Ромашка (СИ) - Сергеева Женя - Страница 62

— У меня такое ощущение, что у нас привязка, как у оборотней. — Задумчиво проговорила Нила. — Только мы же не оборотни. И почему она возникает постепенно, а не сразу — бах: и все живут дружно и счастливо?

Тэй рассмеялся и приобнял Нилу, выводя ее из помещения.

— Даже оборотни со своими привязками не всегда живут счастливо, как ты успела уже заметить. Разногласия случаются. А что по проводу нас… Мне кажется, дело в твоей силе, она растет и ты начинаешь притягивать, но не всех подряд. А конкретных существ. Может мы все тебе для чего-то нужны?

— Да-да, — с легкостью согласилась Нила, внезапно широко зевнув, — чтобы все стали моими мужьями. Обзаведусь гаремом, как посол орков, обрасту детишками и точно буду жить долго и счастливо.

И, едва договорив, Нила осела бы на пол, если бы ее не подхватили заботливые руки.

Тэй нес девушку обратно к Соовиту и думал о том, что дело не в замужестве, а все гораздо глубже. Он почти был уверен, что все, что происходит, связано с Покровителями и с Богиней.

От размаха событий становилось и страшно, и захватывало дух. Что им еще предстоит?

Но то, что теперь Нила никуда не денется, а Ван почти остался с носом, радовало безгранично.

Глава 24

Ван стоял у окна, полного непроглядной темени, сложив руки за спиной и широко расставив ноги. Хвост его то изгибался знаком вопроса, то метался из стороны в сторону, как у рассерженного зверя. То замирал в задумчивости. Похоже, вторил мыслям своего хозяина.

Сильф был без, ставшей почти привычной, иллюзии и Тэй с удивлением наблюдал, что за те почти двенадцать часов, что они не виделись, внешность друга заметно поблекла. И эльфа настораживали нервозность, смятение, разочарование, непонимание с болью, что затаились в глубине глаз Вана.

Очень непривычно оказалось видеть, что холодный, сдержанный обычно сильф может испытывать такую гамму эмоций.

— Положил уже? Почему не оставили в лечебнице? — Спросил у эльфа Ван, едва тот вернулся в комнату, положив Нилу на ее кровать.

— Вся лечебница забита, в кабинете оставлять — не выход, из него к утру сделают временную приемную. А когда Нила снова очнется — непонятно. — Устало проговорил Тэй и направился в сторону кухни. Пусть и не лося, но съесть что-то надо было уже срочно.

— Дир… — Окликнул его задумчивый голос. Ван опять повернулся к окну и всматривался в черноту, царившую за ним.

— Да? — Обернулся на зов эльф.

— Я видел, как ты на нее смотришь. Ты влюблен, словно впервые. Неужели ты думаешь, что в ее сердце есть место для тебя?

— А почему нет? — Тэй снова вернулся в комнату.

— Ты знаешь, что я ее не чувствую практически. Блок не пропускает эмоций. И, одновременно, не дает влезть в голову и заставить что-либо сделать. Но вчера, то ли из-за того, что мы обменялись энергиями, то ли в момент ее отчаяния, я почувствовал все то, что чувствовала она, когда увидела этого человека, Сезарио, и потом, когда не смогла оказать ему помощь.

— И что же ты почувствовал? — Эльф уже начинал понимать, что именно так гложет Вана. Если он чувствует то же притяжение к девушке, что и он сам…

— Любовь, настолько глубокую и сильную, настолько захватившую ее саму, что… Это что-то невероятное! И в тоже время, если бы его не стало, то и Нила не смогла бы нормально жить. Понимаешь? Если в сердце женщины такая любовь к одному мужчине, то будет ли там место для кого-то еще? И она… Она ненавидела себя за увлечение… Мной. — С горечью продолжил Ван. — Понимаешь?

«Нила всего лишь запуталась в своих чувствах и свою роль сыграло чувство вины, — хотел успокоить сильфа Тэй, — дело не в тебе.»

Он, Диритэй, точно знал, что Ван нужен Ниле. Нужен не меньше некроманта и не меньше его, Тэя.

Но Ван перебил эльфа фразой:

— Я решил, что мы уходим. Так будет лучше для всех. — И он дотронулся до головы эльфа, словно убирая несуществующую прядь с его лица.

