Дыхание любви (СИ) - Трейн Рина - Страница 42

— Приставать будешь? — я усмехнулся, представив, как она будет мучить моё спящее тело.

— Не буду. В одежде спать неудобно.

Довод показался вполне разумным, и я уступил, чтобы совсем скоро ощутить присутствие джиннии кожей к коже, а после забыться в мире сновидений.

Видимо я очень сильно устал, раз Кэрри проснулась раньше меня и уже во всю хозяйничала на кухне, о чем свидетельствовал шум блендера. Видимо очередной смузи готовила. Удивительно, но меня уже не смущал факт нахождения заразы на кухне. Я даже не вздрагивал, что что-то может пойти не так, потому что, вроде бы, ёжик действительно знал с какой стороны подойти к плите.

Я с наслаждением потянулся, отметив, что мы так и проспали всю ночь поперёк кровати, после чего встал и отправился на звук.

Моя гостья доделала свой смузи и уже мыла посуду, стоя ко мне спиной в своей пижамке с единорогами, в которой ходила по дому, но почему-то отказывалась спать.

— Доброе утро. — Зараза почувствовала моё появление и обернулась с легкой улыбкой.

— Доброе. — Я обнял девушку со спины, как много раз делала она, и вполне ожидаемо, джинния от этого напряглась. — Температура спала?

— Да. Мне намного лучше. — Ответила зараза, а я коснулся губами лба. Не столько чтобы проверить наличие жара или его отсутствие, сколько не показывать своего отношения к её словам.

— Действительно. Температуры больше нет.

— Угу. Скоро смогу вернуться домой и на работу.

Интересно, она точно надо мной не издевалась? Или это какой-то изощрённый вид пытки говорить то, что я слышать не хочу?

Хотя, кто виноват, что это я эгоистично привык к её присутствию в своей квартире? К тому что она встречала меня, была рядом? Что о ней надо и можно заботиться? У Кэрри ведь есть своя жизнь. А мне, раз так одиноко, можно и кошку завести, которая тоже будет присутствовать и встречать, о который можно и нужно заботиться. И при этом переворачивать жизнь очередными бесперспективными отношениями не обязательно. В конце концов, мы оба знаем, что для Кэрри я игрушка старшей сестры, которую надо отобрать, а она для меня… Очень удобная, симпатичная, почти идеальная любовница.

— Не раньше, чем тебя осмотрит доктор.

— По-моему, один доктор меня осматривает прямо сейчас. — В голосе заразы послышались хитрые нотки, а в глазах заплясали огоньки, ведь я действительно поглаживал ее плоский животик пальцами.

Какой непрозрачный намек, но я помнил замечание на счёт униформы.

— Этот доктор тебя тоже осмотрит, но позже. Ты, главное, не пожалей потом.

— А будет, о чем жалеть?

— У меня богатая фантазия.

— Я запомнила.

Вокруг нас разве что не искрило, но я нашёл в себе силы в ответ лишь усмехнуться и отступить на шаг назад. Страсть, усиленная даром джиннии, это конечно чудесно, но и стояк в трусах удерживать надо уметь. А я не животное чтобы совсем себя не контролировать, хотя звериная сущность была не согласна и хотела сделать все, чтобы зараза точно ничего не забыла.

После совместного завтрака, мне показалось отличной идеей вывести ванильку куда-нибудь погулять, ведь все это время из дома она практически не выходила. Разве что со мной в магазин и немного пройтись по кварталу, но это явно нельзя считать полноценными прогулками, а выздоравливающему организму они очень нужны.

Местом для променада стал Сент-Джеймс парк, где можно было насладиться видами, покормить птичек и подышать свежим воздухом. Банально, конечно, но сомневаюсь, что Кэрри после переезда посетила хоть одну лондонскую достопримечательность. А парк — это красиво и полезно, да и погода позволяла. Не было ни ветра, ни дождя, и что самое главное — других таких же "гуляющих" оказалось не очень много. Правда было немного странно вот так прогуливаться вместе по аллеям, будто мы парочка, хотя даже за руки мы не держались. Как-то я сам себе противоречил, ведь буквально только что собирался придать отношениям чёткие границы, и тут же создал двусмысленную со всех сторон ситуацию. Оставалось делать вид, что ничего не происходит и все так и задумано. В какой-то момент нам надоело ходить, и мы расположились на скамейке. Причём нам очень повезло найти свободную, чтобы и пруд, и остальные виды с отличного ракурса были, а главное этим всем можно любоваться в молчании.

