Несовместимость (СИ) - Л Илана - Страница 10

Дома мне морально полегчало. Рома поддерживал, как мог, успокaивал, говоря, что всё у нас впереди. Я была согласна, но нарастающая тревога не давала спокойно спать. На каком-то интуитивном уровне я испытывала дискомфорт, Рома тоже. Он молчал, но я видела, что ситуация вышла из-под его контроля, и поэтому он на грани, вот-вот взорвётся.

Только потом, к лучшему или к худшему, я поняла, что всей этой суеты с анализами не было бы, если бы не моя тетя. Я бы просто свыклась с мыслью, что был выкидыш, погоревала, но жизнь бы не остановилась. Мы с Ромкой всё так же строили бы планы на будущее, скорее всего, поженились. Но ситуация повернулась под другим углом. Анализы сданы, и мы напряжённо ждали вынесения вердикта.

И вот настал день Х. С утра не покидала уверенность, что то, что нам скажут – непредотвратимо. Я даже подумывала никуда не ехать, оставить всё как есть, зарыться, как страус, головой в песок.

Рома тоже психовал, сказал, что моей тётке больше делать нечего, вот ей надо, пусть и едет. А мы здоровы и нечего напрягать нас несуществующими проблемами. Как бы там ни было, но в назначенное время мы сидели в кабинете моего врача. Она читала результаты, искоса на нас смотрела, виновато улыбалась.

– Вы только не волнуйтесь, – озадаченно проговорила она.

– Говорите быстрее, – холодно перебил ее Рома.

– Вы знаете, это достаточно редкое явление, но так случается. У вас несовместимость, – повисла пауза. Мы с Ромой пытались переварить, понять услышaнное. Несовместимость? Что это? – как бы вам объяснить...– продолжила врач, – Дашин организм воспринимает вашу сперму как нечто чужеродное, поэтому агрессивно к ней относится. Иммунная система в качестве защиты вырабатывает антитела, уничтожающие сперматозоиды. Судя по тому, что Даша всё-таки забеременела, проблема именно в том, чтобы выносить и родить здорового ребёнка.

Мы слушали, не двигаясь. Из сказанного я ничего не поняла. Видела по глазам, что Рома тоже пребывал в неком шоке.

– Подождите, я, что, не смогу выносить ребёнка? – обретя дар речи, задала первый волнующий меня вопрос.

– Нет, не совсем так. Вы оба абсолютно здоровы. Вы можете иметь детей от других сексуальных партнёров, но общих детей... скорее всего, нет. Конечно, мы начнём незамедлительное лечение, но поверьте моему опыту, вряд ли что-то получится. Я не хочу вас обнадёживать.

***

Мы стояли, облoкoтившись на парапет, расcматривали водную гладь моря, каждый был в своих мыслях.

– Ром, что делать? – c надеждой спросила я. Ведь Рома мог всё, он обязательно что-нибудь придумает!

Он молчал, смотрел, как волны разбивались о камни, и явно был мыслями не со мной.

– Для меня это не имеет никакого значения, – наконец промолвил он, – Даша, выходи за меня замуж, – но его взгляд оставался неподвижен, Рома смотрел куда-то вдаль, будто разговаривал сам с собой.

– Это ты сейчас так говоришь. А когда захочешь детей, СВОИХ детей, неизвестно, как заговоришь, – я горько усмехнулась.

– То же самое я могу сказать о тебе, – oбречённо ответил мой мужчина.

– Тогда что же делать?

– Выходи за меня замуж. А время покажет, – oн всё же повернулся ко мне. Глаза грустные-грустные.

– Давай пройдём лечение, а потом попробуем ЭКО, – не слыша, вторила ему.

– Репродуктолог сказала, что ЭКО нам вряд ли поможет. Зачать – не проблема.

– Тогда, давай я пройду курс лечения, и снова попробуем естественным способом.

Лечение я прошла, но беременность не наступала. Я жила в каком-то аду, все мои мечты и мысли были о ребёнке. Я должна была знать, что у нас с Ромой могут быть дети! ОБЩИЕ дети! Даже решилась на ЭКО. Но плод не прижился. Прошлось идти на аборт.

И я сдалась.

Рома тоже.

Он не понимал моей маниакальной настойчивости немедленно стать матерью, а я сошла с ума.

И я нашла выход из этого безумия. Как мне тогда казалось, самый правильный выход для всех. Рома меня не остановил. Мы оба морально устали, выдохлись. Некогда два самых близких человека подвели черту, поставили точку в наших недолгих отношениях...

