Две сироты для миллиардера (СИ) - Багирова Александра - Страница 17

Железная дверь внезапно открывается. Передо мной стоит ухоженная женщина лет сорока.

- Вам плохо? – смотрит на меня с сожалением. – Воды?

- Мне надо найти Богдана Тагирова, - всхлипываю и спешно вытираю слезы.

- Странно, что вы не знаете… И мне жаль вам это сообщать… - она странно мнется, опускает взгляд. – Меня Ольга зовут. Последние пять лет мы с мужем живем в этом доме. До этого тут другая семья жила. А Тагиров, я лично с ним не знакома… но…

- Но вы знаете, где его найти? – надежда вновь оживает и машет израненными крыльями.

- Знаю… Это все знают. История громкая была, - берет меня за руку. – Вы главное – держитесь.

- Что почему? Он в больнице? В беде? – сжимаю ее руку.

- Богдан Тагиров погиб больше года назад. Я могу помочь вам найти его могилу, - тяжело вздыхает.

Глава 21

- Какую могилу! Что вы несете?! – мотаю головой. Отказываюсь верить в этот бред.

Нет! Нет! И нет! Пусть мы не вместе. Пусть он с другой. Но я всегда знала, что он жив. А вот так потерять его! Это не может быть правдой!

- Мне жаль. Но это общеизвестный факт. Об этом много писали. Странно, что вы не читали новости, раз были, насколько я понимаю, с ним близко знакомы, - она пытливо смотрит на меня.

Сначала я пыталась его забыть. Ничего не читала, чтобы не было больно. А потом… потом Лев отгородил меня от интернета и любого общения. Я была в клетке. Все равно не верю! Из глаз градом льются слезы, душа горит, обугливается, и я ощущаю, как сгораю изнутри, там все превращается в пепел. Я утратила огромную часть себя… он был со мной, тут рядом в моем сердце. И принять, что его больше нет… это за гранью.

Ноги подкашиваются, и я бы упала, если бы Ольга не поддержала меня под локоть.

- Ой, милочка, вы же сейчас в обморок упадете, - как сквозь туман слышу ее голос.

Дальше темнота. Мрачная. Затягивающая. Удушающая. И я брожу в ней и ищу его… Мне просто надо его найти. Знать, что он жив.

Прихожу в себя в чужом доме. Надо мной склонилась взволнованная Ольга.

- Вы меня так напугали. Я врача вызвала.

- Не надо врача. Все нормально. Лучше расскажите. Покажите. Я должна все знать, - закусываю нижнюю губу.

- Я не уверена, что в вашем состоянии это лучшее решение. Вот тут я вам накапала, - протягивает мне стакан с какой-то жидкостью.

- Спасибо, - залпом выпиваю содержимое. Жажда дикая. Словно мне надо потушить внутренний пожар, но я осознаю тщетность всех моих попыток. – Но мне правда жизненно необходимо знать.

- Я могу вам рассказать лишь официальную информацию. Как я ранее говорила, я его лично не знала, - она присаживается рядом и ободряюще сжимает мою руку.

- Рассказывайте, - сжимаю зубы до скрипа. Я должна выдержать.

- В тюрьме был взрыв и он погиб. Тест ДНК подтвердил, что это именно Богдан, - говорит, опустив голову.

- В тюрьме? А что он делал там? – хмурюсь. Она что-то путает. Мы говорим про разных людей!

- Он обвинялся в двух убийствах. Насколько я знаю, Богдан признался.

- Чтооо? Он не убийца! Никогда в это не поверю! – кричу не в силах совладать с эмоциями.

- Увы, порой даже близкие люди нас удивляют, и часто не лучшим образом, - гладит меня по плечу.

- Богдан Тагиров? Вы уверены? Вы мне про другого человека рассказываете!

- Ох, - протяжно вздыхает, достает мобильный, вбивает что-то в поиск и протягивает мне, - Это он?

На меня смотрит фотография моего Богдана. Он возмужал, повзрослел, взгляд погасший. Но это именно он! Сомнений быть не может!

А вот то, что там написано, слабо вяжется с ним. К статье прилагается видео, сделанное издалека, но хорошо видно, как Богдан стреляет в лесу в безоружного мужчину, который лежит на земле. Что за жестокость? Зачем? Что его толкнуло на такие действия? С кем я жила? И знала ли я его хоть немного?

Также упоминается, что он сознался еще в одном давнем убийстве. Зачем-то застрелил охранника. Такое ощущение, что читаю статью про жестокого бандита. О чем автор статьи указывает практически прямым текстом. Сколько грязных слов, Богдана представляют как неуравновешенного человека, который в прошлом долгое время лечился в разных клиниках. Я читаю и не верю, что вот этот весь бред может быть хоть на сотую долю процента правдой.