— О чем задумался? — влезла в мои мысли Кэрри, причём не доставив ни раздражения, ни дискомфорта.

— О том, что здесь, почти как в Кентербери, тихо и спокойно.

— И ты хочешь обратно?

— Немного.

— Так к чему было переезжать?

— Как бы сказать, мне нравилось в Кентербери. Там проще быть нелюдем. Легче добраться до глухой местности, обратиться в волка или зверя. Легче быть собой. Сообщество нелюдей взаимодействует по отлаженной системе, и проще за всем следить. — Что-то прибило меня на откровения. — Но я родился и вырос в Лондоне. И семья моя живет здесь. И основные дела стаи тоже здесь. Может быть когда-нибудь, когда все улажу, вернусь обратно. Но пока у меня стая и семья.

— У тебя хорошие отношения с родителями? Настолько, что ты готов ради них пожертвовать своим комфортом? — в глазах собеседницы загорелись огоньки восторженности. Совсем маленькие, как будто бы потаенные, но сейчас Кэрри не могла их скрыть. Восторг и какая-то странная надежда так или иначе проскальзывали на ее лице и в голосе, даже сквозь нотки возмущения и сомнения.

— У меня шикарные родители, — с улыбкой, которая расползалась в оскал, отозвался я. — Пока пилить не начинают. Ради них и из-за них я стал Альфой. У меня вообще классная семья. Особенно сестры.

Все-таки правильную тему Кэрри затронула. При мыслях о родных мне почти всегда становилось легко, тепло и светло на душе, и настроение заметно поднималось. Какими бы ни были серьезными ссоры между нами, какие бы подлянки мы друг другу не подкидывали, но мы всегда и до последнего оставались семьей, которая не отвернется и поможет в любой ситуации.

— У тебя есть сестры? Я не думала, что у тебя большая семья.

— Охренительно просто. — Подтвердил я, хмыкая. Потому что, как и в любой большой семье, в нашей кадров хватает. — Сестры неродные, к счастью, и не переживай, вы еще встретитесь.

— Откуда такая уверенность?

— Ну не знаю. — Протянул я наиграно. Ну действительно, откуда я могу быть уверен, если правила писаны для всех. Если Кэрри придет официальное приглашение, у нее не будет вариантов, кроме как прийти на встречу. Не говоря уже о других возможностях пересечься. — На носу Хэллоуин, а там и Рождество, как минимум на одном празднике клана тебе придется засветиться.

— Наверно на Рождество. До Хэллоуина осталось всего нечего, я не успею подготовить костюм.

Зря Кэрри это сказала, потому что у меня разыгралась фантазия, какой костюм бы ей подошел, а главное, что и как я бы с ней в этом костюме сделал. Разыгралась настолько, что едва не потекли слюнки. И особенно меня интересовала грань как далеко я мог бы зайти, ведь Кэрри не настолько искушена, как хочет казаться, и на некоторые вещи реагирует отказом на языке тела. Не то что бы мне так важны сложные изыски, особые предпочтения и жестокость в постели, сколько важно знать, что партнерша согласна и верит мне настолько, что позволит все без вопросов. Прыгнет со мной в омут, если потребуется, и разделит все желания в полной мере. И был один способ хотя бы теоретически проверить степень раскрепощёности джиннии младшей, а заодно и перестать издеваться над собой, пережевывая фантазии. Нет, некоторые из них я желал попробовать в живую в самое ближайшее время.

— Идем, — я встал с лавки и протянул заразе руку, стараясь не улыбаться так хищно и довольно.

— Куда? — Кэрри сделала очень большие глазки и захлопала ресничками.

А я не выдержал и схватил ее ладонь сам, выдергивая с лавки и потянув за собой.

— Искать тебе костюм.

Парк мы покидали очень быстро. Точнее покидал я, а джинния пыталась за мной поспеть, но куда ей. Я четко двигался к своей цели и точно знал, как туда попасть. Идти-то было всего около километра.