Мажор и недотрога (СИ) - Корд Джекки - Страница 8

Только не ты!

— Может потом?

Смотрю с мольбой в глазах. Пойми же ты, что время неудачное.

Не понимает. Ухмыляется и тащит обратно в кафетерий.

Это видя все. И Тимофей. И олимпийская деревня. Свита Кима и все пришедшие поесть.

— Вот и свободный столик.

Филатов останавливается возле стола. Там сидят несколько ребят. Ни черта он не свободен. Был. Тут же как волшебству с него все сбегают. Ветром сдуло.

— Я кофе буду. И поесть.

Сам садится. Мне указание дает. И деньги. Открывает кошелек и достает несколько купюр.

— Сок себе купи.

Обязательно. Киваю. Чтобы на голову тебе вылить. Индюк паршивый.

Ради Тимофея я встряла в очередь, чтобы побыстрее. Для Кима стоять буду час битый. Даже пропускаю некоторых, когда не видит он.

Сама улыбаюсь ему. Пусть думает, что все в порядке.

Скоро перемена закончится. Я все стою.

Так и Ким голодный. Вижу злится, но не подходит.

Друзья его разошлись уже.

— Что хочешь? Опять.

Работница буфета меня запомнила. Недовольно смотрит. Не понравилась я ей.

— Кофе. Самый дешевый.

— Растворимый.

— Конечно, — удивляюсь, — и его самый дешевый.

— Что еще?

Стандартный вопрос безразличным голосом.

— Салат.

— Какой? — устало.

— Вчерашний.

Конечно же.

Бровь тетки взлетает вверх. Удивлена. Так я ж не для себя стараюсь. Для “любимого”.

— Какой?

— Овощной, — если она про состав.

Кофе шлепается на поднос. Салат приземляется рядом. Я беру пластиковую вилку вместо металлической. Салфетки игнорирую вовсе. Сахар и мешалку, — все забываю.

Приходит мысль. Гениальная.

Стик с солью беру. Вдруг перепутает, не посмотрит.

— И булку. С ветрины.

Чтобы почерствее.

Тетка опять удивляется, но молчит. Берет деньги, дает сдачу.

Я победоносно иду к столу нужному. Ким там один сидит. Очень. Очень злой.

— Приятного.

Улыбаюсь мило. Тут же совесть просыпается. Может не нужно с ним так?

Он молчит. Недовольно смотрит. Понимаю, что нужно.

— Да. Приятного.

Мимо проходит Тимофей. В руках его поднос с пустыми тарелками. Съел все, что я купила.

Глаза Филатова кровью наливаются. Он начинает ковырять салат и тут звенит первый звонок.

— Сидеть.

Осаждает, когда на пару подрываюсь.

Киваю. Возвращаюсь на место.

Мысленно погоняю. Приговариваю “ешь быстрее, ешь быстрее”. И не подавись смотри. Спасать долго.

— Как у друзей живется?

Нарушаю тишину первой.

Вообще не интересно. Совсем. Кто-то должен быть дружелюбным.

Ким с места срывается. Губы рукой мне закрывает. Булку берет другой рукой и пихает мне в рот. Я кашлю. Из глаз слезы.

— Молчи, монстр! Никто не знает.

Оглядывается. Боится что услышат.

— Никого нет. Почти.

Кашяю. Крошки летят. Зрелище не очень.

Сейчас все смотрят за его поведением. Никто слов моих не слышал.

— Тебе хана, если проболтаешься.

Застал врасплох. Плохого он обо мне мнения. Даже обидно.

Мне нет до него дела. Никому не собиралась болтать.

— Не проболтаюсь.

Успокаиваю его. Только бы жевал быстрее.

Он ест и внезапно за стик с солью берется. Перепуал все же с сахаром. Мой план сработал.

Жду с замершим сердцем что глоток сделает.

Тут он с места встает. Неожиданно. Протест?

— Взгляд с тебя не спущу, — делает жест двумя пальцами по глазам.

Киваю. Другого и не ожидаю.

— Поднос бери. Доедать не буду. И иди за мной.

Можешь не доедать. Кофе выпей. Пожалуйста.

Спасибо за терпение в ожидании! И за комментарии спасибо, и за лайки! Спасибо за мотивацию дальше рассказывать историю ребят! Люблю вас, ваш Автор.

12

— Куда мы идём?

Не поддаюсь. Пытаюсь ногами затормозить. Не сильно. Немного. Для самоуспокоения.

Часто в последнее время использую это оправдание.

— До аудитории доведу. Останавливается. Прищуривается. На вкус пробует мою реакцию.

