Мы споёмся (СИ) - Брежнева Маша - Страница 5

- Рубас, я не понял, ты ее ревнуешь? – спросил Матвей до того, как отдать Антону ключи.

- Отвянь, пожалуйста.

- Нет, не отвяну. Что за прикол был вчера на сцене перед началом? Вы чего за ручки держались, как голубки?

- Ты хочешь, чтобы я тебя послал? – Рублёв начинал раздражаться от вопросов, отвечать на которые не было сил.

- Тох, просто скажи честно: она тебе нравится?

- Вот черта с два я тебе ещё раз машину дам.

- Да не бойся, не приставал я в машине к твоей Дашке, она почти всю дорогу молчала.

- Слушай, она не моя!

- Рубас, если что, я в нашу звезду не влюбился, девочка прикольная, но не в моем вкусе.

- Дай ключи уже, а?

Матвей ухмыльнулся. Как и Женя, он без труда догадался, что происходит с другом. Но Антон реагировал на эту тему слишком остро, и продолжать разговор смысла не было. Поэтому Матвей вернул ключи от машины и на прощание похлопал Рублева по плечу.

Уже сидя за рулем, Антон передумал возвращаться домой, решив поработать над идеей Дашки в студии.

«Я еду писать музыку к песне, которую ты скинула. Если хочешь, приезжай в студию», – отправил он ей, хотя девушка не значилась «онлайн». Да он и сам не знал, зачем это делает. Но через некоторое время Даша появилась в сети и ответила, что скоро будет на месте.

С Дашей происходило все то же самое, что и с Антоном. Ее взбесило напускное безразличие Рублева, при этом она понимала, что парень не обязан воспринимать ее как-то иначе, чем солистку группы. Чем она руководствовалась, когда записала ему сообщение с песней? Да кто ж знает… Просто так почувствовала, сделав быстрее, чем успела все обдумать. А потом он позвал ее вместе поработать над кавером, и она согласилась.

Вот и какого хрена творится?

Глава 6

Когда она приехала, Рублёв сидел с гитарой, в двадцатый раз переслушивать оригинал песни. На голове у него была повязка, типа той, какую иногда надевают для занятий спортом. Антон часто делал так на репетициях, сам не зная зачем, просто привык.

- Почему ты выбрала эту песню? – спросил он вместо приветствия.

- Без понятия, – Дашка пожала плечами и уселась на подоконник. Тот самый, где они с Антоном сидели после первой репетиции. – Ты же не зависаешь на три часа, перебирая песни? По щелчку все делаешь?

- Да. Бывает, просто слышу песню и понимаю, как она может звучать по-другому.

- Какой у тебя был первый кавер?

- «Останусь». «Город 312». Я до этого играл без экспериментов, не решался отступать особо от оригинала. Но один раз попробовал – и все, теперь хочу только в своём видении. Кстати, был такой случай, я свою же музыку забыл, прикинь? Играю эту самую «Останусь», а в голове пустота, все мысли вылетели. Налажал знатно тогда…

Дашка рассмеялась, правда, не понимая, с чего это вдруг Рублёв решил откровенничать с ней. Но раз уж он начал, надо поддержать.

- А я один раз слова песни забыла, прямо на середине, - выпалила девушка в ответ. – Но ты не волнуйся, мне лет десять было, сейчас такого не случается. А тогда стыдно было перед педагогом, ужас просто.

- Ты сама не пишешь песни?

- Ой, нет, я не такая романтичная натура.

Антон оценивающе посмотрел на Дашку и позволил себе чуть дольше задержать на ней взгляд. Сегодня «звезда» была в летнем сарафане под туфли на завязках, которые видел на ней Антон в день их первой встречи. Сейчас девушка казалась ему невероятно нежной и милой, хотя он понимал – это обман. Самый настоящий. Такую энергетику, которая есть в Дашке, не спрятать под платьицем в цветочек. Да она и не старается прятать себя настоящую.

Ловко спрыгнув с подоконника, Даша предложила Рублеву «заняться тем, ради чего они здесь собрались». И черт, они оба покраснели на этой фразе, потому что чувствовали одно и то же. Только вот думали, что это не взаимно.

