Запретный Рай (ЛП) - Врай Натали - Страница 4

Слева от нас расположено озеро, примерно в двадцати футах ниже. Ливень продолжает бомбить по автобусу крупными каплями.

То, что когда-то было, возможно, на каком — то перекрёстке времён, извилистой полосой грунта, теперь превратилось в море грязи и камней. И колёса нашего автобуса натыкаются на каждый зазубренный край, каждую впадину. Мы болтаемся, словно болванчики.

Я бросаю взгляд на ледяную девушку, чтобы разделить с кем — то свое беспокойство, когда понимаю, что она всё ещё крепко спит, надёжно устроив голову у окна. Как кто — то вообще может спать посреди такого, выше моего понимания, но я мало об этом думаю.

У нас серьёзные неприятности.

Наш бесстрашный лидер, кажется, не замечает опасности. Он прорывается через «непроторенный» путь на скорости, несомненно, слишком большой и… беспечной.

Местность слишком неровная для такой скорости, но он все равно рвётся вперед, не обращая никакого внимания ни на дождь, ни на эту невероятно узкую полоску земли, по которой мы несёмся.

Мы немного соскальзываем по «дороге» прежде, чем восстановить тягу, и теперь… я в ярости. Хватаюсь за спинку сиденья передо мной.

— Полегче!

— Я стараюсь! — отвечает жирдяй. — Здесь скользко, скользко! Я делаю всё, что в моих силах!

— Ну, старайся лучше! — Рявкаю я, двигая сумку. Только начинаю снимать свою толстовку, как сильный удар по днищу едва не сбивает меня в проход. Спасло лишь то, что я ухватился за спинку сиденья передо мной, хотя всё равно ударился, когда вместе с сумкой наклонился вперед.

Ледяная девушка проснулась, хотя, если бы вы судили по звукам, что она издаёт, вы бы не догадались. Потому что она не издавала ни звука. Её поза напряженная. Одна ладонь прижата к спинке её собственного кресла, а другая — к переднему. Пальцы растопырены, а костяшки побелели.

Единственная тревога с её стороны отражена в глазах. Они широко раскрыты: в панике. Губы в форме сердечка плотно закрыты, а лицо словно окаменело.

Но её глаза? Эти глаза. Они безумны. Каждая частичка эмоций, что она скрывает, отражается в них. И в одно мгновение… они сверкают прямо в меня.

Я тут же встаю со своего места. Сам Бог не смог бы меня остановить, если бы попытался.

Хватаю лямки своей сумки и волочу её по полу по направлению к девушке. Она вздыхает с облегчением, я вижу это. Слышу в её вздохе. Она смотрит на меня вопросительно.

Я уже знаю ответ. Молча киваю, напряженно глядя на неё.

Понимаю, безо всякого сомнения… после одного взгляда… что сделаю всё, чтобы защитить эту девушку. А потом автобус налетает на ещё одно препятствие на дороге, от чего меня грубо бросает к девушке… фактически прямо на неё. Я почти хочу остаться тут.

Но это продолжалось слишком долго. Мы катимся по тонкому льду… точнее, по скользкой грязи.

Я достиг своего предела.

— Ты что, с ума сошел, чувак?! — Я в бешенстве от водителя. — Медленнее, блять!..

Слова не успевают покинуть рот, когда я взлетаю в воздух. Автобус только что налетел на необъятную выбоину, какую — то невидимую яму. И теперь он наклоняется под таким углом, под каким транспорт такого размера никогда не должен наклоняться. Правая сторона автобуса висит в воздухе. Мы болтаемся, кажется, целую вечность… а потом падаем.

Через край дороги. Через небольшое и бесполезное ограждение.

Наклон… падение… погружение… в озеро внизу.

Сумка, которая всё ещё висит у меня на плече, тянет меня к противоположной стороне автобуса. Кажется, весь мир замедлился. Я осознаю, что лечу по проходу, задевая сиденья. Чувствую боль в руке, когда сумка перетягивает меня через кресло.

Автобус катится, кувыркается. Вижу, как крыша перемещается под моими ногами. Ногами, которые теперь находятся над головой.

Падение почти изящное, поэзия в движении. Есть что — то прекрасное в сцене передо мной. Мир переворачивается с ног на голову. Вращающаяся перспектива.

Мне кажется, что я умираю. Возможно, я уже мёртв.

