Песня русалки - Кольт Ольга - Страница 37

— Нет, этого мало! Мне нужно все.

— Все? — вид поварихи говорил о том, что она явно не уверена в твердости моего рассудка, — Госпожа, зачем вам столько соли?

— Мне нужна соль для купания — опомнившись, я смягчила интонацию, — Ею нужно наполнить бассейн.

— Бассейн? — снова с сомнением переспросила она, а потом попыталась воззвать к моему разуму, — Как скажете, госпожа. Но, послушайте, мы даже поднять этот мешок не сможем… Он очень тяжёлый.

В ее словах был здравый смысл. Еще раз бросив взгляд на добычу, я прикинула вес, и была вынуждена согласиться, что ни поодиночке, ни общими усилиями мы с поварихой не справимся. Поэтому я кивнула, бросила «жди здесь» и побежала обратно на поиски Кэти, чтобы она помогла мне все организовать. Через четверть часа мой каприз был выполнен. Пара слуг забрали соль, оставив для поварских нужд немного в том самом мешочке, который изначально предлагали мне. Я еле сдерживалась, чтобы не поторапливать мужиков, пока они, тяжело дыша, тащили тяжелую ношу по лестницам и коридорам. Когда же, наконец, соль оказалась в купальне, где уже исходила густым паром горячий бассейн, потребовала немедленно высыпать ее туда. Слуги красноречиво переглянулись, но сделали, как я хотела, и вышли.

Глядя, как медленно растворяется в воде соль, я постепенно успокоилась. Дело было сделано, оставалось только искупаться и проверить, верна моя догадка или нет.

Горячая соленая вода вызвала в теле странную, но приятную слабость. Будто она вытянула напряжение из всех мышц, сделав их расслабленными и легкими. Я закрыла глаза и неторопливо опустилась на дно небольшого бассейна. Позволила мыслям так же медленно успокоиться и освободить голову. По ощущениям прошло всего несколько мгновений, когда послышался голос Кэти. Водная преграда искажала звук, но даже через нее было слышно, что девушка очень взволнована.

— Госпожа, госпожа! Вы не потонули?

Я засмеялась, позволяя стайке пузырьков сорваться с губ и устремиться вверх. Какой глупый вопрос. Так тебе утопленница и ответит. Служанка продолжала жалобно мяукать, явно собираясь вскоре нырнуть за мной. Не желая тревожить ее и дальше, я спокойно поднялась со дна, открыла глаза и сказала:

— Кэти, перестань так переживать. Все в порядке, я дышу под водой.

Голубые глаза девушки стали круглыми.

— Что? Что вы делаете? Да как такое возможно?

Я только глубоко вздохнула.

— Милая, я все тебе объясню, но позже. Просто не волнуйся и дай мне еще немного полежать.

Кэти было закивала, но потом опомнилась и затараторила, пока я снова не ушла на дно бассейна.

— Госпожа, а как же прогулка с госпожой Фионой? Вы же собирались на обед и на прогулку…

Ох, точно. Со своими соляными опытами я потеряла счет времени и чуть не забыла о самом главном. Напоминание о прогулке заставило меня снова взбодриться. Я быстро подплыла к бортику бассейна, подтянулась и вылезла. Хотела уже начать вытираться, но все же не смогла удержаться и сначала решила проверить, есть ли от соленой воды хоть какой-то результат. Отражение в зеркале показало, что распаренная спина слегка покраснела, но кожа выглядела гладкой. Все, что до этого шелушилось, то ли растворилось, то ли само от нее отстало. Эта картина меня успокоила и еще больше приободрила. Конечно, полной уверенности в успехе пока не могло быть, все станет ясно только через пару дней. Но теперь у меня хотя бы есть надежда.

Насухо вытеревшись льняной тканью, я сама надела белье и отдалась в руки Кэти, уже стоявшей наготове с платьем. Она предложила простой, но элегантный наряд из теплой ткани. Несмотря на летнюю пору, последние пару дней по ночам шли дожди, поэтому погода была прохладной и ветреной. Даже странно, что Фиона решилась на прогулку. Впрочем, развлечений в поместье было не так много, а сидя в четырех стенах, можно и с ума сойти.

