Песня русалки - Кольт Ольга - Страница 42

У парадного входа Анкера встретил немолодой дворецкий с пышными седыми бакенбардами. Отвесив низкий, ровно настолько, насколько это требовали приличия, поклон, слуга проводил его внутрь и предложил снять верхнюю одежду. Молодой лакей уже стоял наготове в услужливой позе. Сбросив ему на руки свой черный плащ, Анкер последовал за дворецким, медленно ступая по малиновой ковровой дорожке. Пилюля лекаря все еще действовала, позволяя ему твердо держаться на ногах. Но у принятого лекарства был побочный эффект — головная боль. Последние полчаса Анкеру казалось, что вокруг висков все сильнее сжимается невидимый железный обруч. И, как назло, боль достигла максимума ровно в тот момент, когда он вошел в поместье бургграфа. Поэтому сконцентрировавшись только на том, чтобы сохранять спокойное выражение лица, он уже не обращал внимание на детали обстановки. Просто шел следом за дворецким, пока тот не остановился у высокой дубовой двери, украшенной затейливой инкрустацией. Подождал, пока Анкер подойдет ближе и распахнул ее, оповещая сидящего внутри:

— Ваше Сиятельство, господин Линард Анкер Райнс прибыл.

В центре небольшого кабинета стоял высокий дубовый стол с резными ножками в виде львиных голов. За ним сидел высокий мужчина. Светлые волосы кудрями рассыпались по плечам, обрамляя квадратное лицо с правильными чертами лица. Анкер впервые видел бургграфа, знал, что он довольно молод, но удивился, насколько тот смазлив. На секунду его кольнула неприятная мысль — вдруг Селина не так уж и огорчена тем, что оказалась здесь. Но он тут же отогнал ее.

— Добрый вечер, господин Райнс. Прошу, присаживайтесь. Признаться, меня весьма удивляет неожиданный визит главы Тайной Канцелярии. Что же привело вас в мой дом? Неужели вам понадобилась моя помощь в каком-то деле?

Голос бургграфа разорвал тишину. Его высокий голос звучал визгливо, как ржавая пила. Резкий звук заставил головную боль Анкера впиться в виски с удвоенной силой и он еле сдержался, чтобы не сморщиться. С трудом сохраняя приветливое выражение лица, он медленно сел в одно из кресел напротив письменного стола.

— Добрый вечер, Ваше Сиятельство. Прошу меня простить за столь неожиданное вторжение. Вы совершенно правы, в ваше прекрасное поместье меня привел служебный долг. И мое дело не терпит отлагательств.

— В чем же оно заключается? — протянул бургграф с совершенно невинным выражением лица.

— О, не беспокойтесь, к вам оно имеет только косвенное отношение. Насколько я знаю, вы имеете удовольствие принимать… хм… гостью, — перед последним словом Анкер сделал многозначительную паузу.

— О какой гостье идет речь? Надеюсь, вы говорите не о моей молодой супруге? — голос бургграфа снова взвился вверх, выдавая эмоциональное напряжение.

— Нет-нет, что вы. Я, конечно, был бы счастлив познакомиться с Ее Светлостью, но, конечно же, мое расследование никак не может быть связано с бургграфиней. Речь идет о другой гостье, которая, насколько я знаю, приехала скрасить ваш досуг, — Анкер, наоборот, понизил голос почти до заговорщицкого шепота.

— Не понимаю, кого вы имеете в виду.

— Ваше Сиятельство, полноте, я понимаю ваше нежелание обсуждать с незнакомцем свою личную жизнь. Но напоминаю, что интересоваться вашей гостей меня заставляет вовсе не прихоть, а исключительно рабочий интерес. Если вас беспокоит, что разговор выходит за рамки приличий, прошу вас вспомнить об этом. Да и в конце концов, я не только слуга короны, но еще и мужчина. Поэтому прекрасно понимаю, как иногда необходимо развлечь себя обществом приятной дамы, — произнося последние слова, Анкер развязно подмигнул собеседнику, а затем продолжил, — Может быть, беседу будет проще продолжить с бокалом хорошего вина в руках? Так, чтобы она больше напоминала дружеский разговор?