Взгляд Тэя затуманился, а когда снова стал осмысленным, весь романтизм из него исчез. Как и исчезло выражение безграничного счастья с толикой сочувствия с лица.

— Хорошо, — несколько деревянным голосом произнес он. — Раз решили, то надо уходить, только на кухню схожу.

На кухне его ждал Майт и горячий суп.

— Эй, что-то случилось? — Удивленно произнес старший сильф. — Ты еще десять минут назад пах и цвел.

— Ничего не случилось, — равнодушно пожал плечами Тэй. — Мы уходим. Сейчас…

Тэй растерянно оглянулся и принялся выгребать продукты из холодильника.

— Зачем столько? — Удивился Майт, а глаза его начали полыхать злостью. Не на Тэя.

— Хочу приготовить еды. — Растерянно произнес эльф, словно и сам не понимал, что делает и зачем. — Нила проснется, — продолжил уверенным тоном, как человек определившийся с целью, — а никого нет и еды нет. А она, наверное, голодной будет…

Майт сел за стол и сдавил виски руками. Ему не надо быть провидцем или сильным менталистом, чтобы увидеть влияние Вана. Так изменить свои планы, как изменил их Дир за десять минут разговора, никто не может.

«Что же ты, Ван, наделал? Зачем? Куда делась твоя выдержка? Даже с твоим вмешательством Дир думает сначала о своей женщине, а только потом о Лесе. Куда ты влез? Если он все поймет, то произошедшего никогда тебе не простит…»

Но выяснять отношения с Ваном Майт не пошел. Он знал, что выведенный из душевного равновесия Ван точно так же может "успокоить" и его самого. А давать повод лазить в своих мозгах или позволить отсечь лишние, по мнению Вана, чувства, не желал совершенно.

Солнечные лучи и щебет птиц, доносившийся с ближайших к дому деревьев, разбудил Нилу. Она недовольно засопела и потянулась: "И как я могла забыть закрыть до конца шторы?"

Встав с кровати, девушка еще раз потянулась и протанцевала к окну — до конца распахнуть тяжелые занавеси на нем, и впустить, кроме солнца, еще и немного свежего воздуха.

"Интересно, кто меня сюда доставил? Наверное, Тэй, — девушка почувствовала, как радостно екнуло сердце только при одной мысле об эльфе, — больше некому. И как наши пациенты, как Стэф, как Сезарио?" — При воспоминании о некроманте сердце девушки забилось чаще и появилась теплая улыбка на лице.

Как же прерасно, что у них все получилось, если бы не Ван…

Ван!

Вот, вот почему она себя так странно чувствует, вот, что давило на ее подсознание. Она же с ним так и не поговорила!

Нила быстро накинула на себя халат и вылетела в соседнюю комнату.

Ван сидел на кресле, закинув ногу на ногу и вертя в руках тот самый каменный цветок. Сейчас он был без личины. Взгляд твоердый и спокойный.

Нила медленно подошла к нему и склонила голову, изучая.

Баз сомнения, прекрасен. Четкие черты лица не портило даже выражение превосходства, видимо, чаще всего появляющееся на лице сильфа.

Пока Нила его внимательно рассматривала, на лице Вана не дрогнул ни один мускул. Только рука с камнем опустилась на подлокотник и замерла на нем.

— Теперь многие вещи стали понятны. Кроме одной, откуда магия? — Налюбовавшись, произнесла Нила.

— Я спас тебе жизнь. — Нила прикрыла глаза, стараясь совладать с чувствами, которые вызывал не испорченный отваром Стефа голос. Если это вообще был отвар, а не использование магии самого сильфа. — Помнишь, при первом нападении? Тогда рабская метка и исчезла.

— И ты все равно не ушел? — Нила с удивлением посмотрела на сидевшего перед ней одного из будущих властителей сильфов.

— Так было надо. У тебя оказалось удобно, сначала прятаться, потом собирать информацию. Но теперь мы с Тэем уходим.

Нила схватилась руками на стол, опираясь на него всем весом и стараясь передать ему часть той тяжести, которая придавила сердце.

— С Тэем? — Недоверчиво переспросила она.

— Тэй тоже в какой-то мере спас тебе жизнь. Именно он избавил от сильфийской отравы. Его рукой введено в твою кровь противоядие.

— Как удобно вы воспользовались случаем. — Горько произнесла Нила.