Мороз по коже (СИ) - Левина Ева - Страница 43

Долго ждать не пришлсь, потому что повод для очередного скандала очень скоро представился.

Все началось с того, что в тот день мы сидели в университетской столовой, и я как раз всхлипывала после того, как мимо, шмыгая разбитым носом, прошел Соболев. Если после тяжелого кулака Романа Сергеевича он еще храбрился и кричал, что ему наплевать, то после разговора с отцом, который запретил ему подходить к девушке Мороза — Марик сник.

— Круглова, ты мне дико нравишься, но против бати я не попру. Мороз лично ему позвонил и потребовал, чтобы я слился. Этого мудака… Романа Сергеевича отец очень уважает…

— Иди уже… Ты не мужик — Марик, — фыркнула я, отвернувшись.

— Дура ты. Я может против всех друзей пошел, когда решил с девчонкой не из нашего круга замутить. Кто знал, что ты под Мороза легла? А я бегал, как идиот, на свидания звал! — буквально прошипев последнюю фразу, Соболев не дал мне ответить, сразу скрывшись в толпе студентов, а Ульяна, теряющая дар речи при мажорах, наконец ожила и проворчала:

— Ты и сама идиотка! Это же очевидно: Роман Сергеевич — влюблен в тебя по уши, раз уже второму поклоннику портит лицо!

— А Таня сказала, что он эту Машу на руках носил, — начала было я, поджав губы, но Ульяна завелась не на шутку:

— Эта стерва Таня его любит, как одержимая психически нездоровая фанатка! Спровоцировала тебя, настроила против Морозова и радуется, а ты дурочка, уши развесила! Дружбу с соперницей завела!

— Ну зачем ей это делать? Таня мне такие подробности рассказала…

— Говорю же ты — идиотка… Доверчивая, девятнадцатилетняя дура, — со знанием дела заключила Ульяна и вдруг вся подобралась, — слушай, а давай встретимся с этой твоей Таней, и я просто понаблюдаю за ее поведением со стороны?

* * *

Наверно нужно было позвонить и предупредить о визите, но моей целью было внезапное появление. Именно поэтому я практически подвинула замершего в дверях Морозова и уверенно шагнула внутрь квартиры.

— Привет, — откашлялся он и учтиво освободил мне дорогу.

— Прииивееет, — передразнила я и, скинув на ходу беленькие кроссовки, смело направилась вперед.

— Я просила никого не бить… Зачем ты разбил нос Марку?

— Ах, вот в чем дело. Приехала скандалить из-за очередного идиота, которого не держат собственные ноги? — ухмыльнулся Роман, обнажив в оскале белоснежный ряд идеальных зубов. Он подошел ближе и, окинув меня насмешливым взглядом, сложил руки на груди.

— Приехала плюнуть тебе в лицо!

— А я думал, будешь искать женские волосы… Квартира в полном твоем распоряжении, — рассмеялся Морозов и, не дав мне ответить, скрылся в ванной.

— Прекрасно. Гад ты поганый, — прошипела я и двинулась в комнату, которая на поверку оказалась гостиной.

Сама не понимая — зачем, я вдруг замерла и на короткий миг вдохнула воздух полной грудью. Здесь все пахло им. Каждая частичка словно кричала о том, что здесь совсем недавно был Роман. Несмотря на необжитый вид, квартира была очень похожа на своего хозяина и очень подходила ему. Минимум мебели, ремонт в светлых тонах и запах Мороза. Идеально.

Ещё немного постояв в гостиной, я направилась на экскурсию в остальные комнаты и почему-то остановилась в спальне, где и принялась ждать хозяина.

Хотелось высказать все, что я думаю этому мудаку в лицо, но он все не появлялся из ванной, поэтому я принялась придумывать пакости. Кипельная чистота дико раздражала, и я разбавила её, вырвав пару своих темных волос и раскидав их на видных местах. Затем достала из косметички зеркальце и свои духи и гордо разложила все это в спальне этого подлеца.

— Так-то! Хрен тебе, а не Света с Таней! Раз мне нельзя ни с кем встречаться, то и тебе тоже.

— Что ты там бормочешь? — в дверях появился полностью обнаженный Морозов, прикрытый только белым банным полотенцем в области бедер, и совершенно спокойно прошел мимо меня в сторону гардеробной, которую я тоже успела исследовать.

