Сломленные Фейри (ЛП) - Валенти Сюзанна - Страница 102

Я сидел рядом с Леоном и ел свою еду, находя ее чертовски вкусной и, возможно, даже не хуже, чем у моей мамы. У меня было чувство, что сделка, которую я заключил с Габриэлем, будет иметь серьезную ценность.

— Хотите посмотреть фильм? — предложил Леон, взяв в руки пульт от телевизора. — Мы могли бы посмотреть все фильмы про Рэмбо! Уверен, ты их любишь, а Райдер?

Райдер пожал плечами. — Никогда их не видел, — пробурчал он.

— Или «Крепкие орешки»? — спросил Леон. — Все любят «Крепкий орешек».

Райдер снова пожал плечами. — Никогда их не смотрел.

— Или что-нибудь более современное, например, «Фейри Форсаж»?

— Я сэкономлю тебе время, придурок. Я не смотрю фильмы с детства, так что если это не гребаный мультик, я его не видел, — прорычал Райдер.

— Ох, — вздохнул Леон, и Габриэль посмотрел на него, нахмурившись.

— Почему? — спросил Габриэль, пока я пытался сделать вид, что мне неинтересно это слушать. Но я не мог остановить себя от желания обратить на это внимание.

Он пожал плечами, но я мог сказать, что Леон не собирается оставлять все как есть.

— Из-за Мариэллы? — мягко спросил Леон, и плечи Райдера сгорбились, он так крепко сжал вилку, что побелели костяшки пальцев.

— Думаю, я никогда не чувствовал необходимости предаваться бессмысленным занятиям, таким как просмотр фильмов после нее, — пробормотал он, и я не мог унять боль, которую почувствовал из-за этого. Райдер оглянулся вокруг, нахмурился между нами, словно почувствовал всю нашу боль из-за него, и я быстро отогнал свои чувства. — Ничего страшного, блядь.

— Это так, Райдер. Но теперь ты свободен от нее, — сказал Габриэль, и Райдер кивнул в знак согласия.

— Ну, тогда начнем с «Крепкого орешка», никто не должен жить, не видя, как кучка смертных валит друг друга с оружием, не в силах исцелить себя. Это чертовски смешно, — Леон закинул ноги на журнальный столик, а я встал, чтобы приглушить свет, прежде чем он успел попросить, решив, что это не самый худший способ провести вечер.

Я спал на большой кровати с Леоном, в то время как Габриэль и Райдер занимали диван и раскладную кровать в гостиной. Я снова попытался вразумить Леона, но он не захотел слушать. И я покорился этой ситуации. Мне придется продолжать подыгрывать ему, если мы хотим выбраться из этого места.

— Мама будет волноваться, если я не вернусь домой на Рождество, — сказал я Леону, когда мы направились в гостиную, одетые в уродливые одинаковые клетчатые рубашки. У меня все равно не было с собой никакой одежды, так что, думаю, выбора у меня не было.

— Нет, она думает, что ты поедешь со мной и Элис в Полярную столицу, чтобы посмотреть рождественские рынки. И технически мы достаточно близко к этому, так что я не соврал, — сказал он легкомысленно. — А ты знаешь, что городские стражники ездят на белых медведях? Мы должны посетить его однажды.

— При условии, что я не умру на этом утесе, потому что ты бросил меня здесь с Райдером Драконисом, — пробормотал я.

Габриэль приготовил на завтрак блинчики, и я съел их со стоном удовлетворения. Райдер ел их всухомятку, отказавшись от кленового сиропа, когда Леон предложил ему его. Я видел, что он ест сладкое, только когда Элис кормила его, но удивлялся, почему он мучает себя без сладкого. Я не мог жить без сахара.

— Сегодня нам нужно украсить хижину к приезду Элис, — объявил Леон, когда мы все закончили есть. — Я нашел в ее Атласе фотографию, где она, Гарет и ее мама в Рождество. Мы должны сделать так, чтобы это место выглядело так же. Видишь эту елку? Нам нужна точно такая же. Так что вам, ребята, нужно найти такую в лесу, срубить и принести сюда, — он передал Атлас, и мое нутро сжалось при виде Элис, стоящей рядом с братом на фотографии с широкими улыбками на лицах. Должно быть, фотография была сделана несколько лет назад, и мне стало грустно при мысли обо всех ужасах, с которыми столкнулась моя Вампирша с тех пор, как была сделана эта фотография.