В столовую я пришла в хорошем настроении, поэтому обед прошел на веселой ноте. Фиона тоже была в духе, поэтому охотно отвечала на разнообразные вопросы, и даже несколько раз звонко посмеялась, когда я не удержалась от невинных шуток. Слово за слово я узнала, что сама она рано потеряла отца и выросла с матушкой и двумя сестрами. Ей повезло родиться точно посредине между ними, и если старшая была чересчур серьезной, то младшая несколько капризной и шаловливой. Поэтому Фионе, от природы спокойной и терпеливой, пришлось стать еще более смиренной, чтобы помогать матери гасить ссоры между другими дочерьми.

Покончив с обедом, мы спустились по лестнице и вышли в густой сад. Пока девушка была склонна к откровенности, я решила воспользоваться шансом и продолжить расспросы. Мне было любопытно, как они познакомились с бургграфом. И так очевидно, что Фиона искренне влюблена в супруга, но было интересно, насколько глубоко любовь туманит ей разум. История знакомства оказалась неожиданно захватывающей и романтичной.

Однажды Марсель, младшая сестра Фионы, сбежала из поместья прямо в разгар жуткой грозы. Услышав о пропаже ребенка, их мать тут же лишилась чувств. От страха за сестру на саму Фиону нашла невиданная до того смелость, и она решила, не дожидаясь, пока организуют поисковый отряд из слуг и окрестных крестьян, сама поскакать на поиски. Совершенно не задумываясь о том, что в седле она, держится уверенно, но никогда не была отменной всадницей. Стоило девушке немного отъехать от дома, как рядом с ней в землю ударил ослепительный серебристо-голубой разряд. Испуганная лошадь резко взяла галоп, Фиона судорожно вцепилась в поводья, но успокоить обезумевшее от страха животное не смогла. Так они неслись какое-то время вперед, пока впереди не показалась довольно высокая ограда. Лошадь, не снижая скорости, попыталась перемахнуть через нее, но зацепилась копытом, и в прыжке завалилась на бок.

— После этого я помню только боль и темноту. От удара о землю я потеряла сознание, — тут Фиона судорожно вздохнула, будто заново переживая неприятные чувства, — Чудом вообще осталась цела, как выяснилось позже… Отделалась вывихом ноги и глубокими синяками по всему телу.

Я сочувственно поджала губы и покачала головой. Мне было искренне ее жаль, но слушая историю, я не забывала аккуратно осматриваться по сторонам, подмечая все вокруг, особенно места, где стояла стража. Тем временем Фиона продолжала свой рассказ:

— Когда я пришла в себя, не сразу открыла глаза. Поэтому первым не увидела, а услышала своего спасителя, — тут она зарделась, — Голос был довольно высоким, потому я решила, что это девушка. И молила ее не пытаться поднять меня, а поспешить в наш дом и рассказать обо всем. В ответ услышала только смех. А потом меня осторожно, просто невозможно нежно, подхватили и подняли…

Ее лицо, уши, шея и даже декольте стали густо-бордовыми, как местный овощ мекла. Такое яркое выражение стыдливости никак не вязалось у меня с образом другой Фионы — той, что пришла ночью в покои бургграфа в полупрозрачной рубашке.

— Это был бургграф?

— Да, это был Бернард. Он взял меня на руки и так нес до самого дома, ведя на поводу своего коня. Моя лошадь-то убежала… А идти было не так уж и близко, мы галопом успели унестись достаточно далеко. Я умоляла несколько раз его бросить, оставить меня в траве, и вернуться со слугами с телегой. Но он только смеялся в ответ и крепче прижимал меня к груди, — краснота постепенно сошла с лица Фионы, но теперь на ее лице двумя звездами сверкали глаза, — Можешь себе представить? Он нес меня на руках больше часа.

— Представляю… хотя, конечно, все это звучит невероятно, — я сначала машинально кивнула, а потом спохватилась и исправилась. По моим наблюдениям, нам встретилось всего четверо стражников, а возможных выходов из сада я насчитала более семи. Бургграф явно уехал из поместья не в одиночку, и теперь охраны не хватает.

— Да, именно так, это и было невероятно. Когда мы дошли до дома, слуги сначала не поверили своим глазам. Рты пораскрывали в изумлении. Да и мама с сестрами онемели… Несколько минут и слова вымолвить не могли!