— Говорю, мудак ты паршивый! Я буду лечить и защищать Марка!

— Ясно, — хмыкнул этот гад и скрылся в гардеробной.

Не успела я достать губную помаду, чтобы написать какую-нибудь гадость на зеркале, как до меня снова донесся голоса Романа:

— Ксюша, ты надолго? Мне ехать нужно…

— Куда?! — от неожиданности я даже присела на краешек кровати и до крови закусила губу. В голове вдруг произошло короткое замыкание, а в груди так резко кольнула догадка, что я даже испугалась, того, что чувствую, и вздрогнула всем телом.

Он едет к женщине. К той, которую будет холить и лелеять… К мудрой и женственной… А я? Я — колючая девятнадцатилетняя пигалица, которую он воспитывал целый месяц, и в итоге купил на две ночи…

— К другу на день рождения, — появившийся Мороз пах как мечта, да и выглядел тоже. Почему-то это разозлило меня еще больше. Снова захотелось разодрать его красивую мужественную физиономию, или, на худой конец, оставить засос на самом видном месте, чтобы ни одна Таня или Света…

Стоп…

Стараясь привести сердцебиение в норму, я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Спокойно, Ксюша… Пусть катится… Нам не по пути… Он же так меня обижал…

— Ты в порядке, малыш? — от раздавшегося прямо над ухом хрипловатого голоса по спине побежал холодок, а низ живота скрутило в тугой узел.

— Что? — я честно пыталась держать лицо, но все было тщетно. Щеки горели, а внутри стремительно разливалось поганое ощущение ненужности. Словно я маленькая девочка, которую не берут с собой на праздник, поэтому она злится и всеми силами пытается привлечь к себе внимание, топая ногами и готовясь пуститься в рёв.

Сейчас из головы совершенно вылетел план мести и конспект скандала, который я изначально собиралась учинить Морозову. Вместо этого внутри пульсировало и разрывало мозг только одно желание: поехать с ним.

— Тебе плохо? Совсем бледная, — янтарные глаза напротив внимательно сканировали мое лицо на предмет недомогания, подмечая каждую мелочь, которая могла выдать с головой.

— ДА! Мне плохо! — наверняка я выглядела как плохая актриса из провинциально театра, когда неловко завалилась набок и изобразила обморок, но, к моему полному удивлению, Морозов повелся.

От спокойного занятого Романа Сергеевича не осталось и следа, теперь на его месте был очень взволнованный мужчина, в голосе которого ясно слышалась настоящая паника:

— Малыш, Ксюша! Очнись! — горячее дыхание опалило мою скулу, а от прикосновения немного шершавых ладоней к талии, по коже поползли мурашки. Приоткрыв один глаз, я, как можно правдоподобнее, простонала:

— Мне уже лучше… Езжай, не хочу тебя задерживать…

— Нет, — мне в пору было плясать чёчетку но, как оказалось, радость была преждевременной:

— Отвезу тебя. Вызову врача, а уже потом поеду.

Поедет он… Конечно… Чёрта с два!

— Не нужно, — просипела я и при помощи сильных рук Морозова приняла сидячее положение.

— Что нужно, а что нет, я решу сам.

— Можешь взять меня с собой, — как можно более равнодушным тоном выдала я, — если так переживаешь.

На несколько мгновений Морозов нахмурился, словно недовольный моим предложением, а я затаила дыхание, всей душой надеясь на положительный ответ. Пауза затянулась, и в какой-то момент даже показалось, что он откажет, но в итоге Морозов согласно кивнул головой.

— Наверно так будет лучше. У Олега большой дом. Отдохнешь в одной из комнат. Мне будет спокойнее.

Глава 42

Всю дорогу Морозов выглядел нахмуренным и лишь изредка кидал на меня задумчивые взгляды, когда машина останавливалась на светофорах. А я, видимо, была слишком плохой актрисой, потому что с трудом доигрывала партию. Это оказалось чертовски сложно — притворяться больной, если прекрасно себя чувствуешь.

В какой-то момент я вдруг подумала, что мой обман раскрыт, потому что машина завернула в тот район, где был дом моего отца. Я даже приподнялась на месте, готовясь к обороне, но Морозов подъехал к одному из огромных домов на центральной улице, и остановился.