— Я могу просто вырастить дерево, — пробурчал Райдер со своего места за столом под окном.

— Это не то же самое. Это должна быть одна из сосен из леса, чтобы она была особенной. Настоящие полярные сосны — самые востребованные рождественские елки в Солярии, — твердо сказал Леон, сложив руки.

— Хорошо, давай так и сделаем, — твердо сказал Габриэль. — Но мне нужна зимняя одежда.

— В шкафу есть все, что тебе нужно, — Леон указал ему на спальню, и Райдер последовал за ним с сжатыми челюстями.

Вскоре они вернулись, одетые в большие одинаковые куртки и сапоги, и Габриэль бросил мне тоже. Я натянул их, пока Леон устраивался на диване, выглядя так, будто собирался еще раз чертовски вздремнуть, прикрыв глаза рукой. — Убедитесь, что дерево выглядит точно так же, как на фотографии, — повторил он. — Я хочу, чтобы все было идеально.

Я взял Атлас Элис с журнального столика, проверил сигнал, чтобы узнать, смогу ли я с него позвонить, но зарычал, обнаружив, что связь отсутствует. Я положил его в карман и последовал за остальными к двери, выйдя на морозный воздух и оставив Леона дремать, пока мы делали всю работу.

Мы обошли хижину и двинулись к деревьям, пробираясь через снег, пока Габриэль шел по нему, как чертов пикси, используя свою магию воды, чтобы он затвердел под его ногами. Он быстро взял инициативу на себя, а Райдер сделал пару деревянных снегоступов, чтобы помочь ему идти по снегу, и нагнал Габриэля за несколько секунд.

Ну, если они хотят быть таковыми, то они, черт возьми, проиграют. Я использовал магию воздуха, чтобы подняться со снега, и полетел, проплывая мимо Райдера и Габриэля, когда залетал все глубже в деревья.

Райдер выругался, а я рассмеялся, когда взял приличную высоту и оглядел сосны в поисках идеальной.

— Эта выглядит подходящей. Иди посмотри, falco, — позвал я через некоторое время. Я приземлился перед молодой сосной, и Габриэль вскоре подошел ко мне, внимательно изучая ее.

— Дерьмо собачье, вот эта похожа, — шипел Райдер, проходя мимо нас к дереву в нескольких футах от нас.

— Не будь упрямым stronzo, вот это явно больше похоже, — огрызнулся я, когда Райдер начал ковать топор в своей руке.

— Все должно быть как надо, иначе этот гребаный Лев не даст нам уйти. Дай мне Атлас, — Габриэль протянул руку за Атласом, и мы с Райдером замолчали, когда я передал ему Атлас, и он посмотрел на изображение, переходя от моего дерева к дереву Райдера.

— Скорее это сосна Данте, Райдер, — сказал Габриэль, и, к моему чертовому шоку, Райдер хмыкнул в знак согласия и подошел к нам.

— Тогда отойди, если не хочешь потерять голову, Большая Птица, — сказал Райдер, держа топор наготове. — Тебе нужно подойти немного ближе, Инферно, нагнись там, перед стволом.

— Molto divertente, stronzo (п.п. Очень смешно, засранец), — проворчал я и отступил назад, чтобы встать рядом с Габриэлем, как раз когда Райдер замахнулся топором. Он набросился на дерево, как дикарь, прорубая кору и разрывая ствол всего несколькими мощными ударами.

Дерево начало падать от него, и оно с тяжелым стуком рухнуло на землю, разбрасывая вокруг себя снег.

— Я могу отнести ее обратно по воздуху, — объявил я, шагнув вперед.

— Нет, я потащу ее с помощью лоз, — прорычал Райдер, подняв руки, чтобы бросить их, но они росли медленно, и его брови напряглись.

— У тебя мало магии, пусть этим займется Данте, — сказал Габриэль. — Или я могу перетащить его, мне все равно.

— Я могу это сделать, — упрямо шипел Райдер, пытаясь преградить мне путь, когда я переместился, чтобы бросить воздух в дерево.

— Тебе нужно больше магии, а звезды только что показали мне, что Данте ударит тебя целым деревом, чтобы дать тебе достаточно боли для подпитки твоих резервов, так что просто оставь это, Райдер, — настаивал Габриэль, и Райдер уставился на меня, когда я направил воздух под дерево и повернулся, поднимая себя и паря вместе с ним позади меня, решительно игнорируя Райдера.