Нельзя влюбляться (СИ) - Хан Рита - Страница 36

Черт, черт, черт. Дело плохо, конечно, если я думаю о таких вещах.

"Заберу тебя завтра в десять. Одевайся потеплее, обещают дождь".

Во, так-то лучше. Потому что под фразой "одевайся потеплее" я имею в виду, что мне не безразлично на нее.

Только вот поймет ли Зоя такой ребус? После всего, что я сделал и наговорил?

"Я думаю, нам стоит отменить эту поездку".

Сообщение пусть и без слов, но хлестко отвешивает мне пощечину.

Отменить поездку? Это она меня так продинамить решила?

Тут же включается тот самый Тим, что не может принять отказ. Есть у меня такая черта характера, зачастую активизируется она тогда, когда я не могу получить желаемое. А мне очень нужна еще одна встреча с Зоей наедине, подальше от лишних глаз.

И, если что, это никак не касается спора. Я хочу увидеть её, хочу поговорить с ней. Тогда всё встанет на свои места.

Глава 22

Зоя

— Так, ребятки, давайте хоть музычку включим, а то как-то тухло.

Никогда бы не думала, что буду благодарна Рему за его излишнюю болтливость. Но сейчас разрядить обстановку нам явно не помешает. Мы едем в... Если честно, я до конца и не знаю, куда мы едем. Отказаться мне попросту не дали.

Хмуро оглядываюсь на Ярцева, решившего устроиться на заднем сиденье рядом со мной. Он тоже не в восторге от поездки, а может ему не понравилось то, что его безбашенному другу приспичило захватить с собой Алису.

Да, да, она тоже едет с нами, правда, я так и не поняла, зачем? С Ремцовым они только и делают, что собачатся, а с Тимуром даже не разговаривают.

— Алиса, передай, пожалуйста, воду, — прошу я у неё, на что она моментально откликается.

Пока пью, думаю про себя о том, что не чувствую к ней никакого негатива, но и тяги к близкому общению у меня не появилось. Возможно, это потому, что мы еще очень плохо друг друга знаем.

— Обожаю эту песню! — Алиса тянется к магнитоле и прибавляет звук.

— И я, — впервые с начала поездки подает голос Тимур.

Чувствую легкий укол... чего-то внутри. Как будто обидно, что у этих двоих есть что-то общее. Подумаешь, песня им нравится одна и та же. Через зеркало переднего вида ловлю на себе позабавленный взгляд Льва и тут же отворачиваюсь к окну. Только твоих подколов не хватало, Ремцов!

— Вау, какая красота! — не выдерживаю и пяти минут молчания, когда вдруг из окна открывается шикарный вид на местный пейзаж. Водная гладь озера, точно зеркало, отражает чуть порозовевшее небо, а небольшие холмы вдалеке кажутся самыми настоящими горами. Ради такого, определенно, стоило рискнуть.

А рискую я, между прочим, своей, простите, шкурой. Потому что, если мама узнает, то мне несдобровать.

Когда Ярцев прикатил к моему дому глубокой ночью, у меня просто не осталось выбора. Я заметила за ним такую особенность — он любит припереть человека к стенке, лишь бы тот ответил согласием.

— Я буду стоять под твоим окном, пока ты не согласишься.

— Ты — манипулятор, ты в курсе? — шипела я в трубку, выглядывая из окна и молясь про себя, чтобы папа в этот же момент не решил выйти на балкон, чтобы проверить машину.

— Одна поездка, тебе так сложно согласиться?

— Сложно. Я не хочу с тобой пересекаться.

— Ты же понимаешь, что это невозможно ни при каких обстоятельствах.

— Я бы приложила все усилия.

— Зоя? Ты что там делаешь?

Подпрыгиваю на месте, услышав голос Нади. Она сегодня поздно, не думала, что мы с ней пересечемся.

— Я? Ничего, — мотаю головой, все еще держа телефон возле уха.

— Ой... Я тебе помешала? А с кем это ты болтаешь? И почему возле окна?

— Там просто...

Не успеваю договорить, Надя уже подходит ко мне и сдергивает штору в сторону, издавая столько шума, что у меня в ушах звенит.

— А, у нас тут Ромео под окном? — улыбается сестра, заметив Тимура, сидящего на капоте своей машины. — Слушай, а он мне все больше и больше нравится.

