Расколотый венец (ЛП) - Мартино Максим - Страница 2

— Конечно, я скучала. Что за вопрос такой? — я прикусила нижнюю губу, сдерживая смех.

Он легонько провёл костяшками пальцев по моей щеке.

— Глупый.

Он взял меня за подбородок и притянул к себе для поцелуя, от которого у меня поджались пальцы на ногах.

Рядом с нами Гейдж прочистил горло.

— Тогда, может быть, мы начнём?

Феликс оживился от его слов и встал с колен, снова заняв своё место рядом с Костом.

Неохотно я вырвалась из объятий Нока, но задержалась в его руках.

— Я полагаю можно.

Ухмылка Нока стала греховной, прежде чем он наклонил голову к моему уху, его губы скользнули по моей коже.

— Ты можешь должным образом поприветствовать меня позже, в уединении своей спальни.

Мой желудок сжался, и тепло побежало вверх по задней части шеи. Мы расстались всего на несколько дней, но мне очень хотелось закончить эту встречу ещё до того, как она началась, просто чтобы я могла воспользоваться его предложением.

Прежде чем моё тело могло предать меня, я подошла к столу. Нам нужно было обсудить важные вещи, например, мою коронацию в качестве Короны. И планы, которые у меня были в отношении наших людей. Планы, с которыми я не была уверена, что Совет согласится.

Мы все заняли свои места, и на мгновение я замерла. Заклинатели и убийцы собрались вместе на заседании Совета, стремясь и желая обеспечить защиту наших людей. Не было никаких колебаний, несмотря на наше разное происхождение. И это было хорошо, потому что объединение было единственным способом, с которым у нас был бы шанс победить Язмин. Надежда, твёрдая и тёплая, наполнила меня, когда я села рядом с Ноком.

Может быть, мои планы сработают. Может быть, Заклинатели согласятся, увидев, что Круор на нашей стороне.

Гейдж перетасовал лежащие перед ним бумаги.

— Настоящим я призываю к порядку первое заседание Совета под нашей новой Короной, Линой Эденфрил.

Я приподняла бровь.

— Почти новой Короной.

— Семантика, — он небрежно махнул рукой и откинулся на спинку стула, устремив на меня свой стальной взгляд. — Первое, что нужно сделать — изменить состав нашего Совета, включив в него Нока, Коста, Озиаса и Калема. По крайней мере, временно, пока мы будем бороться с нынешней угрозой.

Все выпрямились на своих стульях, переводя любопытные взгляды с одного человека на другого.

Калем первым обрёл дар речи.

— Подожди, что?

— Это действительно необходимо? Я не хочу никого расстраивать, — добавил Оз, упираясь предплечьями в стол.

Я покачала головой.

— Прямо сейчас наши люди должны видеть, что они не одиноки. С незапамятных времён нам говорили, что мы против всей остальной Лендрии. Мы должны показать им, что это не так.

— Я не вижу никаких проблем с этим решением, — сказала Каори, её мягкий голос был полон тихой власти.

— Я тоже, — Рэйвен провела пальцами по столу, напряжение просачивалось из её тела с каждым решительным касанием.

— Если Лина считает, что это лучший способ, — сказал Нок, привлекая моё внимание, — тогда мы пойдём на это.

Он опустил руку на мою ногу, крепко сжимая её для уверенности.

— Тогда дело сделано.

Гейдж обмакнул перо в ближайшую чернильницу и что-то набросал на обрывке пергамента. С потолка донёсся тихий гудок, но Гейдж невозмутимо продолжал писать. Между листьями и ветвями, которые соединялись вместе, как стропила, на низко свисающей ветке сидела сова с похожими на кору рогами. Актариус. Вет оказался пойман в ловушку за пределами царства тварей, когда Селеста — богиня тварей — умерла.

Несмотря на то, что он использовал свои силы, чтобы увековечить этот момент, Гейдж уже не был прежним с тех пор, как обнаружил, что его память однажды была стёрта. Теперь он всё время делал заметки, нося в карманах запасные клочки бумаги на случай, если ему понадобится что-то записать на ходу. Как будто он больше не доверял собственной памяти. Как будто письмо каким-то образом укрепляло момент и ослабляло скованность в его плечах.

— Что это значит для Круора? — Кост сплёл пальцы вместе, сначала посмотрев на Нока, а потом медленно переведя взгляд обратно на Гейджа.

