Ветер с севера (СИ) - Аникина Анна - Страница 41

Катя выскочила из университета окрыленная. Ещё утром у неё не было ни одного внятного варианта. Сейчас было несколько.

Следующими в списке значились родители. Катерина тем же вечером усадила обоих для разговора. Рассказала о беседе в университете. Родители выглядели несколько растерянными. Катя смотрела на них вопросительно.

— Понимаешь, дочь, — Александр Евгеньевич обхватил чашку с чаем обеими руками, — До меня как-то вот сейчас резко дошло, что всё. Финиш. — Какой финиш, пап? — Что ты взрослая. Замуж вот собралась. — Так я с октября уже вроде. — Вот именно. "Вроде". А сейчас всё это становится реальностью. И я себя так чувствую, будто меня поезд переехал.

Лёля мягко взяла мужа за руку. — Ну, ты чего, Шур. Всё хорошо. Смотри, какая у нас девочка счастливая. Мы ж не можем её к себе приковать. — Да, не можем, но, Лёль, в девятнадцать лет взамуж, на север. Нет, я всё понимаю. Почти… Наверное… Вадим — хороший парень. И он тебя любит, и ты его. Но, Кать, для меня ты — вот как на той фотографии. Там тебе семь лет. И только зубы вывалились. И вдруг, хлоп! И моя девочка — жена капитана третьего ранга.

— Второго, пап. — Тем более. — Так какой вариант мне выбрать, как думаете? — Катюш, — Лёля пыталась правильно подобрать слова, — Если уж ты спрашиваешь моё мнение, то я за заочное в Москве. А если разрешат дистанционно — это вообще как чудо звучит. Я объясню. Вадиму в академии год. Тебе ещё три. Какой смысл заочного в Питере? Тут ты по крайней мере дома. Тут мы. А если дети… — Лёля! Какие дети? — О, Господи, Шура! Какие? Обычные! Внуки твои! — Внуки? — Шур, тебе может в чаек накапать тридцать граммов для вменяемости?

Катя хихикнула. Отец смотрел на неё грустным взглядом. — Паааап, ну паааап, ты чего? — Катерина залезла к отцу на колени. Обняла. — А если у Кати с Ветровым дети будут, я им кто буду? Дядя? Игорек возник на пороге кухни. — Тебе не говорили, что подслушивать нехорошо? — тут же отозвалась Катерина. — А ты будешь к нам приезжать? — Игорь полез сверху, на колени к Кате, уткнулся ей в плечо. — Я, Игоречек, ещё никуда не уехала, — Катя обняла брата. — Вам ещё Сони сверху не хватает, — рассмеялась Лёля. — Мам, и тебя. Мы тогда будем, как бременские музыканты, — Игорек, как всегда, сумел снять напряжение.

Глава 77

77.

Несмотря на наличие вариантов, Катя решила не пренебрегать мнением ещё двух важных людей. И первой поехала к Кире Витальевне.

Вид школьного здания, запах коридоров, знакомые лица. Катя расчувствовалась ещё до того, как дошла до кабинета иностранных языков. Встала у окна. Отчётливо вспомнила себя перед шестым классом. Тогда тоже было ощущение прыжка в пропасть. Ох, уж эти семилетние циклы жизни человека. Тогда её за руку держал отец. Сейчас, хоть и не буквально, её держал Вадим.

Кира Витальевна всегда любила Катю. И Кузьмина искренне восхищалась своим педагогом. Катерина изложила все собранные мнения. Кира задумчиво молчала, отхлебывая кофе из совсем неаристократичной пол-литровой кружки.

— Знаешь, Кать, я бы вот так не смогла бы. — Как? — Бросить Москву. То, к чему привыкла. Мой муж, ты же знаешь, бросил свою Германию. Но ты… Ты, слава богу, не я. — Почему? Вы такая необыкновенная! — Ой, Кать, я обычная. Мне просто достался дикий коктейль генов. Моей заслуги тут нет. Я про умение отдавать. А не брать. Про умение любить. А не требовать. Тут вы с Лёликом одинаковые. И не скажешь, что не родные. — Так как мне быть? Или бросить эту учёбу совсем? Родить, вон как у друзей Вадима, двоих, троих. И ими заниматься. Скучно не будет. Диплом не нужен. — Ну вот, поскакала коза по огородам! Что ты в крайности то кидаешься? Бросить — дело не хитрое. Родить тоже, знаешь, решается быстро. А вот иметь мозги, которые думают шире, чем кухня, вот твоя задача. Талант свой не зарыть в ворох пелёнок. Кать, ты меня сейчас правильно пойми. Дети — это самое прекрасное, что может у вас двоих случиться. Но жизнь больше. Дети вырастают. Тебе самой должно быть интересно. Вот каждый день. Вот что ты любишь делать больше всего? Давай… Первое? — Рисовать. — Так… А второе? — Читать. — Третье? — Общаться. — И твоя нынешняя специальность всё это включает. Так? Катя подумала и после паузы кивнула. — Думай, что ещё всё это совмещает? Есть такое? — Я про школу думала. Может быть не учителем. А организатором. Тот же PR, собственно. — Вооот… То есть вывод то простой. Надо доучиваться. Наверное, соглашусь с Лелькой, в Москве. И искать, где всё это приложить. Школа, кстати, неплохое решение. Если там коллектив нормальный. В террариум не ходи. Сожрут. — Я костлявая, подавятся, — улыбнулась Катя.

