Бывшая лучшего друга (СИ) - Брежнева Маша - Страница 26

— Она поцеловала меня, чтобы взбесить Ярика, — неожиданно выпалил Теклер.

— Она… что?

— Видел бы ты, Янин, как бомбило это чудо.

— Теклер, я все ещё здесь! — прикрикнул Яр. — Со своей личной жизнью разберись!

— Вот уведу у тебя Альбину, тогда и поговорим.

— Во-первых, ее нельзя увести у меня, во-вторых… Зачем? А Полина?

— Ничего не получается. Я устал.

— «Я устал, хочу любви», — затянул Марат.

— «Да так, чтоб навек», — подхватил Ярослав.

— Придурки, — махнул на них Кир.

— Тебе Полина звонит, — Марат кивнул в сторону телефона Теклера.

— Пусть.

— О, теперь вот так? — Ярик притащил кофе и поставил на стол, за которым они сидели.

— Вот так. Я не хочу больше.

— О май гад. Тогда за молодость и свободу? — Ярик поднял чашку, как бокал для тоста.

— За них, — поддержал его Кир.

Кир совсем по-другому представлял себе новогодние праздники, но получилось то, что получилось. Он мог без вранья сказать, что почти остался доволен: много времени провел с друзьями, парни выбирались куда-то даже все вместе вчетвером, много времени Кир провел с Маратом, а втроем с ним и Лекс даже сгоняли покататься на сноубордах. Он побывал в гостях у Крис и ее мужа-футболиста, понянчился с племянником (в меру возможностей), всем вручил подарки, привезенные из Москвы.

Он даже чувствовал, что реально отдохнул от всего. Полина звонила ему каждый день. Даже Марату написала, чтобы тот уговорил Теклера ответить ей, но Кир был непреклонен. Когда Поля не впустила его в свою квартиру, он понял, что больше не будет вести себя по-прежнему.

Пусть они и не стали парой, но никто бы не смог сказать, что их ничего не связывает. И то, как она поступила днем первого января, словно перевернуло Вселенную Кира.

Для нее это игра. Все еще. Он знал, что Полина не любит, но надеялся, что хоть какие-то чувства у нее есть. Надеялся, что она сможет раскачать их, доказав, что она ему нужна.

А Полина играла. Делала, как удобно ей. Киру настолько надоело бить в одни ворота, что даже странные отношения Ярика со старостой он считал более адекватными, чем свои с Полиной. Его бесило все: ее нерешительность, ее немногословность, ее дурацкие комплексы, которых не должно быть у молодой, умной, красивой девочки. Полину бы к психологу отправить, пусть подлечила бы голову.

Обратно в Москву они с Яриком ехали вдвоем. В спальном вагоне, как Яр и мечтал, только вот Киру совсем не спалось. Проводник пробежалась по всем купе, предложив заварной кофе, и Кир попросил принести два. Он включил какой-то сериал, который по рекомендации Марата скачал на телефон в дорогу, но сюжетом не проникся. Открыл расписание экзаменов, убедился, что до первого еще есть несколько дней, и к теме учебы больше не возвращался.

Полина уже не звонила, но писала каждый день. Только вот извиняться не хотела и вины своей вообще не чувствовала. Кир предельно ясно дал понять, что дальше так продолжать не хочет.

«Если для тебя нормально так поступать со мной, то для ничего нормально нет. Ты знаешь, что я тебя люблю, я говорю это так часто, как «спасибо» кассиру в супермаркете, но тебе же пофиг. Я готов что угодно сделать. Я вообще на все готов, но если я для тебя никто по-прежнему… Отвали, а?»

Грубо, да. Не грубее, чем делает она.

Он не врал себе — ни с какой другой девушкой не хотелось. Только с этой что делать? Он терпел два месяца, помогал, вытирал слезы с ее щек, говорил, что готов быть рядом. Она позвала его с собой в тот вечер и поцеловала. Она спала на его плече, ночевала в его доме.

И легко сделала вид, что он просто бывший одноклассник.

Тогда и она просто бывшая. К черту. Просто бывшая лучшего друга, который давно счастлив с другой. Он не перестанет любить за один день, но сам больше не сделает ни одного шага к ней, пока она не поймет, нужен ей ОН или парень для галочки.

— У зайки завтра матч в спорткомплексе, — неожиданно выдал Ярик. — Сходишь со мной посмотреть?

