Спрятанная местью (СИ) - Фьер Кара - Страница 4

Сидя в кофейне и потягивая карамельный латте, я открыла телефон и принялась искать объявления о сдаче квартиры. Вариантов было много, но лишь один меня заинтересовал. Однокомнатная квартира в центре города. Фотографии были неплохие и цена вполне приемлемая. Остальные же были либо слишком большие, либо слишком дорогие, либо же находились у черта на куличиках. Я отправила запрос и через несколько минут раздался звонок. Приятный женский голос уведомил, что сегодня есть возможность посмотреть квартиру в пять часов вечера. Конечно, я согласилась, но до вечера было еще долго. А значит я смогу обойти несколько больниц. Осталось только найти их на карте.

Это не составило сложности, и самая близкая располагалась в километре отсюда. Решив немного прогуляться, я отказалась от поездки на автобусе. Всё-таки нельзя приехав в Италию, упустить возможность узнать больше истории о стране.

Солнце пекло еще сильнее и пришлось из хвоста сделать пучок, чтобы максимально облегчить пребывание на жаре. Я была рада, что вместо кроссовок надела босоножки на плоской подошве. Таким образом все тело обдувал морской бриз, который дарил прохладу в отличии от жаркого ветра в Сиэтле.

Ноги ступали по вымощенным каменным дорожкам, а глаза то и дело натыкались на старинные постройки. Казалось, весь город сохранился таким, каким был несколько сотен лет назад. За все время, пока шла, я не увидела ни одной высотки. Возможно, могла что-то пропустить, потому что изредка поглядывала в телефон, убеждаясь, что иду в правильном направлении.

В одном переулке было множество ресторанов и кафе. Запахи пиццы, пасты и морепродуктов щекотали ноздри, заставляя слюну накапливаться во рту. Все-таки стоило поесть, а не ограничиваться только кофе. Звуки столовых приборов, итальянская речь, запахи. Все смешалось в один общий клубок эмоций. Атмосфера была невероятно романтичная и мне сразу вспомнился Майкл.

От этих мыслей настроение ухудшилось, а такого допускать нельзя. Майкл — пройденный этап. Мой первый и пока последний опыт в отношениях. Мы расстались несколько месяцев назад по моей инициативе. Я любила его, но он был слишком ревнив, слишком вспыльчив. У нас не было возможности пожить вместе, но сейчас я думаю, что это и к лучшему. Из наших отношений ничего бы не вышло. Он слишком опекал меня, а я не могла постоянно находится на коротком поводке. Мне нужен воздух и пространство. А этого он дать не мог.

Не буду говорить, что мы по-доброму разошлись. Нет. Вовсе нет. Когда я заявила ему о своем желании, он начал подстерегать меня после занятий и умолять дать ему еще шанс. Когда я снова и снова отказывала, он злился и угрожал, что заставит меня вернуться к нему. Я не знала, каким образом он собирается это делать, но с каждым разом все больше убеждалась в правильности своего решения. Он писал гневные сообщения и звонил несколько раз на дню. Дошло до того, что я просто сменила номер. С того момента все прекратилось, Майкл больше не давал о себе знать. Я даже начала нервничать, что он так резко отступил, на него это было совсем не похоже. Но шли дни и я, не получая никаких угроз от него, расслабилась. Все-таки мы любили друг друга, просто с его стороны это была больная любовь, которую я не могла принять. Хотя, разве стал бы любящий человек угрожать? Мне не хотелось об этом думать. Было гораздо проще считать, что Майкл любил меня, а не был одержим. Любящий человек сделает все для блага его возлюбленной или возлюбленного, даже, если самому будет больно от таких решений. А человек же, одержимый своими чувствами, будет делать все, чтобы не почувствовать себя плохо. Чтобы не лишить себя объекта одержимости, а с ним и каких-либо чувств.

Я тряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли, и заметила, что дошла до первой больницы.

Здание было небольшое, но с хорошим ремонтом. Снаружи обложенное серебристой плиткой, а внутри помещения все было белым. От пола отражался солнечный свет, пробивающийся в большие окна. Здесь пахло лекарствами и дезинфицирующими средствами.

