Новенькая для мажора (СИ) - Чикина Елена - Страница 26

Я только знала, что мне нужно было во что бы то ни стало выбраться из спортивного комплекса, но он превратился в настоящий лабиринт, запутанную сеть коридоров и комнат, в которой я совершенно не ориентировалась.

― Вот ты где! ― кто-то схватил меня за локоть. ― А я уж думала, что потеряла тебя. Идем, а то пропустим всю вечеринку!

― Мне нужно уходить, ― поспорила я с девушкой.

― Не нужно, мы ведь только что пришли. Вот увидишь, будет весело! Ты же не прочь немного повеселиться, а, новенькая? Уж тебе-то это точно не помешает.

Оглядываясь по сторонам, пыталась понять, откуда исходит опасность, что реально, а что нет, и что вообще происходит вокруг меня. Но мое сознание и само стало безумным лабиринтом, из которого не было выхода.

Яркие огни софитов в сумасшедшем ритме метались по танцполу, все быстрее и быстрее. Музыка проходила сквозь меня, заставляя вибрировать каждую клеточку моего тела, добела раскаляя каждый его нерв.

Катя вела меня за собой через толпу. В одну секунду мне казалось, что она мой худший враг, в другую ‒ что только ей я и могу доверять, раз не могу доверять своему разуму. Ведь в отличие от меня девушка хотя бы понимала, что делает.

Передо мной возникли какие-то люди, я никого из них не узнала.

― Знакомьтесь мальчики, это Арина! Новенькая, это Кирилл, мой давний приятель.

Кто-то обхватил рукой мои плечи, я покачнулась и, чтобы не упасть, облокотилась об этого человека.

― С тобой все в порядке? ― незнакомые светло-серые глаза вглядывались в мои.

― Она всего лишь немного перебрала, не переживайте! Ей просто нужно спокойное место, чтобы отлежаться. Кирюш, не проводишь девочку до комнаты отдыха? ― передала одному из парней какой-то ключ.

Тот принял его из ее рук с кривой ухмылкой на лице. Подойдя поближе, она что-то ему прошептала, и он кивнул.

― Идем.

Приобняв за талию, парень потянул меня к выходу из зала; еще двое последовали за нами. Они смеялись и негромко переговаривались ‒ я не знала, о чем у них шел разговор.

― Красотка, ― услышала, как один из них сказал другому.

― Арина, да? Катя говорит, что ты любишь веселиться! ― усмехнулся сероглазый.

― По-моему, она тебя не слышит, ― заржал один из парней.

Мне было безумно трудно сосредоточиться на происходящем. Кажется, кто-то спросил, люблю ли я веселиться? Мой ум, было, сконцентрировался на этом вопросе, но внезапно на меня накатил новый приступ дурноты.

― Меня тошнит, ― я начала вырываться из их рук.

― