Несовместимость (СИ) - Л Илана - Страница 12

– Раньше тебе хоть не названивали, а эта совсем стыд потеряла, – с бешенством отозвалась Аня, когда я положил трубку. Жена подошла к шкафу, достала чашку, включила чайник.

– У тебя паранойя, – перебил ее, гневно сверля взглядом, – Аня, займись домашними делами, пожалуйста.

Она с яростью отбросила чайную ложку в раковину.

– Хорошо же ты устроился, Рома.

– Прости, – сделал вид, что пропустил мимо ушей ее заявление. Схватил пиджак, документы и бросил на ходу: – Не знаю, если приду ночевать, – xлопнув дверью, я вышел на лестничную клетку. Слышал, как что-то тяжелое полетело и стукнулось о входную дверь. Пусть так…

Жестоко, зато честно.

***

Даша

Больше всего меня парализовывал страх. Страх, что будет, когда мы перейдём точку невозврата. Понятно, что нас захлестывали эмоции, душевный порыв, страсть. Долгих пять лет врозь, невозможность почувствовать дыхание рядом, прикоснуться, обнять... Но спустя какое-то время эйфория пройдёт, и мы окунёмся в тяжелую реальность. Реальность, где есть желания и потребности, но нет возможности их реализации.

Мысли хаотично носилились между прошлым, настоящим и тем, что ждёт нас в будущем. В настоящем у Ромы была Аня. Хоть, я не до конца понимала их отношений, это не отменяло её присутствия в его жизни. Было ли между ними что-то за это время? Я могла в точности произвести в памяти момемнты их секса, я даже не фантазировала, просто знала каким Рома может быть и какими способами доставляет удовольствие. Пусть душевно они не были близки, но что-то их все же держало вместe, и она его законная жена. И что самое главное – она могла родить ему здорового ребёнка!

Мне было не плохо, мне было ужасно. Наглухо забивали сердце гвоздями и истошно молотили, не давая надежды на спасение.

Я совершенно не знала, что делать. Имела ли я право лезть в чужую семью? Я сама доборовольно отпустила Рому, тогда к чему все эти безнаказанные откровенности души и привычное задушенное молчание, вместо попытки что-то решить? Я не боялась быть кем-то осуждённой, я боялась осудить саму себя и сгореть в этом потоке обвинений. Во мне боролись двa чувства: винa и желание быть счастливой. Но если я выберу счастье, надолго ли оно?

Противоречивые мысли крутились в голове, я раскладывала по полочкам ситуацию, искала нам оправдания, находила их и отвергала. В итоге, я решилась на встречу с Ромой. Я не знала, чего от неё жду, но была уверена, что она непременно будет переломной.

Центральный парк, несмотря на будний день и не слишком приятную погоду, встретил меня восторженным гулом голосов. Кругом гуляли люди: от молодых до пожилых, мамочки с колясками, дети катались с горок. Жизнь продолжалась!

Рома подошёл ко мне незаметно, бесшумно, но его родной едва уловимый запах я почувствовала ещё за десятки шагов. Он присел рядом на скамейку. По привычке мы не проронили ни слова. И в этом молчании было что-то домашнее и правильное.

– Хорошо хоть сегодня ты отказалась от платья, – Рома не смотрел на меня, но уголки его губ расползлись в едва заметной улыбке. Моя страсть к юбкам и платьям – с детства. Надевала их в любую погоду и под любое настроение.

– Ещё издеваешься, – я деланно возмутилась, но губы непроизвольно сами поддались его настроению.

Рома ладонью накрыл мои пальцы. Тепло разлилось по венам, сердце беспокойно забилось. Потребность быть с ним отдавала каким-то сумаcшествием. Пугающее и одновременно дурманящее чувство.

– Спасибо, что пришёл, – теперь настал мой черёд благодарить.

– Я не мог не прийти. Думаю только о тебе. О нас.

Мы оба обречённо замолчали. Я с нарaстающей тревогой и отчаянием ждала вынесения вердикта, a он моей реакции.

– И что ты надумал? – после некоторой паузы спросила я спокойно, без волнения. От судьбы не уйдёшь.

Любимый сосредоточенно стал вглядываться мне в лицо, будто ища изъяны. Его глаза как-то непонятно вспыхивали и сразу же потухали, затем вновь разгорались с новой силой. Я не могла оторвать от него взгляд, пытаясь разгадать что за игру он затеял.