Когда Даша спела вживую, Антон был сражён ещё больше. Она все время смотрела на него, словно к нему и обращала слова песни. Он сидел, залипая на происходящее, и никакие мысленные подзатыльники уже не работали. А когда Даша покружилась на месте, отчего подол сарафана разлетелся, Антон понял, что находиться с ней вдвоем в одном помещении больше не может. Потому что за себя он уже не ручается.

Минут через двадцать Рублев сообщил, что пора сворачиваться, ведь сегодня – выходной, и он вообще не имел права дергать Дашу. Но той, казалось, и самой было в кайф приехать. (Рублеву казалось, а вот Дашка знала это наверняка). Когда они вышли из здания, Антон предложил подвезти ее, но девушка сразу отказалась.

- По такой погоде я не собираюсь торчать в пробках.

«Хотя… в его машине, в пробке, только вдвоём… как прекрасно. Так, надо остановиться, о чем я думаю!»

- Ты пойдёшь домой пешком? – спросил у неё Антон.

- Да, пойдёшь со мной?

«Нет, нет, не смей соглашаться», – прозвучало в голове у Рублева.

- Пойду, – тут же ответил он, наплевав на запреты, которые сам и установил.

Машина так и осталась на парковке, но Антон даже не думал об этом. С машиной там ничего не случится. А вот с ним – не факт. Если он будет продолжать в том же духе.

Дашку прорвало на разговоры. Она стала рассказывать о своём детстве, о том, как первый раз выиграла городской конкурс по вокалу, как переписывала тексты английских песен в толстую тетрадь, а потом заучивала. Как пыталась освоить гитару, но что-то пошло не так – Даша была левшой, и процесс обучения оказался для преподавателя слишком сложным.

- Ну так никогда не поздно, – сказал ей Антон. – Если хочешь, я тебя кое-чему научу, не вижу проблемы в том, что ты – левша.

- Правда? Круто! Хотя это так, для себя. В общаге буду брать у знакомых, чтобы отвлечься немного.

- Ты в общаге живешь?

- Да, у меня пока нет денег, чтобы квартиру снимать. А родители и так помогают, не могу у них просить. Со временем перееду, конечно. Надо накопить.

- Я с третьего курса живу отдельно, – продолжил тему Антон. – Квартира досталась в наследство от бабули. А машину недавно купил. Скромненькая, конечно, но для первой пойдёт. Главное, что сам.

Даша улыбнулась и продолжила болтать, все время идя чуть впереди Антона, чтобы не слишком много на него смотреть. Но на каждом пешеходном переходе, когда они притормаживали, Дашка сразу косилась на парня и чувствовала, как ее трясёт рядом с ним.

Конечно, она влюблялась и раньше: в школе, потом – на первом курсе универа. Но ничего подобного не было. А тут как будто током прошибало от его близости. Была так хорошо и так тяжело одновременно. Вот они рядом, но все в каких-то полутонах. Как будто музыка звучит, а ты ее не слышишь.

А Рублёв пытался отмахиваться от мысли, что рядом с ним сейчас девушка, на которой он помешался за эти несколько дней. Лучше просто не думать об этом. Не разгоняться в своих желаниях. «Заняться тем, ради чего собрались». Вот же фразочку она выдала.

Ой, Дашка, Дашка. Знала бы она, о чем думал Антон, когда видел ее.

И знал бы Антон, о чем думала рядом с ним Дашка!

Вот почему люди все так усложняют, когда ответ уже лежит на поверхности?

В какой-то момент Даша, решив передохнуть от разговоров, шла чуть впереди Антона. Ее озарила гениальная мысль – потом она уже не могла вспомнить, какая именно. И слишком резко развернувшись, она неожиданно врезалась в Антона, который быстро затормозил на месте.

Даша подняла голову, пытаясь прочесть эмоции на лице парня. Так и не поняла – он улыбался мило или нагловато? А впрочем, разницы не было. Ведь в следующий момент Дашка сделала что-то безумное…

Она поднялась на носочки, потянувшись к слишком высокому для неё Антону, и поцеловала его. Сама! Мимолетно так, словно обдала нежным дуновением ветра. Успев уловить только легкий привкус поцелуя, она отстранилась и напряглась, ожидая реакции Рублева.

- Даш, – он выдавил ее имя из себя каким-то странным голосом.

«Все, мне хана. Я попала, сейчас что-то будет», – подумала Дашка и оказалась права. Хотя она и представить не могла, что именно произойдёт через секунду.