После будто бы бесконечного падения автобус на секунду зависает в вертикальном положении, а потом врезается в бурные воды озера. Меня швыряет на сиденье вместе с сумкой.

Когда открываю глаза, словно после всего пары секунд, обнаруживаю, что развалился в кресле. Моя серая толстовка, которую я так и не успел снять до аварии, надета лишь наполовину. Просовываю руку в свободный рукав.

С этой рукой всё в порядке. Другая же рука, которая всё ещё прикована к сумке, вопит от боли. Я осознаю это, но стараюсь не обращать внимания. Сердце колотится. Нужно выбираться отсюда. Выбраться. Выбраться.

Автобус тонет… медленно, но верно уходит в клубящуюся серо — голубую бездну.

Я стаскиваю сумку с горящего плеча и тянусь к окну рядом с сиденьем. К счастью, автобус старый, с полным комплектом всех устаревших удобств. Окна открываются… и я за всю жизнь не испытывал большего облегчения.

Инстинктивно оглядываюсь: мои глаза дикие, ищущие… её. Её нет на месте.

Услышав скрип, оглядываюсь. Она почти возле меня: через два сиденья, открывает своё окно, как и я.

У нее несколько ран, но самая заметная находится вдоль линии волос. Я изумленно наблюдаю, прежде чем приходит понимание, что и я сам могу быть ранен. Я совершенно об этом не подумал. И не собираюсь делать это. Не сейчас.

Мы должны сваливать. Вперёд. Вперёд. Вперёд.

Вода ещё не достигла окон, но это произойдёт. Скоро. Мои мысли несутся на сверхскорости. С того момента, как я открыл глаза, прошло уже более двадцати секунд, и я уже прилагаю все усилия, выталкивая сумку в окно, прежде чем обернуться на девушку.

Она уже наполовину высунулась из окна, но что-то ей мешает. Кажется, её кроссовки застряли. Я на автомате помогаю ей, выталкивая обтянутые джинсами ноги до самого конца. Она пролетает небольшое расстояние до воды, и только сейчас я замечаю черную сумку за её спиной.

Чёрт, надеюсь, она умеет плавать.

Водитель следует нашему примеру, хотя меня озадачивает его проворность при таких размерах.

Я выползаю вслед за сумкой, резко вылезая из окна, как только вода достигает края. Она холодная: ледяная. Пронзает меня в тысяче разных мест по всему телу… одновременно. Как будто я упал на кровать из крошечных иголочек, и все они разом впились в меня. Это сильно воздействует на организм, когда я погружаюсь в воду.

Нужно сориентироваться и прийти в себя до того, как я начну выплывать на поверхность. Как только оказываюсь на воздухе, дыхание перехватывает.

И я ощущаю тяжесть. Одежда сильно тянет вниз. Отбрасываю волосы с глаз, двигаясь на воде… и начинаю поиск.

Моя ледяная девушка. Где она?

Теперь я уже отчаянно плаваю кругами. Ну давай же, давай…

Наконец, замечаю над водой каштановую шевелюру. Она находится примерно в двадцати пяти метрах от меня, медленно плывёт, одной рукой удерживая чёрную сумку, а другой мягко шлёпая по воде.

Она двигается. Она в порядке.

Бросив взгляд вправо, замечаю, что автобус уже почти ушёл под воду: видны только закруглённая крыша и окна.

Каким — то образом я ухитряюсь, будучи раненым, дотянуться до своей плавающей сумки и положить на неё травмированную руку, чтобы удерживаться на плаву. После плыву по направлению к девушке.

— Ты в порядке? — кричу ей, перекрывая всё ещё льющий дождь.

Она поворачивается, чтобы найти меня, и громко ахает, когда, наконец, видит. Глаза у неё большие, будто голубые блюдца посреди удивлённого красивого лица.

— Ты здесь, — ошеломлённо произносит она. С облегчением. Она выглядит такой… счастливой при виде меня.

Её лицо становится серьёзным, когда она начинает сканировать пространство позади меня. Я знаю, кого она ищет, и мне тяжело говорить… но я не думаю, что она найдёт его. Прошло около двух минут с тех пор, как мы выбрались из автобуса. Где — то минуту назад я заметил красный рюкзак, с которым водитель упал в озеро. Я почти уверен, что это его рюкзак… но водителя с ним не было. Никаких следов нашего шофёра.

Я думаю, он утонул. Насовсем.