Сердце Аспида (СИ) - Рокко Джулия - Страница 37

Конечно, можно было попросить прочитать название обряда и Лаэрна. Насколько я успела узнать, по возрасту он был ближе к Эфаиру, а по рассказам Ирмины, Рыцари Темного Двора, разве что за исключением Хэма, являлись одними из самых Древних представителей своего народа. Поэтому вероятность того, что Лаэрн владел древним алфавитом, была очень велика. Вот только я не сомневалась — действия Арканума, разгадай он мой безумный план, оказались бы ещё круче королевских.

Эфаир же не придет в себя ещё несколько дней. Да и помогать бы мне он точно не стал. Скорее уж, в очередной раз пытаясь спасти своих друзей, подставил бы свою шею сам. Но меня, учитывая, каким чудом удалось вернуть его с того света, такой расклад никак не устраивал.

Вот к досаде и получалось, что при таком количестве вариантов не имелось ни одного подходящего.

— Слушай, а что если тебе обратиться к Брону? — заглянув ко мне перед сном, предложила Ирмина.

Мы пили с ней поздний чай, который здесь все называли морус, и я жаловалась, что зашла в тупик.

— Ты шутишь? У меня от этого сида мурашки по телу.

Ирмина захихикала, интерпретировав сей факт по-своему.

— Не в том смысле! — возмутилась я. — Довольно с меня мужчин! Тем более, от этого рогатого так и веет жутью. С чего ты вообще взяла, что он сможет, а самое главное, захочет помочь?

— Ой, ну не зна-аю-ю, — в промежутках между глотками исходящего паром напитка, посмела усомниться сида. — Где пять — там и шесть.

И захохотала, когда я разгневанно поставила собственную чашку на стол, громко звякнув ею о блюдце.

— По-твоему, это смешно?

Ири окончательно развеселилась. Её чрезвычайно забавляла моя чувствительность в отношении шуток на данную тему.

Привыкнуть к мысли о том, что я вся такая нестандартная и, по ходу дела, влюбилась «оптом», было крайне непросто. Да что там говорить? Я до сих пор наедине с собой временами испытывала прямо-таки запредельное удушливое смущение. А тут ещё Ирмина со своими шуточками.

Но фейка была далека от моих терзаний. Истинное дитя мира Высоких Холмов, она не видела в этой ситуации ничего экстраординарного и уж тем более заслуживающего осуждения. Скорее, даже наоборот подходила к вопросу максимально практично и в плане выгоды, и в плане удовольствия. Брон в её понимании «женихом» являлся завидным, а для меня, как для своей единственно и любимой подруги, она желала всего самого лучшего. И желательно побольше.

Зато «побольше» не хотела я. Возлюбленных мне точно уже хватит, а любовников — тем более. Осталось попытаться как-то это донести до тяготеющей к экстремальным приключениям подружки. Правда, когда я наблюдала за хохочущей фейкой, что-то мне подсказывало, что эта затея обречена на провал.

— Брон — один из Старших* сидов при Дворе Грома и Ветра, к тому же, относится к той редкой породе Высших, которые совершенствуют себя не только физически, но и умственно.

Ирмина постучала указательным пальцем себе по виску. Он известен своей одержимостью коллекционировать редкие рукописи, зачарованные артефакты, такое же оружие, ну, и красивыми фейками тоже не брезгует…

— Ты что, предлагаешь мне пополнить его коллекцию?

— Только если сама пожелаешь. Кстати, ещё надо разобраться, кто чью коллекцию пополнит, — усмехнулась фейка. — А так, я это к тому тебе рассказываю, что Брон наверняка читает на ортанге. Меня больше вот что волнует, — внезапно заявила она. — Что ты собираешься делать после того, как добудешь название обряда?

— То единственное, что должна, — попыталась уйти от прямого ответа, зная что Ирмина постарается меня отговорить.

— Это самоубийство, — легко угадав, о чём я умалчиваю, припечатала сида.

Я пожала плечами.

— Разве есть другое решение?

— Нет… — после минутной паузы вынужденно признала она. — Но неужели ты не боишься?

— Боюсь, конечно. Только знаешь, сегодня я очень четко поняла, что когда опасность угрожает тем, кто мне дорог, за них я боюсь гораздо больше.

