг Рэви успел ещё какую скульптуру изваять за время нашей «разлуки».

— Рядом с любимой беседкой Его Величества для чаепитий?

— Именно так.

— Будет исполнено, маркиза Оуэл, — кивнула младшая из сестричек и добавила: — Ну, и разумеется, все присланные Вам фамильные украшения я вернула владельцам с подобающими вежливыми отписками, а драгоценные подарки пожертвовала на благотворительность от Вашего имени. Если Вам интересно, то…

— Не интересно, — оборвала речь Кейраны я, всё отчётливее ощущая едва сдерживаемую ярость Хаартгарда.

— Вы получили почти двенадцать килограммов украшений, — проигнорировала моё мнение эльфийка. — Для перерыва между светскими сезонами — это абсолютный рекорд за последние три тысячи лет. Только матери Его Величества, королеве Цирцэль, незадолго до помолвки было подарено больше — около пятнадцати килограммов золота и бриллиантов. Так что Вы, маркиза, вторая леди в истории Хоурнэля, которая может похвастаться таким количеством преподнесённых поклонниками украшений в межсезонье, — «обрадовала» меня мечтательно улыбающаяся фрейлина. — Поздравляю Вас.

— Благодарю, — нервно хмыкнула я, всерьёз опасаясь за жизнь и здоровье придворных дедули Айлана. Ибо Шэр и его тьма ОЧЕНЬ недовольны моим рекордом.

Но тут я увидела оскал старшей из сестричек Мэйс и поняла, что попала…

Умоляющий жалобный взгляд не сработал.

Леди Олинн вскрыла печать и развернула дли-и-инный свиток.

— Вы ведь знаете, о чём там говорится, — обречённо констатировала факт я. — Прошу, изложите кратко. Иначе устроенное вами — по велению Его Величества — публичное издевательство сильно затянется.

Эльфийка свернула свиток.

— Вы временно нарекаетесь принцессой Хоурнэля с правом престолонаследия и должны исполнять все возложенные на Вас обязанности следующие сто лет.

— Сколько? — поражённо выдохнула я, а Олинн воспользовалась моим эмоциональным потрясением и впечатала свиток мне прямо в лоб. Указ исчез. На моей голове появился золотой венец принцессы с бриллиантами и жемчужинами в форме роз.

Как же я его ненавиж-ж-жу!

— Сто лет, — повторила старшая леди Мэйс.

— Почему так долго? Обычно же дедуля наказывал меня этим титулом на срок до одного года, в зависимости от тяжести проступка.

— Его Величество решил, что раз Вы считаете себя достаточно взрослой, чтобы, не интересуясь его мнением, заводить себе… фаворитов, то он и наказывать Вас будет… как взрослую.

Тишина.

То есть дедуля Айлан разозлился не из-за ситуации с Юнсиэлем и Шэримой Феррен, а потому, что прознал о моих отношениях с Шэйтаром?

Про́клятые ду́хи! Я должна была догадаться, что король светлых эльфов плохо воспримет новость о моей «порочной связи» — наверняка, именно так ему и донесли! — с сильнейшим тёмным стихийником Гилмара. Ещё и метаморфом. Точнее уже демоном.

Тем временем леди сломала печать на втором свитке, быстренько пробежала глазами, кивнула своим мыслям и, свернув документ, заговорила:

— Также на предыдущее решение короля Айлана повлияло его желание устроить себе небольшой отдых. Поэтому, миледи, Вы назначаетесь главой созданного повелителем регентского совета Хоурнэля на следующие сто лет и становитесь официальным опекуном принцессы Ариэль до её второго совершеннолетия.

Что?!! Править эльфами?! Отвечать за непоседу Ари?!

— Это уже слишком.

Я попыталась увернуться от свитка, но Олинн — имеющая многолетнюю практику озвучивания приказов мне и Её Высочеству — метким ударом попала мне в шею.

Указ исчез, сменившись тяжёлым медальоном с гербом рода Хоурнэль — прорисованным на белом фоне золотым контуром раскрытого бутона розы, в орнаментальной окружности из причудливо сплетённых линий.

Я мученически застонала, представив, ЧТО меня ждёт.

— Его Величество уже в отпуске? — на всякий случай уточнила я. Впрочем, даже не надеясь на отрицательный ответ.

— Со вчерашнего вечера. Ранним утром Айлан II — вместе со своим личным ритуалистом, лордом Юлианом Лоутсом, — покинул дворец, — сообщила фрейлина и развернула последний свиток. — Также, как Ваш сюзерен и глава основной ветви рода, повелитель заключил от Вашего имени магическую помолвку с королём Триэзэля, — скороговоркой произнесла Олинн и молниеносно коснулась свитком моей руки. Документ обратился одним из фамильных помолвочных перстней рода Калиндора IV — крупным овальным изумрудом — со светящейся внутри него белоснежной орхидеей — в серебристой оправе-лиане.

О! Ничего себе! Это же кольцо прабабки влюбчивого повелителя светлых! Такое носили только правящие королевы… Хм, что за игру ведут ушлые повелители эльфов? Видимо, ставки высоки…

Почувствовала укол в средний палец. Камень в перстне на мгновение стал кроваво-красным, колечко «поприветствовало» меня тёплой волной магии, а в ауре и на ладони проявились печати королевского рода Триэзэля.

— Поздравляем с помолвкой, Ваше Высочество, — хором пропели ушастые язвы и исполнили идеальный реверанс.

— Двадцать лет бесплодных попыток завоевать Ваше сердце, — восхищённо вздохнула Кейрана, прижав ладошки к груди. — Девять отвергнутых предложений!