Книжный мотылек. Предубеждение (СИ) - Смайлер Ольга "Улыбающаяся" - Страница 42

— А ты бунтовала? Мне показалось, что бы просто очень рада была меня видеть.

— Рада, но бунтовала… Мне казалось важным настоять на своем…

— И как ощущения? Если что, мне понравились твои… доводы.

— А мне нет! В смысле, это все мне понравилось, а вот цель… Я подумала, что стоит настоять на своем сейчас, чтобы ты потом считался с моим мнением… Глупо, да?

— Нет. Но момент ты выбрала… интересный. Амели, милая, посмотри на меня. — Я подняла голову и встретилась с Раулем глазами. — Я, конечно, мэйферец до мозга костей, как ты правильно написала, но я всегда буду считаться с твоим мнением, даже когда буду с ним не согласен. Да, мое воспитание ещё не раз испортит нам жизнь, но я сделаю всё, чтобы это было не слишком часто. Одно могу сказать точно — на Мэйфере мы жить не будем. Разве что приезжать в гости, но только если ты этого захочешь.

— Но как? Твоя служба…

— Я уволился.

— Совсем?

— Совсем. Не скажу, что это было легко, именно поэтому я так задержался, ну и из-за веснушек еще…

— Веснушек?!

— Ждал пока выступят и не стал сводить. Тебе же они нравились. Я подумал, что это даст мне дополнительный шанс…

— Шанс? Для чего?

— Завоевать тебя… Прости, это как-то по-мэйферски звучит. Я хотел ухаживать за тобой как полагается — ходить на свидания, познакомится с родителями…

— Мои родители тебя знают.

— Но не в качестве твоего… Как это у вас называется?..

— Ну, до бойфренда ты староват… — Я лукаво улыбнулась, дразнить Рауля оказалось очень весело.

— Не важно. В общем, я хотел нормальных отношений, без всех этих мэйферских сложностей.

— Хотел? А сейчас не хочешь?

— Ты спутала мне все расчеты, милая. Я думал, что ты только поцеловать себя позволишь на третьем свидании…

— Ой. — Что тут еще скажешь? Я упустила такой случай.

— Не могу сказать, что такой темп меня не устраивает, но на свидания я тебя все равно буду водить.

— Но как? Где ты будешь жить и вообще?..

— Могу здесь… В смысле не в твоей квартире, а на ТриОне, хотя и не хотелось бы…

— Почему?

— Видишь ли, не думаю, что мне пойдет такой цвет маникюра. — Рауль поднял мою руку к губам и поцеловал кончики пальцев, ногти на которых уже начинали по-трионски характерно розоветь. — Но если тебя он смущать не будет…

— Вообще-то мне бы самой не хотелось, чтобы ты щеголял с такими ногтями и волосы… — Я провела рукой по волосам Рауля, поправляя чёлку, она упрямо вернулась на место. — Неизвестно ещё какого цвета станут твои волосы…

— Это все мелочи. Если тебе здесь нравится… Тем более ты здесь нашла работу…

— Пф… Я младший библиотекарь, у меня такой мизерный круг обязанностей, что большую часть дня я либо читаю, либо пью чай. Умей я вязать, уже связала бы не одну пару носок. Нет, я понимаю, у меня не особо выдающееся резюме, но если бы ты знал, как скучно сортировать электронные записи… Тем более там почти нет бумажных книг, представляешь?!

— Какой ужас! — Притворно испугался Рауль, за что и заработал укус за шею. — Ай! Я понял, понял. Это действительно ужасно. А знаешь где полно бумажных книг?

— Где?

— На Архивусе.

— Туда же вывезли все крупные библиотеки изначальной…

— Ага.

— Миллиарды экземпляров…

— Ага.

— Говорят, еще даже не все разобрали…

— Ага.

— Ты представляешь каково там работать?

— Честно говоря, не слишком, но если ты захочешь…

— Я захочу? Я захочу?!! Да по сравнению с этим Мэйферская королевская просто изба-читальня! Конечно, захочу! Только… Там конкурс… Допуски…

— Если ты готова попробовать, то я знаю там кое-кого, кто смог бы тебя поднатаскать…

— Ох. Правда? Правда-правда?

— Ага.

— Не могу поверить в две вещи — что я возможно буду работать на Архивусе, и что ты говоришь «ага».

— Я работаю над собой.

— Я оценила. Но если у меня получится, то как же ты?..

