Третий Завет. Тетралогия (СИ) - Александр Захаров - Страница 151

Я кивал, а сам смотрел на карту. Прибрежная крепость, километрах в тридцати пяти южнее Тортосы. В два с половиной раза дальше, чем кажущаяся несерьёзной Красная Башня, нарушающая сообщение по суше между этими владениями тамплиеров.

– Сколько людей вы готовы выделить?

– Вы их видели.

Я удивлённо оторвался от показного разглядывания начерченной на песке схемы.

– Крупные силы тут бесполезны, – пояснил свою позицию собеседник. – Они только навредят, так как о том, что мы собираем воинов, мусульманам донесут заблаговременно, и они успеют подготовиться. Сборы крупного отряда не скрыть, к тому же его легко заметить издали. А как только это произойдёт, на башне сразу зажгут сигнальный костёр, поднимая тревогу. К тому моменту, как мы до неё доберёмся, из Сафиты уже выедет крупный отряд конницы нам навстречу. А рисковать устраивать полноценное сражение при соотношении сил восемь к одному, если не хуже, я не готов. Будьте уверены, прекрасный брат, там будут не разбойники в халатах на босу ногу.

– Вы полагаете?

– Я тут живу. Как и они. Мы давно выяснили возможности друг друга. Однако вы – новый фактор, о котором они хотя и знают, но могут недооценивать, не ожидать вашего вмешательства или просто не принимать в расчёт. Я думаю, что они ещё просто не сообразили, что ситуация изменилась. И предлагаю этим воспользоваться.

Я недоумённо нахмурился.

– А какой тогда нам смысл захватывать эту башню? Допустим, всё удастся, не вижу с этим проблем. Десяток стражников мы зарубим с вами даже вдвоём. Но мы не сможем её удержать. Сарацины в любом случае быстро спохватятся, – через несколько часов или на следующий день, тут уж как повезёт. К башне подъедет две или три сотни всадников, дымом выкурят нас или гарнизон, который мы оставим, и всё вернётся на круги своя.

Ничуть не обескураженный моими словами тамплиер лишь довольно кивнул, как будто даже обрадовавшись моей догадливости.

– На самом деле такая опасность существует. Однако сарацины могут и поостеречься, – всё‑таки рисковать большим количеством воинов им тоже не с руки, да и вывести за стены весь гарнизон они не рискнут. Не потому что опасаются моего отряда, нет, нас‑то они знают как облупленных, а из‑за примера Маргата, – уж больно странная история с ним случилась. А всё непонятное пугает и вынуждает к осторожности.

Не понимая, почему пала дозорная башня, эмир вряд ли рискнёт вывести за ворота свои главные силы. Мало ли что? Большинство населения Сафиты и окрестностей – христиане. Вдруг после выхода основных сил в крепости вспыхнет восстание? Или последует нападение с другой стороны? Кроме нас у местного эмира хватает других врагов: турки, курды, другие разбойники, низариты… Даже набег со стороны Маргата исключать нельзя, никто ведь не знает что там сейчас в точности происходит. Слухи доходят, но перевранные настолько, что ничего не понятно. Скорее сарацины вышлют разведку или отряд в несколько десятков всадников. Разведку мы легко перебьём, а от отряда отобьёмся. Таким числом им башню обратно не взять. Ну а если сарацины пришлют больше воинов, то мы заметим их заранее и просто отступим.

Спорить с туркополье, а по сути – маршалом здешней провинции Ордена, я не стал. Ещё недавно, считанные недели назад, мне бы даже в голову не пришло ему возражать, даже просто усомниться в реальности и целесообразности изложенного им плана, хотя бы и в мыслях. Но то было словно в прошлой жизни. Отчаяние, осознание собственного бессилия что‑либо изменить, жажда мести и внезапная, отчаянная надежда – это гремучая смесь, наподобие китайского пороха, способная подтолкнуть даже самого достойного человека к необдуманному поступку. Но и отказать ему – означает разрушить хрупкое доверие, возникшее между нами. К счастью, есть другой путь.

– Нет, – спокойно возразил я святому брату, – мы поступим чуть иначе.

– Вы решаете за нас обоих? – улыбнулся монах. – Нет‑нет, не оправдывайтесь, ничего страшного или оскорбительного вы не сказали. Возможно, ваш свежий взгляд действительно заметил нечто, упущенное мною. Говорите, я согласен вас выслушать.

