Несовместимость (СИ) - Л Илана - Страница 2

Ничего.

Ну, увижу я Рому, и что?

Ничего.

Что встретимся, я не сомневалась, у нас много общих друзей. С большинством я до сих пор поддерживала шапочные отношения.

Лёша знал, что я рассталась с любимым человеком и уехала в Германию к двоюродной сестре. Подробности ему не рассказывала, не хотела. Отчасти, потому что боялась осуждения. Он лишь знал, что для меня это очень болезненно, и старался обходить стороной мою жизнь "до". За что я ему была очень благодарна. Он верил, что время – лучший лекарь. Я не спорила, хотя знала, что это неправда. Время помогает справиться с утратой и болью, но шрамы остаются.

И вот сейчас я встретилась с тем, кого моё сердце так и не сумело забыть. Встретила, когда меньше всего ожидала. На Адмиральском проспекте, в пробке, на остановке, среди множества машин. И он просто, по-мужски, хотел со мной познакомиться. Кто? Рома? Тот, кто женат! Видимо, для него это не было помехой.

Глава 2

Я стояла спиной к Роме, по позвоночнику бегали мурашки. Может послышалось? Игры подсознания?

Стук сердца отдавал в голову, казалось, я даже дышать перестала. Сердце бешено стучало в груди, а его улыбку чувствовала каждым своим позвонком.

– Девушка, давайте подвезу, – повторил он. – Здесь недалеко есть кофейня, там подают прекрасный кофе.

Я резко обернулась и взглянула Роме в глаза. Точно, ОН! Не ошиблась! Мужчина посмотрел на меня так, будто увидел привидение. Потом в его взгляде появилось недоверие, удивление и капля горечи. Улыбка сползла с лица.

– Даша? – удивился он.

– Что, так изменилась, что со спины не узнать? – спросила тихо, не узнавая саму себя.

Рома молчал. Его глаза начали досконально изучать меня с ног до головы. Было ощущение, что мне делали рентген. Стало неловко. И стыдно. И страшно, что то, что он увидел – не понравилось.

– Прекрасно выглядишь. Европа пошла тебе на пользу, – cказал он после некоторого замешательства.

– Спасибо.

Я сама без зазрения совести его рассматривала. Налюбоваться не могла на кисти рук, обхватившие руль, на пальцы, дарившие тепло и серые глаза, которые смотрели в душу словно сжигали ту без остатка.

Он совсем не изменился, только появились небольшие морщинки вокруг глаз и пара седых волос.

Несколько машин нервно просигналили, и мы одновременно встрепенулись. Поток машин стал медленно продвигаться вперёд. Рома кивком головы показал, чтобы я садилась в машину. Хотелось на всё наплевать, и так сделать. Но в ответ я мотнула головой и сказала, что у меня дела.

– Даша, садись, я подвезу тебя куда нужно, – Рома заметно занервничал. Водитель сзади опять просигналил.

И я с тревогой, наплевав на то, что сердце больно билось о грудную клетку, села к нему в машину.

– Тебе куда? – спросил мужчина, когда я устроилась на переднем пассажирском сидении и пристегивала ремень безопасности.

– На Академическую, – потом добавила, – eсли не затруднит.

– Не затруднит, – отозвался он сухо, смерив меня недовольным взглядом.

Мы молчали. Ехали минут пять. Тишина в машине стала давящей. Я хотела о многом его расспросить, но слова застряли в горле. Я просто утопала в воспоминаниях.  Даже боялась посмотреть в его сторону. Так и уставилась прямо в одну точку.

 Запах парфюма, который он так и не сменил за эти годы, витал в машине. У меня закружилась голова. Я прикрыла глаза и нервно сглотнула.  В уме не так я рисовала нашу встречу.

– Давно приехала? – внезапно резко спросил Рома, и я вынырнула из своих мыслей, подскочив на месте от неожиданности. Поймала себя на том, что в салоне общение давалось труднее, чем стоя на улице.

– Две недели назад, – посмотрела на него. Он был напряжен.

– Надолго?

– Не знаю, – пожав плечами, помедлила я. – Жизнь покажет.

– Ни с кем ещё не встретилась?

– Только с Таней.

Рома кивнул, соглашаясь.

Мы продолжали ехать, и снова молчали. Мне захотелось обнять его и уткнуться носом в шею. От эмоционального напряжения я стала заламывать пальцы на руках.