— Тебе так понравился ее вид в короткой юбочке?

— Не знаю. Она сама мне сказала о матче еще на новогодней тусовке. Ну знаешь… «Надеюсь, ты не притащишься ко мне на матч и не сорвешь его».

— А ты уверен, что это считается приглашением? — спросил Кир.

— Конечно, нет. Но кто ее за язык тянул?

— Хорошо, сходим. Куда угодно, лишь бы там Полины нигде не было.

Яр закатил глаза и пробурчал что-то типа «да все равно скоро сдашься». Но Кир был уверен: не в этот раз.

— Утром я сбежала от него, — призналась Саше Полина.

— Почему? Он разве что-то плохое сделал?

— Нет. Конечно, нет. Он очень помогал мне и был рядом в трудную минуту, но сейчас… Следующим шагом стало бы признание наших отношений, а я не готова.

Лекс вздохнула и отодвинула новогодний кофейный стаканчик в сторону. Они с Полей встретились в одной из кофеен города, чтобы обсудить последние события. Заведение было нарядно украшено к новому году, огромные окна по периметру завесили искусственными еловыми ветвями с лампочками, появились венки и высокая ель в углу зала. Но девочкам сейчас было не до красоты.

— Ты не готова к отношениям с ним? — уточнила Лекс.

— К отношениям вообще. Все сложно, Лекс, я так и не могу распутать этот дурацкий клубок проблем.

— Но ведь ты сказала, Кир помог?

— Частично. Он разрешил переночевать у него, когда мне некуда было пойти, помог с переездом, рассказал, куда можно ходить для занятий боксом, это оказалось очень полезно. Но по-прежнему стоит вопрос с квартирой, подработкой, плюс мои сложные отношения с родителями…

— Поль, я сейчас кое-что скажу, только ты не обижайся и не воспринимай в штыки. Я сама жалею, что не сделала это в одиннадцатом классе, может, быстрее бы пришла в себя. В общем… Муж двоюродной сестры Кира — мой хороший друг, представляешь, как бывает? Он профессиональный футболист, иногда он обращается к психологу за консультациями.

— Ой, сразу нет! — замахала руками Полина.

— Да ты дослушай! Психолог — женщина, довольно молодая, но опытная, проверенная. Ты ведь можешь просто сходить один раз, попробовать, дает ли тебе что-то такое занятие? Если нет, со спокойной душой забудешь про этот вариант, но вдруг она подберёт какие-то важные слова?

— Ну какие? Скажет мне, что я лох последний?

— Полина, почему сразу лох? Поверь, у всех бывают трудности. Я тоже через это проходила, когда мои родители развелись. И когда бывший ко мне приставал без моего желания, я ещё долго боялась парней и не переносила даже обычных прикосновений. Все можно пережить! Надо только стараться.

— И что мне делать? — выдохнув, спросила Полина.

— Я уже предложила, — не отступала Лекс от своего. — Думаю, это идеальное решение. — Даже если забыть о Теклере, о самой себе подумать надо. А именно с этого все и начинается, понимаешь?

— Да понимаю, Лекс. И я всегда любила в первую очередь себя.

— Я помню, — хитро улыбнулась Лекс, прокручивая в памяти старые выходки Поли. — Ты должна это вернуть. Полюбить себя. Поверить в себя. Понять, что ты достойна самого лучшего. А затем будет все остальное.

— Я буду чувствовать себя больной.

— Да нет же! Наоборот, работа над собой — это именно то, что говорит о здоровье. Ну, знаешь, ментальном. По, поверь, я очень хочу, чтобы у тебя все наладилось. Жаль, что с Киром пока не получилось, но ты, наверное, права. Тебе сначала нужно разобраться в себе. Хочешь, я поговорю с ним?

— Нет, не стоит, — тут же отказалась Полина. — Я попробую сама ещё раз. Он обижен, потому что я вела себя как последняя… Я должна бы извиниться, но пока не могу даже этого, потому что не понимаю, что будет потом…

— Никто не понимает. Время покажет, Полин. Время покажет.

Хотя Полина сто раз прокрутила все в голове, ей все равно было страшно. Она стояла перед дверью кабинета психолога и боялась услышать самое ужасное: что все ее проблемы — надуманная ерунда, и дело только в упавшей самооценке.