Стою. Не верю. Взглядом изучаю.

Хочу взять тряпочку из Микрофибры и Филатова протереть. На нем прочно осел налёт лживого дружелюбия.

— Я никому не скажу.

Боится, что растрепаю друзьям?

Как ещё дать ему понять, что плевать я хочу на него?

— Ты не так все поняла. Видимо, — тащит к сторону. В угол. Там никто взглядом не споткнётся.

Припирает к стене. Руку к грудной клетке локтем прикладывает. Вдавливает. Как прут от решетки.

— Кофе…

— Что?

Опомнился. Взгляд фокусирует.

— Отставь, — хриплю, — на кофту попадёт. Мою.

Лучше выпей. Зайдёшься в кашле, а у меня фора при побеге.

— Молчи.

Прикрывает глаза. В голосе почти отчаяние.

— Ты не понимаешь, что мне плевать?

— На что?

— На твои обещания.

Растерялась. Глазами хлопаю. Как с ним вести себя, чтобы себе не навредить? Пусть определится, что от меня хочет.

— Пока тебя видят со мной — ты в безопасности, — обрисовывает реальность. Все ясно. Могу спрогнозировать, что дальше будет.

— Пока ты сидишь за одним столом… Все вписывается в теорию. Пока что.

— С тобой?

Угадываю. Попадаю в яблочко.

— Сечёшь.

— Меня не станут задирать?

Подмигивает. Довольный.

— Да, детка.

Теперь смотрит медленно. Опомнился кто перед ним? Присматривается. Улыбка исчезает. Медленно. Ровно как перемещается взгляд с глаз на скулы, оттуда на губы. Мои губы.

— И долго?

Затаив дыхание произношу. Смотрю на него с опаской. Ким взвинчен, но внешне спокоен. Диссонанс.

Разница дезориентирует.

— Пока не надоест. Или не будет мешать.

Киваю. Урод со скуки развлекается. Слышала я о таких как он.

— Тебе же хуже будет, если что. Из захолустья было сложно в столицу попасть? Да? По больному бьет. Узнал откуда-то?

Мне год жизни это стоило. Усилий. Бессонных ночей. Чтобы вот такие насмехались? Я сразу не поступила. На бюджет пол балла не добрала. Добрали детки председателя совета. Они на учебе не появлялись никогда. Аттестат зато отличный. Вот почему мои одногруппники все младше.

— Козел ты.

Ким смеётся. Не думаю, что у него будут такие проблемы, если я рот раскрою. У меня будут бОльшие, если сделаю так.

Смех прекращается. Резко при чем. Как и начался.

— Где твоя аудитория?

Спрашивает неожиданно. Наверное потому, что второй звонок звенит.

— З-зачем тебе?

Каждое его появление — мой крах.

— Где?

Встряхивает.

Я и указываю направо. Пусть моя аудитория на самом деле слева.

Выворачиваюсь и бегу. Филатов пока опомнился, я заворачиваю за угол.

Вбегаю в первую аудиторию попавшуюся. Закрываю дверь. Облокачиваюсь. Прикрываю глаза и слышу:

— Ты? Ты что тут делаешь?

Зря думала, что она пустует.

Олимпийская деревня сидит в первом ряду с Мишкой во главе.

Преподавателя нет. Сразу это подмечаю. Иначе мигом выгонит.

— Ошиблась.

Оборачиваюсь. Рвусь дверь открыть, но вдруг Ким ещё тут?

— Подожди!

С места кричит Тимофей. Привстает немного. Пугает этим ещё больше.

Вырываюсь в коридор, налетаю на Филатова.

Он караулит меня что ли?!

Дверь нараспашку. Ему сейчас. видно все.

— Что ты там забыла?

У Кима шикарный обзор на Чемпиона.

— К парню забежала.

Шепчу, чтобы не услышал никто. Филатов не в счёт.

— Своему? Парню?

На глазах в хищника превращается. Взгляд острый. Колючий. Зачем ты так громко?

Трясёт от беспомощности. Тимофея дважды подставляю.

— Закрой рот.

Пищу. Дыру в нем проделываю взглядом.

— Что?!

Моментально из себя выходит. Заводится как реактивный. Знаю один приём. На себе опробовала Успокаивает.

Набрасываюсь на парня. Рот рукой закрываю. По десна ладонь вдавливаю. И в сторону его тащу. В сторону. Подальше от людей.

Лучше бы кофе выпил!

Два шага успеваю сделать. Ким руку мою от себя отрывает. В свою зажимает, что больно становится. Смотрит зло.