Ехать на машине до Академической совсем недолго, но пробка, а затем объезд увеличили дорогу раза в три.  И почему-то в машине было душно, хотя работал кондиционер.

Я аккуратно повернула голову в сторону водителя и рассматривала его профиль. Рома...Такой родной и такой далёкий. Моя первая любовь. И, наверно, последняя.

– Рома, ты совсем не изменился, – тихо сказала я. И осмелев полностью, развернулась в его сторону.

Он повернулся и искренне мне улыбнулся:

– Ты тоже, – я улыбнулась в ответ. Простая иксренняя улыбка стала рассеивать напряжение, царившее между нами.

Тыльной стороной ладони, он погладил мою щеку. Я застыла на мгновение, боясь пошевелиться. Этот жест лишил меня воздуха.

– Ты счастлива? – спросил он тихо.

Я не знала, что сказать. Счастлива? Нет! Мне было больно и горько, не проходило ощущение безысходности. Только зачем Роме это знать?

– Наверное, да. Конечно, да!

Рома горько усмехнулся.

– А ты? – отзеркалила его вопрос. Но Ромино молчание было красноречивее любых слов.

Весь оставшийся путь мы ехали в тишине. Ощущение недосказанности витало в воздухе. Я чувствовала, что он хочет что-то спросить, и даже догадывалась, о чем, но Рома упорно смотрел вперёд, лишь желваки ходили по лицу. Сказав номер дома, он доехал и остановился. Гробовая тишина в салоне будто била молотом по голове. Мы молчали, но никто не хотел нарушать эту адову муку, хотя выть хотелось безбожно. Первый шаг решила сделать я.

– Спасибо, – открыла дверь и вышла на свежий воздух. Рома вышел следом, обошёл машину и встал недалёко от меня.

– Здесь теперь живешь? – спросил, указав рукой на новую многоэтажку.

Kивнула.

– Почему не с родителями? – я опешила.

– Не маленькая девочка, – oн странно на меня посмотрел.

– На кофе не пригласишь?

– Ром, ты же раньше не любил кофе.

Он склонил голову набок и сделал такое, от чего я просто потеряла дар речи. Он достал из кармана пачку сигарет и закурил. Я смотрела на него, не отрываясь. Мой Рома курит? Не может быть! Наверно, это просто шутка. Но шуткой это не выглядело, и подтверждением тому была пачка Парламента в руках.

– И курить ты начал.

– Начал.

– Это вредно.

Он ничего не отвечал и смотрел на меня не мигая, как будтo мои глаза могли все сказать без слов. И я была уверена, что так онo и было. Я не выдержала и отвела взгляд.

– Ром, как мама? – cпросила после некоторой паузы.

– Хорошо, держится. После смерти отца немного сдала, но ради нас улыбается, хотя ей непросто. Ты же знаешь, какая у них была любовь. Почти каждые выходные ездит к отцу на кладбище, – oн тяжело вздохнул.

– Ром....прими соболезнования. Когда Таня сказала, я долго поверить не могла. Таких, как Александр Николаевич, больше нет и не будет. Светлый человек, – Рома подошёл ближе и взял мои ладони в свои. От этой нежности моё сердце бешено забилось в груди. Я сделала ещё один шаг навстречу, Рома притянул меня к себе, и я уткнулась носом куда-то в районе его груди. Меня моментально обдало жаром и подкосились ноги. Одной рукой он начал гладить меня по спине, а второй перебирал волосы. Я потеряла ощущение реальности происходящего.   

– Просто несчастный случай. Потерял управление, и машина врезалась в столб, – прошептал он.

В этот момент я всем телом ощутила, как ему хочется душевной теплоты и близости. Хотела спросить на кой тогда ему жена, но не решилась.

Стояли мы так долго. Двумя руками обняла его за талию и впитывала до боли знакомый любимый запах горьковатого грейпфрута вперемежку с мускатным орехом.

Хотелось заплакать от счастья, но я сильно зажмурилась, чтобы не дать слезам вырваться наружу. Боже мой, ещё месяц назад я о таком даже и не мечтала. Думала, Рома меня ненавидит. А сейчас он обнимал меня, и кажется, что этих пяти лет и не было. Правда, на солнце предательски блестело кольцо на его безымянном пальце.