Королевский Совет (ЛП) - Швартц Ричард - Страница 105

Лиандра разбудила нас. Я смутился, увидев её в дверях, и заметил, что она не смотрит на меня.

За окнами было светло, уже давно пробил второй колокол, и я давненько не спал так хорошо ― и пропустил торжество Файлид и Армина.

― Я могу войти? ― спросила Лиандра, поднимая чайник. ― Я и кофе принесла.

― Ты не сердишься на нас? ― спросил я, открывая дверь пошире. В постели зашевелилась Серафина и натянула на себя простыню, ее волосы были взъерошены, но на лице была улыбка.

― Нет, ― ответила Лиандра, поставив чайник на стол и улыбнувшись Серафине, в качестве приветствия.

― Мы всё уладили, ― сообщила мне Серафина, сдувая прядь волос с лица.

― Мы были на торжестве, ― сообщила Лиандра. ― Я извинилась за ваше отсутствие. Так что вам не нужно смотреть так виновато. Я здесь, чтобы рассказать, что случилось ещё.

― Было что-то ещё? ― Серафина зевнула. Я заставил себя отвести от неё взгляд, когда она потянулась, как кошка. ― Я думала, что произошло уже достаточно.

― Куча всего, ― ответила Лиандра. ― Был скандал. Принц Тамин оскорбил короля Кеслера хорошо подобранными словами. Дело чуть не дошло до дуэли.

― Но только почти? ― спросил я, застегивая куртку.

― Она была отложена до дня после королевского совета, ― ответила Лиандра. ― Похоже, это совсем не понравилось Кеслеру, тот стремился помериться силой с алданцем. И Файлид на этот раз превзошла саму себя. Она подала залитую холодцом голову предателя маршалу Хергимму из Остамрка.

Я подавился своим кофе и обжег горло.

― Что? ― воскликнул я и закашлялся.

Лиандра спокойно сделала глоток.

― В качестве подарка. Она сказала, что тот, кому когда-то принадлежала эта голова, оскорбил маршала, утверждая, что собирался убить ее от его имени. Поэтому она оказала маршалу услугу и преподнесла ему голову того, кто так опорочил его честь. ― Лиандра ухмыльнулась. — Должна сказать, что это было изящное решение, даже если оно испортило маршалу аппетит, и тот немедленно удалился.

Серафина тихонько засмеялась.

― Это старый трюк, но всегда эффективный. Особенно потому, что другой человек не может пожаловаться, ведь, в конце концов, ему оказали услугу, а не обвинили.

― Именно.

Лиандра усмехнулась.

― И когда позже праздник достиг своего апогея с танцорами и жонглерами, мы услышали, что у фарлендцев, по-видимому, тоже состоялось торжество, на котором королева Врелда объявила о выборе своего короля. ― Лиандра посмотрела на меня. ― Кажется, ты многое от меня скрывал, Хавальд. Она выбрала волчьего брата Ангуса.

― Рагнар считал его более подходящим человеком, ― прокомментировал я так невинно, как только мог. ― Что думает по этому поводу ярл Эрлаф?

― Едав ли он может что-то думать. Как я слышала, перед своим объявлением Врелда установила в зале совета фарлендцев четырнадцать пик. На одной из этих пик висела голова Эрлафа. Говорят, он выглядел рассерженно… Но это ещё не всё.

― Есть что-то ещё? ― спросила Серафина.

― Принц Тамин объявил, что союзные войска под командованием его маршала, барона ди Кортия, задержали и уничтожили легион врага на границе Алдана. Пожалуй, он немного приврал, потому что позже я узнала от коменданта, что в тот момент бой ещё продолжался, хотя исход сражения был уже предрешён. Говорили об ущелье, которое с обоих сторон перекрыли обвалом. А сегодня утром я узнала ещё об одной новости.

― Какой новости? ― спросил я.

― Торговый совет отозвал обвинения против нас и теперь выставляет счёт за убытки от извержения вулкана императору-некроманту. Он требует от коменданта принять жестокие меры против проклятого.

― Боги! ― выругался. ― Это не по плану!

Лиандра невинно посмотрела на меня, в то время как глаза Серафины расширились.

― У тебя было что-то другое на уме? ― спросила меня Лиандра. ― Неужели, ты предпочёл бы суд? Если да, то кто-то тебя предал.