— Я польщен, — слышу довольный голос Ярцева и только сейчас понимаю, что всё еще вишу с ним на проводе.

Черт, Надя-я-я!

Сбрасываю вызов и убираю телефон, словно обжегшись. А Надя только и делает, что насмешливо следит за моими действиями. Ну блин, сестра, где твоя женская солидарность?

— Поссорились, что ли?

— Ага. — Киваю, украдкой бросая взгляд вниз. Ярцев даже с места не шелохнулся.

Уф, до чего же он упрямый, а? И так бесит этим, что хочется прямо с балкона в него запустить чем-нибудь потяжелее. Например, тяжеленным справочником лекарственных средств, который достался нам от бабушки...

— Ой, да с кем не бывает. Помиритесь.

— Это исключено. — Мотаю головой, не желая вдаваться в подробности истинных причин нашей ссоры.

— Мне кажется, что он от тебя без ума, Зои.

Надя хитро улыбается, и не просто хитро, а загадочно, точно знает что-то, чего я не знаю.

— Ах, постой-ка, — тоже щурюсь в ответ, но уже с подозрением. — Это он тебе сказал, не так ли? Вы внизу встретились? Но я тебя не видела.

— Я с другой стороны дома зашла. На вот, — Надя вытаскивает из своей сумки-авоськи маленький, но очень нежный букетик крупных ромашек. — Почтальон Надежда доставку выполнила. Не благодарите.

— Это мне? — удивленно хлопаю глазами, совершенно сбитая с толку таким вот жестом со стороны Ярцева.

— Тебе, Зоя, тебе. И знаешь, на твоем месте, я бы этому парню дала хотя бы один шанс.

Надя уже собирается уходить, но я её останавливаю. В этот раз сама от себя в шоке, но, почему-то, захотелось прислушаться к её совету. А может, мое сердце растаяло от вида этих белоснежных цветов? Ну если последнее, то я, наверное, очень глупая?

— Надь, мне нужна твоя помощь. — Говорю сестре, все еще вертя в руках букетик.

— Конечно, спрашиваешь.

— Ты сможешь прикрыть меня перед мамой?

— Без проблем.

— Спасибо. И еще, нам нужно с тобой поговорить кое о чем.

— Зой, может завтра вечером поговорим? — Надя устало потирает глаза, попутно зевая. — Или что-то очень важное?

— Нет, но... Ладно, лучше завтра, да.

В конце концов, что может измениться за один день? Мне кажется, самое страшное, что могло случиться с нами и Стасом, уже случилось. К тому же, не ровен час, что папа проснется и увидит Ярцева под окнами. Или еще хуже — мама решит попить воды... Брр, тогда беды не миновать.

Хотя, поначалу я была настроена совершенно по-другому. Думала, что с чего я должна облегчать жизнь этому самовлюбленному эгоисту Ярцеву? Может мне тоже хочется побыть той самой принцессой, которую вызволяют из... ежовых рукавиц матери и отца?

Но, вместе с тем, я прекрасно понимаю, что, если за дело возьмется Тимур, и его план провалится, то потом уже не стоит ждать от Людмилы Рудольфовны поблажек по зачету. Их и сейчас не стоит ждать, однако небольшая надежда все равно остается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ну Ярцев, только попробуй меня подвести в этот раз!

— Приехали, выходим! — голос Рема возвращает меня в реальность.

И, когда мы выходим из машины, понимаю, что в таком живописном месте еще ни разу не была. Оно... волшебное, ведь все тревоги моментально отступают на второй план.

А когда Ярцев совершенно открыто протягивает мне свою ладонь, чтобы помочь взобраться на небольшой пригорок, я и вовсе забываю обо всем на свете.

Остается только напоминать себе об одном: Зоя, не теряй голову! Только не теряй голову.

Тимур

Я чувствую, что ботаничка скована как никогда. Да я и сам, мягко говоря, слегка волнуюсь и ни слова не говорю, пока мы следуем за другом. Рука в моей ладони чуть подрагивает, а вскоре и вовсе исчезает из неё, стоит нам оказаться в стареньком домике деда Льва.

— Аутентично, — замечает Алиса, со скепсисом оглядывая пространство вокруг себя.

Старые рыболовные сети, навешанные прямо поверх деревянных балок, создают иллюзию паутины. Обшарпанные со временем полы, потрескавшаяся краска на окнах... Да, по-другому и не скажешь. Аутентично.