Антисваха против василиска (СИ) - Елисеева Валентина - Страница 54

Аня притормозила у дома супругов Гине, прошлась туда-обратно вдоль ограды, помахивая хвостом и принюхиваясь к запахам, и наконец дождалась выхода хозяйки дома, собирающейся выезжать к модистке на примерку платья. Судя по тому, что личной служанке было велено остаться дома — не к модистке дамочка ехать собралась. У Арины Гине была изящная удобная карета на магическом ходу, не требующая лошадей и кучера, легко управлявшаяся несколькими рычажками. Удобная машина: быстрота передвижения — и никаких слуг-свидетелей у тайных встреч по ту сторону моста. Пахло дорогое средство передвижения специфически, не как конный экипаж.

Взяв с места в карьер, Аня понеслась к городским воротам и переплыла реку. На мосту царило обычное столпотворение, так что карета клиентки окажется на противоположном берегу нескоро. Дорога за мостом разделялась на две ветви: одна уводила влево, к деревне, вторая шла вправо, вдоль реки, к большой ферме. По словам клиентки выходило, что её Олив живёт с правой стороны. Аня побежала по дороге, тщательней прежнего принюхиваясь к запахам, и как только отдалилась от моста и развилки, переполненных всяческими ароматами, уловила слабый запах кареты клиентки: госпожа Гине проезжала тут не далее, чем вчера утром.

Встав на след, Аня добралась до добротного небольшого домика. Во дворе под навесом сохли шкуры разных животных, часть шкур была растянута на распорках, в лоханях с жутко вонючими для собачьего носа растворами тоже лежали какие-то меха. Пахло киселью и дымом. Человеческий нос вряд ли столь же остро реагировал бы на запахи, но собачий морщился и чихал. На чих из будки вышел пёс и грозно зарычал на вторженку. Аня в ответ зашипела по-змеиному, высунув раздвоенный язык, и пёс, поперхнувшись рыком, забился обратно в будку и затих. Так-с, охрану дома нейтрализовали, где знаменитый герой-любовник?

Олив нашёлся в огороде: опершись на лопату, он вовсю любезничал с девицами, собирающими малину по ту сторону забора. Девицы заливисто смеялись, отмахивались от комплиментов и то и дело приговаривали:

— Задаст тебе жару твоя богачка, Олив, если услышит тебя сейчас!

— С чего бы это? Чай не жена она мне, и живу я не на содержании: своими руками, своим ремеслом деньги зарабатываю, — возражал мужчина. — Вот ты, Есеня, пойдёшь за меня замуж, тогда ты и будешь жару задавать.

— Делать мне нечего, замуж за кочевника выходить: ты по всей стране мотаешься!

— Да не так уж часто и далеко мотаюсь! С севера на юг меха вожу. Сейчас закончу выделывать то, что охотники с покрытых снегом гор притащили, и уеду, а в середине осени опять вернусь, когда из наших лесов добычу понесут, а на зиму опять на юг уеду: там тепло, хорошо, лучше, чем тут.

— Я и говорю: мотаешься, как неприкаянный. Ищи другую дурочку на роль жены!

«Что и требовалось доказать, — раздумывала Аня, слушая уговоры и сладкие посулы возлюбленного клиентки, обращенные к сельской девчонке. — Парень намерен жениться как положено, ему законные дети нужны, от собственной жены, а не чужой. Арина ему пригодится на время, пока он не уговорит какую-нибудь девицу под венец идти. А что, удобно: женщина красива, влюблена в него по уши, готова мотаться с ним по всей стране, а как встретится другая — так и прощай, чужая жена, возвращайся к мужу, авось он тебя обратно примет. Если и питает он к моей клиентке страстные чувства, то они очень далеки от верной любви, но Арине это не докажешь. Она приезжает сюда урывками, за порцией ворованной любви, и быстро возвращается в город, чтоб подозрений не вызвать: скачет из кареты в кровать и из кровати в карету, живя грёзами о том, как горячо они любили друг другу раньше. Раньше, но не теперь: нынешнего Олива она совсем не знает, да и о жизни его представления не имеет совершенно. Она хоть готовить не разучилась? А то не вижу я тут слуг, однако, а вот грядки вижу, и вряд ли Арина несётся сюда, чтобы успеть урожай огурцов и молодой картошки собрать до отъезда».

