Слабое место (ЛП) - Штайнер Канди - Страница 28

Моя мама написала мне после игры, сказав, что они с Брэндоном поехали в дом родителей Малии, чтобы посмотреть игру по телевизору. Она сказала мне, как гордится мной. Она рассказала мне, как Кори гордился мной. Она также спросила, приеду ли я домой на День благодарения.

Я не могу дождаться, когда ты познакомишься с Брэндоном!

У меня не было сил ни ответить ей, ни даже дочитать длинное сообщение, которое мой отец прислал мне вскоре после этого. Я не удивился, увидев его имя в моих пропущенных сообщениях. Единственные разы, когда я получал от него весточку, это были игровые дни, и обычно это был список того, что я мог бы сделать лучше, за которым следовали вопросы о том, нашел ли я агента или уже составил свой профессиональный план.

Я был готов выбросить свой телефон в ближайшую реку, пока Джиана не написала мне сообщение, как только мы въехали на парковку.

Извини, что не смогла увидеться с тобой после игры. Филд был безумен со всеми репортерами. Ты уже вернулся в кампус?

Я переслал ответ, подтверждающий, что мы только что приехали.

Прийти?

Мое сердце остановилось, прежде чем вернуться к жизни, и я набрал ответный смайлик с поднятым большим пальцем, прежде чем мое кислое отношение смогло отговорить меня от этого. У меня были планы отправиться прямиком в общежитие и вырубиться лицом вниз на матрасе, но правда заключалась в том, что я не хотел оставаться один.

Не со всеми мыслями, крутящимися в моей голове, как торнадо.

Тренер произнес короткую речь в раздевалке, прежде чем нас всех отпустили, сказав, чтобы мы наслаждались воскресеньем и возвращались сюда готовыми к работе в понедельник утром. Я вылетел оттуда в наушниках, чтобы никто не мог попросить меня пойти в бары или в Яму.

Это была долгая прогулка до места, где жила Джиана, за пределами кампуса. Обычно я ездил на поезде или вызывал Uber. Но дождь прекратился, и я поймал себя на том, что благодарен прохладному ночному воздуху, когда выходил из кампуса и петлял по району Форт-Пойнт. Здесь было оживленно, местные жители и туристы стекались в рестораны и бары теперь, когда погода прояснилась.

Было почти девять, когда я добрался до Джианы, и она позвонила мне, ожидая с открытой дверью, когда я добрался до ее этажа.

— Ладно, я подумала, что ты проголодался после той игры с монстрами, кстати, этот потбор был безумным! — но я не знала, чего именно ты хочешь, — сказала она, придерживая дверь шире, чтобы я мог проскользнуть внутрь. Как только я это сделал, на меня обрушилось множество ароматов. — Итак… Я вроде как заказала всего понемногу.

Ее волосы были большими и вьющимися от дождя, собранными в небрежный пучок на макушке, с маленькими локонами, выбивающимися из резинки и обрамляющими ее лицо. Сегодня вечером она надела свои черные очки в широкой оправе, а ее пушистые розовые домашние тапочки шлепали по деревянному полу, когда она вела меня на кухню.

На ней была простая белая майка на тонких бретельках, укороченная так, что между ней и широкими спортивными штанами, низко сидящими на бедрах, виднелся живот. Все в ней кричало об уюте, как и свечи, горящие в каждом уголке ее дома.

Когда мы добрались до маленькой кухни, она застенчиво прикусила губу, указывая на тарелку с едой, которой было слишком много для двух человек.

— Здесь есть пельмени, рис, пицца и несколько бургеров “слайдер" из бара дальше по улице. Я взяла несколько кренделей с пивным сыром, потому что вкуснятина. — Она закатила глаза к потолку, похлопав себя по животу, как голодный человек, прежде чем поднять палец. — Ой! И картошку фри. И пончики. И мороженое в морозилке. У меня тоже может быть немного… чипсов… здесь, — добавила она, с трудом поднимаясь на цыпочки, чтобы открыть маленький шкафчик над плитой.

У нее действительно были чипсы, два пакетика Cheetos, оба пышные и хрустящие, и она добавила их в спред, прежде чем упереть руки в бока в знак довольной победы.

— Приятного аппетита, — сказала она. Когда, наконец, она посмотрела на меня, ее брови нахмурились. — О Боже, это слишком, не так ли?

Я попытался улыбнуться, качая головой.

