Ветер с севера (СИ) - Аникина Анна - Страница 32

Надо искать срочно, где зарабатывать самой. Что-то такое, что не привязывало бы её к Москве. Благо, интернет есть почти везде. Вот разве что на боевых кораблях не положено.

За советом она пошла к Кире Витальевне. Понятно же было, что её на зарплату учительницы немецкого она всегда одевалась очень достойно. — Кать, а как твой шведский? — Кира сразу вела разговор по сути. — Шведский бытовой. Практики нет. Я там не была уже давно. Читала тут кое-что в интернете. — Надо освежить. Давай, пока время есть, на курсы при МИДе. Тебя там сразу на вторую часть возьмут, экстерном. И диплом будет. Бумажка с печатью — всегда хорошо. И давай поищем, кому нужны переводчики. Ты синхронно ещё сможешь? С немецкого?

Так уже до рождественских каникул Катя потихоньку начала зарабатывать свои деньги. На какой-то выставке промышленного оборудования сначала синхронила. Потом переводила буклеты.

Курсы шведского оказались рядом с университетом. В альма-матер Катерина взяла ещё курс французского. На самом деле ей хотелось японский, но на него в этом году не было набора.

Французский, конечно, из-за того разговора с Вадимом. Того, летом. Про Джо Дассена. И японский тоже из-за Ветрова. Нет, не для того, чтобы соревноваться. А чтобы соответствовать. Самой. А не погонами деда Склодовского. Вот и на новогодние подарки хватило уже своих денег.

Катя отправляла посылки в Североморск на два адреса. Дедушке с бабушкой и "домой". Деду банные мелочи. Травяные запарки и масло. Бабушке формочки для печенья. Она давно хотела рождественские звезды.

Что подарить Вадиму, долго не могла придумать. Бродила по нарядному предновогоднему торговому центру. Представляла, как здорово было бы сейчас делать покупки вдвоем. Украшать дом. Искать подарки родным.

Остановилась в результате на очень теплых кожаных перчатках. И мягком светло-бежевом пледе. В перчатки сунула записку: "Хочу тебя согреть." Решила, что обязательно попросит Лёлю научить её вязать. И свяжет Вадиму свитер.

Бабушка Мила удивила Катю в телефонном разговоре. — Катюш, а что это такое у вас с Вадимом на окне светится?

Катерина аж замерла от этого "у вас с Вадимом". И не сразу сообразила, о чем ее спрашивают. — Это такая штора из лампочек, ба. А что? — А ты мне такую можешь прислать? У нас тут, понимаешь, мода пошла. Называется "сделай окно, как у Ветрова". Но такого красивого ни у кого нет. У вас прям волшебно. Будто снег идёт. — Конечно пришлю. Какого цвета ты хочешь? — А что, можно разного, что ли? Мне, как у вас. Я на кухне тоже сделаю. — Ба, а у нас что, окно светится? Вадим же в море. Катя сказала "у нас" и сама себе удивилась. — Конечно, нет. Сейчас темно. А вот пока "Разящий" ещё был на базе, светилось. Все обзавидовались. Наши учителя в школе тоже обсуждали. Так что ты у нас — законодательница моды. И все знают, что Ветров — счастливчик.

Кате оставалось только улыбаться во весь рот. Надо же. Такая простая вещь — много белых маленьких лампочек, а столько радости приносит.

Глава 61

61.

Это был очень странный Новый год. Даже в детстве Кате так явно не казалось, что год действительно принесёт новую жизнь. Тогда хотелось сказки и подарков. Сейчас все подарки мира она променяла бы на то, чтобы услышать голос Вадима.

На праздник они традиционно собрались в доме старших Кузьминых. С ними уже давно не виделись.

Бабушка встретила её так, будто и не было никаких размолвок. Словно и не говорила она ничего ни про неё, ни про Вадима. — Катюша, какая ты красавица у нас! Как дела? Как учёба?

Краем глаза Катя увидела, как напрягся папа. Видимо у него с бабушкой тогда всё же была неприятная беседа. Катерина в который раз порадовалась, что родители на их стороне. В такой ситуации это можно считать невероятным везением. А то и вовсе чудом.

— Всё хорошо, бабуль. Две сессии на отлично. Нашла работу. А Вадим мне предложение сделал. Вот! — и Катя продемонстрировала бабушке колечко.