— Не хочу хвастаться, но, как выяснилось, человека с моей квалификацией с радостью примут работать куда угодно, где есть потребность в цифровой безопасности, в том числе и на Архивусе, я узнавал.

— Это значит…

— Это значит, что мы сможем жить там — прекрасный климат, устойчивая влажность и никаких пигментов, которые красят людей. Хотя тебе идёт этот красноватый отлив в волосах, но раньше, с золотистым, тоже было красиво.

Я была так увлечена идеей работы на Архивусе, что не сразу поняла, как ловко Рауль избежал извечной ловушки всех комплиментов «А до этого значит было плохо?!».

— А жить мы будем…? — Я побоялась сказать слово «вместе», все-таки это серьезный шаг для людей, которые нормально говорили всего четыре раза и еще три занимались любовью.

— Как захочешь. Хочешь будем жить в разных квартирах, хочешь — в одной, но с разными спальнями…

— Однозначно, нет, только не разные спальни, слишком по-мэйферски.

— Можем и с одной. Я тоже Мэйфером сыт по горло. Хотя если бы не ты, я бы так и барахтался в этом муслиновом болоте, сходя с ума.

— Прости, я была не совсем права вот так вот всё… Еще это письмо…

— Это? — Рауль потянулся и достал из внутреннего кармана пиджака пакетик из эко-пластика, в котором я с удивлением увидела свое письмо.

— Ты его сохранил? Но зачем?!

— А ты посмотри.

Рауль поднес узкий и длинный пакет к моим глазам — письмо было сложено так, что на одно стороне было «Дорогой мистер Рочестер мистер Файн…», а на другой «P. S. Но несмотря на всё это, я люблю тебя».

— Не надо было мне так писать. — Сквозь слёзы сказала я.

— Как?

— «Несмотря на…», как будто…

— В этом «несмотря на…» вся суть, этим «несмотря на» ты дала мне надежду. Если ты любишь меня несмотря на все мои недостатки, значит, любишь по-настоящему, а не красивую мэйферскую картинку.

— Конечно, я люблю тебя по-настоящему, в мэйферской картинке не было ничего красивого. То есть выглядел ты потрясающе, когда не в чулках…

— О, чулки… Знаешь, что я сделал, перед отъездом? — Заговорщики спросил Рауль.

— Что? — Тем же тоном спросила я.

— Сжег все чулки в доме, кроме одной пары. Знаешь какой?

— Какой?

Рауль жестом фокусника вытащил из кармана пиджака… мои полосатые чулки.

— Поверить не могу, что ты носил их с собой!

— Блузку, юбку и жакет носить с собой было бы проблематично, а белье — несколько аморально, так что… Мне хотелось иметь что-то твоё всегда рядом… Тем более ты же знаешь, как они на меня действуют…

Это было так трогательно, что я чуть не расплакалась, но поцелуи Рауля — проверенное средство — так и не дали слезам пролиться. Правда, поцелуи имели ещё кое-какие последствия, которые я прекрасно ощущала, поскольку так и сидела на его коленях.

— Хочешь я их надену? — Спросила я, когда мы оторвались друг от друга глотнуть воздуха.

— Возможно. Потом. Может быть. Где тут спальня?..

Я смеясь показала где. Рауль каким-то непостижимым образом умудрился встать с дивана со мной на руках и понес меня куда я указала.

Про сирень мы вспомнили утром, когда Рауль в одном полотенце пошёл открывать дверь Свену, который громким трагическим шёпотом на весь коридор просил у меня что-нибудь от головы. Рауль очень доходчиво объяснил Свену что будет с его головой, если он не уймётся и вернулся ко мне, неся с собой сирень. Ей ночёвка на полу не слишком повредила. За что помимо всего прочего я люблю сирень, так это за то, что она всегда возьмет свое — влагу, солнечный свет, пространство — чье бы оно не было. Совсем как девочки Лисси

Глава, которая могла бы стать полноценной историей, но ей было лень

Это было самое обычное апрельское субботнее утро. Позавтракав оставшимися со вчерашнего «праздничного» ужина профитролями, мы с Раулем устроились на диване.

— Всё-таки хорошо, что мы забрали его с ТриОНа… — Рассеяно сказала я, гладя обивку.

— Да уж. За последние три года ты говоришь это уже… В который раз?

— А ты не считал?! Поверить не могу! Упустил такой случай. Я думала, ты его ненавидишь…