Девушки за забором набрали полные корзинки малины и ушли, Олив вернулся к картошке. Заметил выглядывающую из-за угла дома собаку и фыркнул:

— В гости к моему старику хвостатому пришла? То-то он не лает на тебя.

«Попробуем решить вопрос быстро и кардинально, — вздохнула Аня, — не зря же я так старательно знойную красотку придумывала? До реки тут близко, после ухода девиц ещё и тихо, так что вопли мои парень должен услышать».

Вопли тонущей Олив услышал и вытащил на берег обнажённую, трясущуюся от страха девушку.

— М-меня от сам-мого м-моста тащило водоворотом. Я уж сорочку скинула, чтоб ногами свободно грести, а всё одно чуть не утопла, — запинаясь, бормотала спасённая, кутаясь в отданную Оливом рубаху и с восторгом взирая на спасителя.

Потрясённый красотой выловленной в реке русалки, спаситель принёс её в дом, дрожащими руками прижимая к обнажённому торсу восхитительно округлое женское тело. Один томный взгляд — и перед глазами вошедшей в дом Арины Гине предстала картина того, как её возлюбленный страстно целует сидящую на его коленях девицу, одетую лишь в рубаху этого возлюбленного. В последовавшей бурной перепалке Олив выдал сгоряча все свои честные планы на будущее, не включающие в себя вечную незаконную связь с чужой женой. Прижавшаяся к стеночке красавица-брюнетка не стала выслушивать до конца горестные стенания своей клиентки: выскочила в сени, а потом белой собакой во двор и в город. Если Арина и теперь решит следовать за любовью всей своей жизни, то хотя бы сделает это с открытыми глазами.

Следовать за любовью клиентка не решилась: она долго горько плакала в кабинете Ани, причитая на тему того, что мужики — коты мартовские, ну и все прочие неприятные животные по списку. Аня слушала вполуха, по-женски сочувствуя клиентке и давая той выговориться от души. Работа антисвахи порой напоминала ей работу психолога, когда важно просто выслушать и дать совет или чуть подтолкнуть человека в верном направлении.

К слову, о подталкивании…

— Арина, у нас с вами договор на отваживание вашего мужа, — строго заговорила Аня, когда иссяк поток слёз клиентки. — Я всесторонне рассмотрела вашу проблему и счастлива сообщить, что решается она очень просто и быстро.

— Ч-что? — ошарашено переспросила женщина, хлопая мокрыми ресницами.

— Вы желаете, чтобы ваш муж переключился на другую женщину и перестал донимать вас своим вниманием — это можно устроить. Я уже нашла несколько женщин, подходящих на роль любовницы господина Гине. Честно говоря, несколько удивлена, что он до сих пор не завёл себе любовницу после многих лет холодности супруги… но это играет нам на руку. Все мои помощницы женщины надёжные, бойкие, привлекательные, неглупые, очень страстные и вообще — любительницы взрослых, но моложавых и симпатичных мужчин. Господин Гине абсолютно точно не устоит перед напором их обаяния, думаю, он поддастся чарам первой же моей протеже…

— Погодите, погодите, мы договаривались…, — начала клиентка и запнулась.

Аня деловито пошуршала бумагами и зачитала условия договора:

— «Отвратить от вас нелюбимого мужа, чтобы он забыл о вас и нашёл себе другую, но разрешил бы вам видеться с сыном». Поскольку вы передумали убегать с любовником, то проблема свиданий с сыном разрешилась сама собой, а отвадить от вас мужа я обещаю в ближайшем же будущем.

Лицо клиентки вытянулось, и Аня лишь невероятным усилием воли удержала на собственном лице серьёзное выражение. Неужели красотка никогда не задумывалась о том, что мужу тоже хочется любви и ласки, а взирать на вечно унылое, живущее в прошлом существо — занятие не из приятных?

— А… вы уверены, что у него нет любовницы? — переспросила госпожа Гине, видимо, припоминая собственный загул налево.

— Да, у меня сложилось именно такое впечатление, когда я наблюдала за ним в вашем доме, а моё чутьё редко меня подводит.

— Не знаю, не знаю, — забеспокоилась Арина, — у моего мужа не только лавки в Эзмере, у него в нескольких более крупных городах большие магазины имеются. — Госпожа Гине подскочила и выпалила: — Магазином в Роске заведует женщина! Умная, красивая и темпераментная — всё, как вы описали!