― Да, ― прорычал я. ― И я уже знаю, кто.

― Надеюсь, вы сможете мне это объяснить! ― немного позже сказал я лейтенанту Штофиску.

Лейтенант напряжённо стоял передо мной. Я бы с удовольствием схватил его за тонкую шею и встряхнул.

― Да, сэр! ― храбро ответил он.

― Ну, давай!

― То, что вы собирались сделать, сэр, было неправильно.

― Так ли это?

― Вы планировали использовать суд над вами для ареста всего торгового совета и заставить их служить короне, а не золоту.

― А что, если и так?

― Это было бы слишком грубо, генерал Копья, ― промолвил Штофиск, сглатывая, на его лбу выступили капельки пота. ― Это заставило бы купцов сохранить своё лицо и дать отпор. Ведь на кону была бы их шея, а они очень за неё пекутся.

― Пусть бы немного побарахтались, ― отозвался я. ― Я бы отрезал им их жадные шеи. Солдаты уже стоят наготове, чтобы конфисковать имущество. Это всё ещё может случиться.

― Они об этом знают. Вот почему уже приняли меры. Одиннадцать из них были принесены в жертву, доказательства прямо сейчас передаются инквизитору. Кроме того, каждый из них пообещал поддержать войну против Талака всем сердцем, а если быть точнее, всем кошельком. В Янас отправили зерно и другую помощь, и они снизят цены, чтобы более справедливо распределить расходы войны. ― Он посмотрел мне в глаза. ― Вы получите больше, чем могли бы потребовать, и никто не останется безнаказанным.

― Может всё и так, тем не менее, вы нарушили свою клятву! ― холодно произнёс я.

― Нет, ― храбро ответил Штофиск. ― Я знал, что вы собираетесь сделать, но как бы мне ни было тяжело, я молчал. Да мне и не нужно было ничего говорить, потому что весь процесс запустил мой отец.

― Как так?

― Он говорит, что увидел это в книгах ― и в ваших глазах. Он верит, что вы выступили бы даже против самих богов, если бы они задели ваши интересы. Теперь он председательствует в торговом совете и угрожает вашим гневом любому, у кого появляются дурные мысли.

― Неужели?

― Да, ― поспешно подтвердил лейтенант. ― Он говорит о вашем гневе так, словно это конец света, и требует от совета проявить явное раскаяние. И теперь из их раненых сердец течёт золото. Много золота. Целые ящики. Достаточно, чтобы оплатить три войны. ― Он сглотнул. ― Мой отец сказал, что если такого искупления вам недостаточно, то делайте, что должны. Однако в таком виде совет гораздо ценнее, чем если запереть его в темницу или отправить на виселицу.

Я тихонько засмеялся.

― Ваш отец хотя бы получил от этого прибыль?

― О да, ― засиял он. ― Теперь отец председательствует в совете и захватил еще два банка. Мать расширяет свой флот и получит три дополнительных склада. О, вы спросили в шутку?

― Не совсем, ― вздохнул я. ― Я почти этого ожидал. Вот, лейтенант. ― Я достал из ящика небольшую коробочку, открыл её и показал два маленьких золотых знака отличия, в виде копья. ― Не случись этого, вы могли бы обменять мечи на вашем воротнике на них. ― Я закрыл коробочку и убрал обратно в ящик. ― Теперь это займет некоторое время. И если вы снова заставите меня сомневаться в вашей верности, это будет стоить вам головы, даже если я сверну ее сам. Теперь идите к своим родителям и скажите, что то же самое касается и их. Свободен!

― Да, сэр! Генерал Копья, сэр! ― воскликнул он, отдал под козырёк, развернулся на каблуках и сбежал.

46. Правители королевств

На следующее утро мы вместе стояли на платформе во дворе цитадели и встречали правителей королевств, входивших в зал королевского совета. Красочное шествие со знамёнами, флагами, драгоценными одеяниями, дружескими улыбками и повелительными приветствиями.

Процессия началась на Храмовой площади, где священники благословили правителей, затем проследовала по наводнённым по бокам людьми улицам к цитадели, и даже здесь каждый свободный от службы солдат глазел на благородных господ. И снова атмосфера напомнила атмосферу народного гуляния. На самом деле казалось, что один праздник слился с другим.