Авторское отступление:

Хочу порекомендовать своим читателям замечательного автора, пишущего на историческую тему, близкую мне по духу. По крайней мере, речь в его цикле тоже идёт о рыцарях. Правда, эпоха на дворе совсем другая – начало 16 века, регион – южная Германия.

В цикле 5 книг, все бесплатны. На самом деле автор сравнительно недавно перебрался на сайт и сейчас озабочен получением коммерческого статуса. Почему бы не помочь хорошему человеку?

Все знают, что война – это плохо. На самом деле те, кто так думает, ошибаются. Рыцарь Максимилиан Фердинанд фон Нидерклаузиц точно знает, что война бывает плохая и хорошая. Жаль, что ему не повезло попасть именно на первую. Что ж, может быть, когда‑нибудь ему повезёт попасть и на вторую. Дожить бы.  

https://author.today/work/69521

Интерлюдия. Корпус дальней разведки

После перехода на миссию Гурл,Туур первым делом бросил взгляд на датчики системы жизнеобеспечения и смачно выругался. Кислородный мир! Великий Механик! Да как местные аборигены выживают в столь агрессивной атмосфере, в которой должен быстро окисляться даже металл? Какие‑нибудь кремнийорганические соединения, способные выдерживать хоть контакт со свободным фтором? Пришелец из Внешних миров зябко поёжился. Но будь атмосфера местного мира из фтора, он уже был бы мёртв, – его скафандр не рассчитан на подобные испытания и просто вспыхнул, сгорая. А так – протянет какое‑то время, прежде чем оболочка потеряет прочность, станет хрупкой и начнёт выкрашиваться, в первую очередь в местах стыков и, разумеется, суставах. К счастью, процентное содержание окислителя в атмосфере здешнего мира невелико, и дожить до окончания сроков миссии вполне реально. Будь иначе, ему бы досталась миссия в какой‑нибудь другой мир, так как Система не выдаёт принципиально невыполнимых заданий. Главное – не повредить скафандр.

Он осмотрелся, но непосредственной угрозы в пределах прямой видимости не обнаружил. Сенсоры молчали, помаргивая успокаивающими огоньками отсутствия враждебной активности. Даже эфир был пуст, издавая лёгкий треск природных помех. Однако разведчика это не успокоило – любой механизм можно обмануть, как и органы чувств. Возможно, его уже засекли, и холодный машинный разум оценивает размеры выявленной угрозы, решая как быть. Время – самая большая драгоценность разведчика. С момента прохода через портал счёт пошел на каждое биение сердца.

Искусственный интеллект не склонен к долгим размышлениям, но даже он не может отреагировать мгновенно. Конечно, пучок частиц с орбиты, разогнанный до скорости света, не оставит лазутчику шансов, но если не повезёт так нарваться, то это судьба, рок. Исходить надо из того, что времени мало, но шанс на успех есть. Если же он сумел остаться незамеченным, то пусть это станет приятной неожиданностью. Система отреагирует на его появление всё равно, но предупредит аборигенов не сразу.

Определить пригодность данного мира для колонизации и освоения можно уже сейчас, но инструкции написаны кровью тех, кто их нарушил. Поэтому суетиться и совершать глупости, о которых рекрутов предостерегают с первого курса Академии, он не стал. Есть стандартная процедура и нужно следовать ей. Возможно, местность вокруг заминирована, или в окрестностях стоят датчики движения, или имеются иные сюрпризы. Испытывать свою удачу лишний раз не стоит. По крайней мере, до тех пор, пока ситуация не прояснилась, а дело, ради которого он сюда явился, не сделано. Так что ему есть чем заняться, раз уж непосредственной угрозы на месте десантирования не обнаружено.

Не сходя с места, он нагнулся, опуская на поросшую ядовито‑зелёной растительностью почву полевую лабораторию. Та возмущенно пискнула, определив угрозу своему существованию, но с обречённой покорностью выпустила захваты и приступила к анализу. Сложно сказать, успеет она его закончить или нет. Военные разработки обладают высокой живучестью, но защититься от всего на свете не удавалось ещё никому. А серьёзно тратиться на расходный и быть может одноразовый инструмент попросту нецелесообразно. Сам разведчик является таким же расходным материалом, просто более ценным. Это не хорошо и не плохо, каждый курсант, приходящий в Корпус, знает, на что идёт. Зато несколько успешных выходов на миссию – и повышение гражданского статуса гарантировано, вместе с правом на разовое продолжение рода. Удачная разведка – и награда может превысить самые радужные ожидания.