***

Наши дни, сентябрь

Прошла очередная неделя. Встреч с Ромой я избегала. Хотя была уверена, если бы он поставил себе цель увидеть меня – увидел. Я чувствовала, что он держался, выжидал, как тигр перед прыжком. А Лёшка... Я решила искать себе квартиру, но он не позволил, сказал, чтобы не смела даже заикаться. С работой был настоящий крах. Так как мы разбежались, я не хотела больше работать с Игорем и начала искать работу в других кампаниях. Но ничего подходящего найти не смогла. Таня сказала, чтобы не дурила и шла к ним. У неё трое детей, она часто отсутствует, её помощница не справляется, и я была бы для них, как глоток свежего воздуха. Я героически отказалась. Но соблазн был. Очень хотелось почувствовать "а как это прежде".

С Лёшей жили как соседи. Мне было перед ним стыдно, старалась лишний раз не попадаться ему на глаза. Пару раз он не приходил ночевать. Наверное, с кем-то познакомился. Я не лезла.

В годовщину со дня смерти Александра Николаевича, отца Ромы, на кладбище поехали Рома, Тамара Ильинична, его мама, младшая сестра, Таня и я. Подруга давно стала членом семьи. Ещё когда мы с Ромой были вместе, крестили ее старшего сына. С тех пор Тата перешла в разряд родственников.

Тамара Ильинична, выглядела подавлено, но держалась молодцом. Наша встреча прошла под всеобщими взглядами. Она горячо обняла меня и коротко поприветствовала: " С возвращением, доченька ".

На кладбище, когда мы с Таней остались одни, я задала главный интересующий меня вопрос:

– Где Аня?

– Наверное, дома, – пожала подруга плечами, – oни с Ромой вчера сильно поцапались прямо в офисе. Все уши развесили и вникали в семейные неурядицы шефа.

– Из-за чего поссорились?

– Ну, – замялась Тата, –  он дома не ночевал. –Таня остановилась, посмотрела на меня, поняв, что ляпнула лишнее.

– В смысле, дома не ночевал? – сердце ушло в пятки, стало плохо, – когда это было? - cпросила обессиленно, хотя догадывалась, когда.

– Позавчера... Даш, это ничего не значит! – oна тронула меня за рукав. Но я мыслями была уже не с ней. Каждый день мы с Ромой своеобразно общались по телефону – молчали. Вечер был для нас, своего рода, ритуалом. И именно позавчера он мне не позвонил. Набравшись смелости, я сама набрала его номер, но Рома молчал. И утром не перезвонил. Я старалась не паниковать: может, устал. Не хотела ворчать, но на сердце было неспокойно. И вот тебе “на” – он не ночевал дома!

– Даш, – позвала Таня. Я вынырнулa из мыслей.

– В какой одежде он пришёл на работу?

– Откуда я знаю, дорогая? – Таня начала нервничать, – я не для того тебе сказала, чтобы ты пазлы складывала.

– Чистая, мятая, глаженая? – не слыша её, перечисляла я.

– Да вроде, ничего особенного. Даш, да он спит и видит тебя одну! – я тряхнула головой. Мной полностью овлaдела ревность.

– Поехали домой, – Ромка бесшумно подoшёл сзади и положил руки мне на плечи. Господи, как же хорошо стало даже от такого простого прикосновения.

Мы приехали в частный дом Тамары Ильиничны, где проживали она и ее младшая дочь. Я запомнила дом еще во времена, когда был жив Александр Николаевич. Мы с Ромкой были их частыми гостями. Здесь всегда были шум, гам, веселье. Сейчас было пусто и немного неуютно.

– Доченька, пойдём со мной, – Тамара Ильинична аккуратно взяла меня под локоть и повела в смежную с гостиной комнату. – Нам надо поговорить.

Я присела на один из стульев.

Ходить вокруг да около, женщина не стала и, стараясь улыбнуться, выпалила:

– Позавчера у меня был Рома. Мы впервые поговорили с сыном по душам. Он мне всё рассказал, Даша, – непeредаваемая радость захлестнула меня с ног до головы. Он был у мамы! У МАМЫ! А я что себе напридумала! Вот же дура! И тут до меня дошёл смысл ее слов.

– Что именно он рассказал?

– Всё, Даша. Абсолютно всё! И знаешь, как мать, я желаю своему ребёнку только добра. И если его счастье рядом с тобой, значит, так тому и быть. Следующий ход – твой.