— Нет, это здорово.

Ее хмурый взгляд только усилился, и она шагнула ближе, заглядывая мне в глаза, когда я сглотнул и отвел от нее взгляд. Я уставился в пространство между нами, мои руки были крепко засунуты в карманы спортивных штанов.

— Ты не в порядке, — прошептала она.

Я снова попытался улыбнуться, но улыбка увяла, как цветок под солнцем пустыни. Я поднял взгляд, раздумывая, стоит ли пытаться сказать, что со мной все в порядке.

Но в конце концов я просто покачал головой.

Джиана вздохнула, кивая, как будто она поняла без моих слов.

— Хорошо, ты, — сказала она, хватая меня за руки и ведя в свою спальню. — Сядь, — приказала она, подталкивая меня, пока я не сел на край ее кровати. — Расслабься. Я приготовлю нам пару тарелок. А ты выбери документальный фильм, который мы будем смотреть.

— Документальный фильм? — спросил я, выгнув бровь, скидывая кроссовки, прежде чем откинуться на спинку кровати.

— Да. Мы собираемся посмотреть дурацкий документальный фильм о чем-то странном и покушать. — Она пролистала "Нетфликс", и глаза ее загорелись немного, когда она нажала на подкатегорию документальных фильмов.

— Ой! Посмотри. “Один на черлидинге”.

Она посмотрела на меня, приподняв брови.

Я выхватил пульт у нее из рук.

— Дай мне это.

Она вернулась через несколько мгновений с двумя тарелками, доверху наполненными шведским столом, а затем скользнула на матрас рядом со мной.

— Наша Планета! Отличный выбор, мой друг, — сказала она, отправляя в рот сыр. Затем она выхватила пульт у меня из рук, прокрутила несколько серий, нажала кнопку воспроизведения и выключила лампу рядом со своей стороной кровати.

Начался документальный фильм, и она не отрывала глаз от экрана, за исключением того момента, когда потянулась за чем-то на двух тарелках между нами.

Она не приставала ко мне с расспросами о том, что было не так. Она не стала допытываться.

Она просто была… рядом.

— Разве это не… безумие? — спросила она меня с полным ртом Cheetos, когда мы были на полпути ко второму эпизоду, который выбрали. Это было Открытое море, и по экрану проплывали светящиеся в темноте существа, жившие далеко в глубинах океана.

— Похоже, это компьютерная графика. Но это не так. Это реально. — Она сделала паузу, размахивая своим Cheeto, как волшебной палочкой. — Я имею в виду… это реально. Эта странная светящаяся в темноте рыба, похожая на инопланетянина, живет прямо здесь, на той же планете, что и мы.

Она отправила чипс в рот, качая головой.

— Я знаю, что инопланетяне реальны. Я имею в виду, было бы нелепо, если бы существовало так много вселенных и ни на одной другой планете не было разумной жизни. Но будем ли мы когда-нибудь общаться с ними? Я не знаю. Но это? — Она указала на экран. — У нас прямо здесь инопланетяне. У нас есть целая другая галактика, которую мы даже не можем полностью исследовать, потому что не можем погрузиться так глубоко. Насколько это дико?

Я ухмыльнулся, выгнув бровь, глядя на нее, в то время как она продолжала смотреть на экран широко раскрытыми глазами и жевать чипсы.

Она была такой странной, и умной, и любопытной, и полной удивления. Она была похожа на ребенка и взрослую женщину, каким-то образом завернутую в одно целое.

Джиана, должно быть, почувствовала, что я смотрю на нее, потому что она посмотрела в мою сторону, прежде чем обсосать крошки с кончиков пальцев и спросить:

— Ты хочешь поговорить об этом?

Я хрустнул шеей, снова глядя на экран.

— Не совсем. — Я сделал паузу. — Но… спасибо. За это, — добавил я, кивнув в сторону телевизора. — Это помогло.

Она улыбнулась, и легкое покачивание ее плеч сказало мне, что она гордится этим.

— Хорошо.

Свет от телевизора боролся с тенями в ее комнате, освещая ее фигуру мягким голубым светом. Я проследил за его длиной до ее декольте, полоски кожи, виднеющейся над ее спортивными штанами, вплоть до ее ног и обратно. Я не мог этого объяснить, но в тот момент в ней было что-то такое уютное, что-то такое, что просило, чтобы его обняли.