— Мы все равны в глазах Совета. Наши угрозы — это ваши угрозы, и наоборот. А это значит, — сказал Гейдж, постукивая пером по пергаменту, — Совет без колебаний придёт вам на помощь, и от вас ожидают того же.

— Однако наш народ — это совсем другая история, — сказала Каори.

— Значит, мы сражаемся за них, но они не сражаются за нас? — спросил Калем.

— Заклинатели не участвовали ни в одном крупномасштабном конфликте со времён Первой войны, — сказала я. — Дайте им время убедиться, что вам можно доверять, что теперь вы являетесь частью нашего сообщества, и они согласятся.

— Я буду сражаться, когда вы будете нуждаться во мне, — слова Рэйвен были резкими. — Мне всё равно с кем.

Мой желудок сжался одновременно с тем, как Оз поморщился. Сколько боли, должно быть, испытывала Рэйвен. Я не была уверена, что поддаться ярости — это правильный путь, но мне нужно было её бесстрашие. Нам это было необходимо. Если Заклинатели увидят, как страстно она готова бороться и противостоять несправедливости, то, возможно, они последуют её примеру.

Я осторожно положила руку ей на плечо.

— Рэйвен…

Она скинула руку с плеча резким движением.

— А что насчёт Язмин?

Моя рука упала на стол, но я не убрала её. Я обидела её в своём стремлении узнать правду о награде. Она не посылала нас на бесплодную охоту на тварей. Это не её Прядильщик схватил Нока и утащил его, позволив Клятве Круора овладеть им и свести его с ума. Но в то время я не могла понять, что Язмин, наша бывшая Корона, могла сделать что-то настолько… неправильное. И в своём гневе и замешательстве я набросилась на Рэйвен. Обвинила сломленную женщину в том, в чём она не участвовала.

Я никогда в жизни так сильно не хотела что-то исправить.

Гейдж испустил долгий вздох, извлекая из своей стопки кусок пергамента, который больше походил на растянутую кожу десятилетней давности.

— Я близок к расшифровке её записей. Этот кусочек прямо здесь, — сказал он, указывая на древние символы, выгравированные потемневшими красными чернилами, — это заклинание для укрощения. Я думаю. Я перевёл два ингредиента, кости Заклинателя-предателя и кровь немёртвого принца, но третья часть всё ещё ускользает от меня.

В ушах у меня раздался глухой звон, а волосы на затылке встали дыбом.

— Кости Заклинателя-предателя?

Он кивнул, встретившись со мной взглядом.

— Я думаю, что именно с этого и начался весь этот бардак. Она назначила награду за тебя, потому что ей нужны были твои кости. Но когда Миад счёл тебя достойной и очистил своей магией, ей пришлось искать в другом месте. Винн.

Холодок пробежал по моей коже.

— Винн?

— Да, — он тяжело сглотнул. — Он успешно очаровал тебя, и это осквернило его. После того, как Нок убил его, всё, что Язмин нужно было сделать, это собрать его останки.

— Ты точно в этом уверен? — спросил Кост.

Каори подпёрла подбородок руками.

— Да. Именно она избавлялась от тела Винна, пока вы все выздоравливали, — её взгляд метнулся к Калему.

Мы, само собой, были озабочены как моими травмами, так и его предсмертным опытом.

Кост нахмурился.

— Награда требовала, чтобы кости были доставлены в течение шести часов после смерти. Нет никакого способа, чтобы они всё ещё были пригодны для заклинания после всего этого времени.

— Коллекция тварей Язмин намного превосходит все наши, — сказала Рэйвен, и дрожь пробежала по её челюсти. — Я уверена, что у неё есть Визавем. Они производят пыль, которая сохраняет сущность любого предмета. Она может выждать время, собирая всё, что ей ещё нужно.

— К чёрту всё, — Калем опустился ниже в своё кресло.

— И мы знаем, что у неё уже есть кровь Нока, — сказал Оз, проводя рукой по голове.

Нок с трудом подавил рычание.

— Вот почему она послала нас на эту диковинную охоту на тварей, — он глубоко вздохнул и покачал головой. — Одна только кровь не делала меня принцем, боги должны были признать меня таковым. Она послала нас к двум руинам, чтобы я соответствовал критериям для её заклинания.