Я остановилась на пороге и оглянулась в поисках стойки регистратуры. Я сразу же ее увидела и надев бахилы, которые купила в автомате возле входа, направилась к светловолосой женщине средних лет. Она что-то записывала в журнале, когда спросила, не отрывая глаз:

— Чем могу помочь?

На мгновенье я вошла в ступор. Что я ищу? Я не знала, как четко сформулировать вопрос, поэтому начала:

— Мне нужно родильное отделение, моя сестра рожает. — соврала я, так как не могла рисковать, сразу задавая вопросы о себе.

Женщина перестала записывать и закрыла журнал, приклеив к обложке розовый стикер.

— Имя? — взглянула она на меня и ее пальцы застыли над клавиатурой.

Черт! Об этом я не подумала вовсе. Конечно, она спросит имя. Откуда мне его знать? Черт, может меня уронили в детстве? Потому что только это могло объяснить мою глупость.

— Эм… ее имя…

Женщина раздраженно выдохнула.

— Послушайте, у меня много дел и нет времени. Назовите фамилию и имя.

Я поняла, что нечего здесь ловить, и назвала случайное имя. Конечно, его в базе не оказалось. Я удивленно открыла рот и посмотрела в свой телефон.

— Ох, прошу прощения. Я ошиблась адресом. — улыбнулась я. — Нервы. Моя сестра рожает впервые, а я очень переживаю.

Женщина одарила меня тяжелым взглядом и открыла другой журнал.

Черт!

Я отошла от стойки и пошла прямо по коридору в туалет. Может, смогу что-нибудь разузнать у других. Сложно не вызвать подозрений, сразу заявляя за чем пришла. Решат еще, что я преследую кого-то и вызовут полицию. Этого никак нельзя допускать.

Увидев вывеску, я замедлила шаг и непринужденно оглядывалась по сторонам. Широкий холл сузился, превращаясь в узкий коридор, по обоим стенам которого располагались многочисленные белые двери. Скорее всего это были обычные палаты. На стенах висели плакаты с различными рекомендациями к питанию.

Все двери были закрыты. Кроме одной. Совсем близко к туалету. Я продолжала идти, но только сейчас заметила, как здесь тихо. Людный холл остался далеко позади, а пустой коридор выглядел слишком странно. Почему никого нет? Возможно, из-за того, что я забрела в зону палат для больных, а здесь должна соблюдаться тишина. Именно так, подумала я и продолжила идти, но замерла на месте услышав грубый мужской голос.

— На кого ты работаешь, ублюдок?

Что за..?

Звук исходил как раз из той открытой двери, которая оказалась совсем близко ко мне. Один шаг и я увижу, что там происходит. Хоть меня и привело в ужас это рычание, по-другому это назвать нельзя, я все же сделала еще шаг и от открывшейся картины, у меня чуть не подкосились ноги.

На кровати лежал лысый мужчина лет сорока пяти, а над ним склонился другой и приставил нож к горлу. Одно лишнее движение и жизнь вытечет из него, как и кровь. Но он не выглядел напуганным, лишь смотрел с безразличием. Будто его вовсе не волновало, что его могут убить. И скорее всего, так бы и было, если бы я не завизжала что есть мочи.

Парень резко убрал нож и повернулся в мою сторону. Его темные волосы были взъерошены, а сам он источал такую силу, что мне захотелось сразу же провалиться сквозь землю. Он был явно раздражен и очень зол. Но теперь его взгляд испепелял не мужчину, а меня. И я могла поклясться, что он зарезал бы и меня, если не медсестры, появившиеся из ниоткуда. Он продолжал сверлить меня взглядом карих глаз, а затем забрался на подоконник и обернувшись, прошептал:

— Ты очень пожалеешь об этом.

ГЛАВА 4

— Ну так что скажите? Вам нравится?

Темноволосая женщина закончила показывать мне квартиру и теперь мы стояли на балконе, смотря на розовый закат. Пожалуй, это место понравилось мне больше всех в квартире. Хотя она вся была красива. Небольшая, но уютная. Маленькая спальня, почти все место в которой занимала двуспальная кровать. Гостиная совмещенная с кухней. Телевизор весел на стене напротив барной стойки. По другую сторону расположился деревянный столик и мягкий серый диван, дополненный яркими подушками.