Бровь у Елены Васильевны дернулась вверх. Она оглядела кольцо. — Что ж, у Вадима отличный вкус. И на кольца, а главное — на женщин. Он хоть понимает, как ему повезло? — Думаю, не до конца, — вступил в разговор Евгений Сергеевич, — Но у него будет много времени и возможностей в этом убедиться. Да, Кать? Привози своего Вадима. Хоть познакомимся. Чего на праздники то не приехал? — Он в походе. — Это как? — переспросила Елена Васильевна. — Его корабль на боевом дежурстве. Он командует миноносцем. И Новый год будет в море.

Сидя за накрытым столом в окружении семьи, Катя вдруг поняла, что такой вот Новый год на положении ребёнка у неё последний. Если они с Вадимом поженятся в наступающем году, то вряд ли получится вот так сидеть всем вместе в следующий праздник.

Ком в горле стал вполне ощутимым. Любимая домашняя еда показалась намного вкуснее. Катя подумала, что надо будет спросить у Лёли и обязательно записать рецепты.

Буквально за пятнадцать минут перед курантами, когда Кузьмины уже активно провожали уходящий год, у Кати зазвонил телефон. Номер странный. — Кать, кто тебя там дёргает? Давай потом, — бабушка положила ей в тарелку кусочек "шубы".

Но Катерина уже ответила. Голос на том конце сейчас мог растопить весь снег в Подмосковье.

— Катюша, привет! Я по спутниковому. Сегодня всем можно позвонить семье. С наступающим Новым годом, родная! Пусть он будет очень счастливым! Передай, пожалуйста, всем своим поздравления.

На заднем плане были слышны голоса. Значит, рядом много народу.

Катя, прижимая телефон к уху, помчалась в другую комнату. Не хотела говорить при всех. — Вадюша, и я тебя поздравляю! И скучаю очень. Я подарки отправила. Когда вернёшься, получишь. Я тебя люблю! — И я тебя люблю, моя Екатерина Александровна! Ты — моё самое главное новогоднее желание, — Катя услышала одобрительные возгласы и улюлюкание, — Катюша, как только будет возможность, я позвоню. Хорошего праздника! И связь отключилась. Катя осталась стоять с погасшей трубкой в руке.

Всё, как загадала. Главный подарок она получила. Значит случаются чудеса. И наступающий год действительно будет счастливым.

На "Разящем" к Новому году в походных условиях готовились заранее. Музаферов с помощниками традиционные пельмени на всю команду начал лепить за пять дней до праздника. Торт хотели взять с берега. Но на это кок только презрительно хмыкнул. Мол, сами не хуже умеем. Камбузная команда успела напечь и больших пирогов. И сладостей.

Ёлку аж в двух экземплярах добыл мичман Думченко. Он же притащил ящик пластиковых ёлочных игрушек.

Ветров украдкой подглядел, как матросы наряжали свою ёлку в столовой. Как дети малые, ей богу. Разглядывали шарики, снеговичков и снежинки. Развешивали гирлянду.

Вадим вспомнил их светящуюся штору на окне кухни. К нему уже подходили сослуживцы с вопросом, где он взял такую красоту. Шутили, что командир ещё не женат, а женская рука в доме уже чувствуется. Ветров и не скрывал, что это Катина задумка. И впервые гордился своим домом.

Ближе к празднику всей команде было разрешено поздравить семьи. К спутниковому телефону установили очередь. Командиру — последнему. Что там скажешь за несколько минут? Каждый старался вложить в слова максимум возможных чувств и пожеланий.

Капитан-лейтенант Никитенко оставил на берегу жену и двухмесячную дочь. Радостно выслушал её вопли в трубку. Прокричал, не стесняясь: "Люблю вас, мои сладкие девочки!". Нажал отбой и ушёл к себе. Чтобы никто не видел его слёз.

Музаферов звонил в село маме. Говорил по-татарски. Но всем было понятно, что с почтением. Перечислял всех, кому приветы от него. Потом добавил по-русски: "Мама, тебя наш командир поздравляет". Ветров кивнул. Всё правильно. Он на построении велел всем мамам так сказать.

Услышав Катин голос, Ветров задохнулся от восторга. Его команда — его семья. Они поймут. Девушку, забравшую его сердце, он собирался в наступающем году сделать женой. Несколько фраз сквозь расстояние. На душе стало невероятно тепло и радостно. Подарок — серебряный кулон в виде двух крыльев, уже давно ушёл по почте.