Последним в Катином плане стоял разговор с бабушкой Милой. Уж кто-кто, а бабушка Склодовская знала о жизни в гарнизоне всё и даже чуть больше. И её мнение стоило послушать. — Ба, это я! — Привет, Катюша! К нам не собираешься? — Собираюсь. — Когда? — У Вадима день рождения седьмого апреля. "Разящий" приходит пятого. Значит я прилечу четвертого. И девятого мы обратно. У меня сессия. Но я сдала уже почти всё заранее. — Пропуск надо? — Да, Вадим в море сейчас. — Но ты же не за этим звонишь? Да? — Мне нужно посоветоваться. — Ну, давай попробуем. Может и я на что сгожусь. — Ба, тут такая ситуация…

Катя пересказывала в который раз все возможные варианты. И пока говорила, ей показалось, что она знает ответ на свой вопрос. Видимо, это чувствовалось. — Катюш, ты вот всё сейчас хорошо рассказала. Сама уже знаешь свой вариант? — Кажется, да. — Про школу давай так. Ты приедешь, и мы с тобой сходим туда вместе. Если вы совпадёте, ты и школа, то подумаем этот вариант дальше. Если не совпадёте, то значит найдётся решение ещё лучше.

Глава 78

78.

Впервые встречать корабль из похода. По-настоящему. Не тайком. Не со стороны. Не зрителем на причале. Как же Катя к этому готовилась!

Ключи от квартиры Ветрова жгли ей бок даже через кожу сумочки и слои верхней одежды. Знакомые пейзажи за окном мелькали. Дорога показалась вдвое короче, чем в прошлый раз. По наставлению бабушки утку она уже купила. Специально зашла в Мурманске в нужный магазин.

Ноги несли по лестнице. Усталость от перелёта не ощущалась. Будто не было сегодня подъёма в несусветную рань, поездки в аэропорт под ледяным московским дожде-снегом, тряски и дикой боли в ушах на подлёте к Мурманску.

Трясущимися руками Катя достала свою связку ключей. По очереди открыла замки, как показывал Вадим. Толкнула дверь. В квартире было душно и тихо. Но очень светло. На подоконнике лежали купленные в Питере подушки. В шкафчике на кухне стояли красные чашки. Плед ждал на диване. А в ванной в образцовом порядке, будто на параде, выстроились её баночки с косметикой. Висело два свежих махровых полотенца.

Этот дом ждал её. От осознания защипало в носу. Слезы накатили. Катя ещё некоторое время не могла ничего делать. Только ходила от предмета к предмету. Трогала.

На рабочем столе нашлась фотография в рамке. Та самая, из газеты "На страже Заполярья". Они с Вадимом на балу. Катя погладила фото. Ещё немного подождать. Завтра он будет дома.

Очнувшись от мыслей, Катерина всё же доложилась по телефону в Москву, что благополучно добралась. И бабушке. С обещанием забежать к ним.

Перед входом во двор Склодовских заозиралась. Помнился ещё тот инцидент с назойливым кавалером. И как по заказу, во дворе столкнулась с Тищенко. Тот вытаскивал из подъезда коляску с сыном. Катя придержала дверь.

— О, какие люди! К своим? — обрадовался Михаил Борисович. — Добрый день. Да, вот в гости. Я прошлый раз Вас толком не поблагодарила. — Ааа, ты про мажора? Ветров проставился, не волнуйся. Парню мозги вправили. Сначала твой дед. Потом его собственный. Говорят, довольствия оболтуса лишил. Ну а потом ещё Вадим Андреевич вдогонку провел беседу, — Тищенко выразительно хлопнул кулаком по раскрытой ладони. — Он, что, его бил? — ахнула Катя. — Ну, зачем бил… Так… Слегка дал почувствовать, как себя ощущает человек, если его держат, а вырваться он не может. Мажору хватило пары минут. Когда "Разящий" то приходит? — Завтра. В пятнадцать. — Ну, пусть всё штатно. А мы с Никитосом, — Тищенко кивнул на сына, — до магазина. Мама наша хоть выдохнет.