Бургграф, слушая его, только моргал. Глядя на растерянное выражение на лице молодого аристократа, можно было бы подумать, что это поверхностный, падкий на удовольствия наследник знатного титула. Но что-то в блеске его глаз подсказывало Анкеру, что тот не так прост, как хочет выглядеть. Казалось, еще немного, и он выдаст свой истинный характер неосторожным мимическим движением — нахмурит брови или сожмет губы… Но услышав предложение выпить по бокалу, бургграф изобразил театральную гримасу страдания.

— Как я мог забыть предложить вам напитки! Крайне невежливо с моей стороны. Только не подумайте, что у меня дурные манеры. Все исключительно потому, что я был ошеломлен визитом.

Он подхватил со стола золотой колокольчик. В ответ на звон отворилась дверь, и в кабинет скользнул лакей.

— Ланс, принеси бутылку антийского вина, два бокала и соответствующие закуски.

Отдав распоряжения, бургграф одарил Анкера широкой улыбкой.

— Сейчас это досадная оплошность будет исправлена. Впрочем, мы все равно можем продолжить разговор. Признаюсь, я понял, кого вы имеете в виду. Но позвольте полюбопытствовать, чем вас заинтересовала эта персона? Смею вас уверить, девушка совершенно невинна и не может быть в чем-то замешана.

На слове «невинна» внутренний голос Анкера сделал стойку. Действительно ли он имеет в виду только моральную чистоту девушки? Нет ли в этих словах двойного дна? Глядя на безмятежное лицо бургграфа, сложно было заподозрить его в хитроумном плетении намеков. И все же… что-то настораживало Анкера.

— Не беспокойтесь, Ваша Светлость, девушка ни в чем не повинна. Но перед тем, как стать вашей гостей, она оказалась, скажем так… в определенных обстоятельствах, которые имеют прямое отношение к расследуемому мною делу.

— Звучит интригующе, но не до конца ясно, о чем идет речь.

— Вы же понимаете, я не могу раскрывать всех деталей. При всем уважении.

— Да-да, конечно, — быстро проговорил бургграф, снова награждая Анкера безмятежной улыбкой, — Я все понимаю, но не могли бы вы уточнить, чем я могу быть вам полезен?

— Я буду крайне благодарен, если вы пригласите вашу гостью для беседы со мной.

— О-о-о, — скорбно выдохнул бургграф, — к сожалению, конкретно с этим я никак не смогу вам помочь.

Анкер приподнял одну бровь.

— Отчего же?

— Дело в том… А вот и Ланс с напитками, как вовремя!

В кабинет вошел лакей с большим серебряным подносом, нагруженным разнообразной снедью. Поставив ношу на стол, он начал аккуратно расставлять посуду и приборы. Бургграф подтянул к себе ближе бутылку вина, посмотрел на этикетку, и одобрительно цокнул языком.

— Прошу вас, господин Линард, попробуйте. Это Антийское крепленое, наше родовое вино, уверен, вы никогда не пробовали такой насыщенный букет.

Лакей ловко избавил бутылку от крышки при помощи маленького ножа, наполнил серебряные кубки, а затем с поклоном ретировался. Анкер слегка пригубил предложенный напиток.

— Благодарю. Вкус, действительно, изумительный. Достойный повод, чтобы сделать паузу в нашей беседе. И все же, мы остановились на самом интересном месте. По какой же причине я не могу встретиться с вашей гостьей? — ему потребовались все силы, чтобы последняя фраза звучала безобидно, без тени угрозы.

Бургграф скорбно поджал губы.

— К сожалению, обсуждаемая дама уже не имеет чести называться моей гостей. Она покинула поместье.

Анкер был готов к отказу, но такой ответ его все равно не обрадовал. Не хочет даже показывать Селину. Почему? Боится, что она расскажет лишнее? Или ее действительно перевезли в другое место?

— Прискорбная новость. Видимо, как я не торопился с визитом, все же опоздал. А вам известно куда именно направилась ваша гостья?

— К сожалению, никакой конкретики. Насколько я знаю, у нее была назначена другая встреча, но детали мне неведомы.

— Очень жаль, — Анкер удрученно покачал головой, — Тогда затягивать мой визит бессмысленно.

— Мне тоже жаль, что вы зря потратили время, хотя я безусловно рад знакомству. Вас наверняка зовет служебный долг, посему — не смею задерживать, — голос бургграфа звучал сладкой патокой.

Кресло тихо скрипнуло ножками, когда Анкер отодвинул его от стола, чтобы подняться.