Начинаю искать другие статьи. Но все они практически слово в слово пересказывают ранее прочитанное.

Правда придавливает меня к земле. Боль становится невыносимой. И самое ужасное… не деяния Богдана меня добивают, а его смерть. Пусть бандит и убийца… но живой… Я неизлечимо больна. Это не любовь – это разъедающая душу черная жгучая субстанция, которая поработила меня. И нет мне спасенья. Даже после его смерти.

- Я должна найти тех, кто был с ним в последние годы жизни. До ареста. Мне надо понять, - говорю как в бреду. Я не могу вот так просто принять эту правду и смириться с ней.

- Вы его так сильно любите? – Ольга спрашивает очень тихо, практически беззвучно.

- Любовь несет радость, Ольга. А это больная одержимость, глажу пальцами его фото.

Как долго я его не видела. Не могу оторвать глаз. Хочется любоваться вечность. Я не чувствую смерти. Ее тут нет! Но статьи… доказательства… А я снова себя обманываю, потому что не в силах принять чудовищную новость.

Если бы не дети. Я бы не выжила, мое сердце разорвалось бы тотчас. Ради них я выстою. Но обязательно найду его друзей. От них я узнаю правду. Даже если случилось необратимое… я не верю, что он хладнокровный убийца. Я должна услышать людей, которые его хорошо знали.

И еще у меня мелькает странная мысль. А вдруг именно эти люди мне помогут… Ведь когда оказываешься в безвыходном положении, то готова хвататься даже за иллюзорную соломинку.

- Я попробую что-то для вас узнать, - задумчиво протягивает Ольга. – Вижу, как вам нелегко.

- Спасибо, - вкладываю в это слова всю свою признательность, к горлу подступает ком. Слезы душат и эта боль, что пульсирует в теле и идет по нарастающей… Неужели я потеряла его навсегда?

- Оставайтесь сегодня у нас. Сейчас как раз мой муж приедет, я попрошу его найти информацию. А сейчас я дам указания прислуге подготовить для вас комнату.

- Это так много для меня значит… мне негде пойти в этом городе… я искала его… а тут, - закрываю лицо руками и даю волю слезам.

- Поберегите себя. Слезами горю ведь не поможешь, - гладит меня по голове. – Ой, подрывается и встает с дивана, - А вот и муж приехал.

У меня нет сил даже поднять голову. Слишком эта новость меня растоптала, практически уничтожила. Но вместе с тем во мне снова оживает надежда, и лишь только она взмахивает поломанными крыльями, как совсем рядом раздается до ужаса знакомый голос.

- Лизонька! А я уже тебя обыскался! Любимая, ты что заблудилась? Телефон сел?

В ужасе поднимаю голову, рядом с незнакомым мне мужчиной стоит Лев и хищно скалится…

Глава 22

Богдан

- Я так счастлива! У нас будет самая лучшая семья! – шепчет мне на ухо Адриана.

Весь вечер не отлипает от меня, и это в совокупности с надоедливыми гостями, доставшими меня со своими бесчисленными поздравлениями. И Аркадьевич крутится рядом, то и дело намекает, какие для меня открываются перспективы.

Плевать мне на перспективы, бабки и связи. Есть вещи куда важнее, которые не купить. Но этого никому из них не понять. В их вселенной все крутится только вокруг финансов. Адриана… тут мне не ведомо, чего она так вцепилась в меня.

А самое паршивое – я связан на данный момент больше, чем до встречи с детьми. У так называемого тестя, сейчас на руках все козыри против меня. И я готов отдать все, что у меня есть, лишь бы эта вся свора оставила нас с детьми в покое.

Единственное, что мне надо от Аркадьевича – это Ползунов. Дикое и губительное желание увидеть Лизу и все же посмотреть в ее бесстыжие глаза. Только думаю об этом, и меня штормит, лихорадит так, что черные пятна мельтешат перед глазами. Сколько лет прошло, сколько всего она сотворила, а я все еще не могу думать о ней без эмоций. И я понимаю, что ничего хорошего мне эта встреча не принесет, я собственноручно вскрою старые, так до конца и не зажившие раны. Но затормозить – это выше моих сил. Есть губительная потребность, и я собственноручно хочу сделать шаг в адский котел. Уговариваю себя, что это раз и навсегда поставит точку. Я сделаю окончательные выводы, и больше она никогда не увидит детей. Катя и Коля останутся со мной.