– Повтори, – не отвечая, твердо попросил он меня. Повторить? Что именно? – Повтори то, что сказала по телефону, – пояснил он.

– Рома...

– Повотори, я еще раз хочу это слышать, – надавливая рукой на пальцы, настаивал мужчина.

Меня лихорадило и Рома точно ладонями чувствовал мое напряжение, проводя руками по одежде, дотронулся до основания шеи и легонько сдавил. Я посмотрела на него блуждающим, каким-то нереально пристальным, сумасшедшим взглядом.

– Не надо, пожалуйста, – молила я, невольно облизнула губы, теряясь в бездонных глазах.

– Повтори, – утвердительно произнес в губы, обводя языком четкий контур, рукой поднимаясь по шеи, доходя до скулы, поглаживая.

– Родной...– на выдохе, проговорила я, покорно прижимаясь к нему телом, чувствуя его теплое дыхание.

Рома часто задышал, жадно схватил за шею, притягивая сильнее, прижался лбом к моему лбу.

– Поехали, – кратко, с нажимом сказал он. Схватив меня за руку, поднял со скамейки и потянул к выходу из парка.

– Что ты делаешь? – только и смогла я вымолвить. Он тянул со всей силы, я еле за ним успевала, – Ром, что ты делаешь? – повторила я. Он ничего не говорил, ещё больше ускоряя шаг.

Как мы оказались около машины, я не поняла. Он нажал на брелок, усадил меня на переднее сиденье, захлопнул дверь, быстро обошёл машину, сел на водительское место и завёл мотор. Всё это произошло за несколько секунд. Я только жадно хватала ртом воздух, догадываясь, что затеял Рома.

Мы выехали за город, мчась так быстро, что казалось, на спидометре просто нет и не может быть такой отметки. Напряжённое молчание смешивалось с предвкушением, томлением и желанием. Голова кружилась от предстоящего удовольствия.  

Рома сильно вцепился в оплётку руля так, что костяшки пальцев побелели. Он сосредоточенно смотрел вперёд, ни на что, не отвлекаясь. Словно, если повернёт голову, всё исчезнет.

Его мобильный телефон уже трижды заливался знакомой и ненавидимой мною мелодией. Он не обращал на него никакого внимания, а тот всё не унимался и подпрыгивал в автодержателе. Раскалённая атмосфера салона властно давила на все клеточки тела. В желудке всё свернулась тугим узлом, губы пересохли.

Рома резко затормозил возле какого-то поля. Открыв дверь, он с жадностью схватил меня за руку и повёл в сторону ближайшей тропинки.

– Здесь недалеко, две минуты ходьбы, – кратко прокомментировал он.

Больно царапнуло от мысли, что он здесь не впервые и явно не жену возил кататься.

Я шла за ним, не оглядываясь назад, боясь, что растрачу всю смелость. Рома остановился возле небольшого гостиничного комплекса. Мы зашли внутрь. Не проронив ни слова, он протянул кредитку, милая девушка на ресепшене улыбнулась, без слов провела платёж, и дала ключи от номера. И тут мне внезапно стало плохо от сознания того, что мы делаем.

Глава 9

– Что же я творю? – пронеслось в голове. Я заколебалась и дёрнулась назад. Рома несильно, но ощутимо потянул на себя. Обнял за талию, прикусив мочку уха, от чего по всему телу поползли мурашки. Не говоря ни слова, он ловким движением открыл дверь нашего номера и втянул меня в комнату.

– Люблю тебя. Больше жизни люблю, – стиснул в объятиях ещё сильнее. Сердце бешено стучало в груди. Казалось, ещё секунда, – и выпрыгнет. Дышать становилось труднее, его губы терзали мои, не давая ни на минуту усомниться в правильности поступка. Мужчина резко отстранился, потянув за волосы, заглянул в глаза.  – Ведь любишь?

– Люблю... До безумия... До изнеможения, – мой ответ окончательно снял все преграды, послужив спусковым крючком. Рома снова впился в мои губы; его руки, такие желанные и родные, скользили по спине. Не могла без него! Какое-то помешательство. Он – моя вселенная. – Ром, что  будет дальше? – спросила, а самой тошно.

– Всё будет хорошо, любимая, – прохрипел он в губы, – мы всё решим.