Мы помолчали немного, похрумкивая в безмолвии сахарным печеньем. Каждый думал о своем.

— Значит, говоришь, Брон? — нарушая тишину, протянула я задумчиво. — А он, случаем, не может заодно помочь добраться до Темного Двора побыстрее и желательно незаметно?

По выражению прехорошенького, обманчиво юного лица Ирмины было заметно, что фейка колеблется, до конца не определившись, идти ли на поводу у моего замысла, или же все же ему препятствовать.

— Может, — в итоге сообщила она и нахмурилась, когда увидела, как я оживилась, немало обрадованная такой новостью.

— А поподробней?

— Ты когда-нибудь летала на драконах? — вопросом на вопрос ответила Иримна.

Кусочек печенья выпал из моего рта.

— Брон — дракон? — спросила и хихикнула над неожиданно получившейся глуповатой рифмой.

— Вроде того. Он драак, младшая ветвь некогда правящего рода. Драконами у нас называют только королей, всех остальных азэргезцев, способных превращаться в гигантских летающих ящеров, именуют драаками. Но на самом деле, по способностям Брон настоящий дракон. Видишь ли, только они умеют транзировать, не выходя из своей второй ипостаси, прямо в полёте. И предводитель сумеречных это тоже умеет.

Ошарашенная, я откинулась в кресле. С ума сойти! Здесь водятся драконы! А если мне удастся сторговаться, то очень скоро на одном из них я даже прокачусь!

* Среди высших фейри существует градация по возрасту и могуществу. Как правило, последнее прямо пропорционально зависит от первого. Древними называют сидов — прямых потомков Богов. Автор затрудняется сказать, как долго они живут, но явно о-о-очень немалое количество столетий. Для Древних характерна отличительная особенность — наличие именного артефакта, владение которым определяет их предназначение, характер и мистические способности (например «Копье Истины» у Эфаира). Следом идут Старшие, также очень долго живущие фейри, но все же уступающие в знатности и силе Древним. Впрочем, с течением жизни Высший имеет возможность наращивать своё могущество. И замыкают эту классификацию Младшие фейцы, к ним относятся все более молодые сиды.

XIII глава: У дракона на хвосте

Внеплановое рандеву с Броном было организованно по уже отлаженной схеме. Три новоявленных партизана в лицах Вима, Биля и Дана, которые с легкой руки своей Госпожи теперь регулярно нарушали королевские указы, лихо перенесли меня прямо в покои рогатого. Здесь-то и обнаружилось, что хотя на дворе и стояла глубокая ночь, временное пристанище высокопоставленного фейца пустовало.

— Где же он? — удивилась я, обращаясь вопросом к своему главному разведчику Виму.

Кобольд растерянно почесал затылок.

— Точно! — воскликнул он, очевидно, что-то вспомнив. — Так у азаргэзцев сегодня очередная пирушка. В память о погибшем собрате.

Меня кольнуло чувство острого сожаления.

— Не грусти, добрая Госпожа, они не слишком то по нему убиваются, — утешил Дан.

— Всё равно, очень жаль, столько напрасных смертей… — опечаленная, я покачала головой.

— Почему напрасных? — возмутился Биль. — Победитель примеряет корону!

— Я буду молиться, чтобы иных победителей кроме Замфира Иундурин не знал.

На мгновение меня захватили мысли о куда-то запропавшем короле. Если бы не заверения Лаэрна в том, что с правителем всё в порядке, я бы уже вся измаялась от беспокойства.

— Что ж, — отодвинув подальше гнетущие мысли, поспешила вернуться к делам насущным, — можете пока быть свободны. Я подожду Брона здесь.

Не решившись возражать, кобольды слаженно поклонились и исчезли.

Ждать пришлось долго, я даже успела задремать, устроившись на стоящей возле узкого стрельчатого окна оттоманке.

Дверь в небольшую залитую полумраком гостиную с шумом распахнулась, и в комнату ввалился рогатый сид. Прямо-таки заливаясь хохотом, его крепкий поджарый торс обнимала красивая темнокожая фейка с зелеными, как у кошки, глазами.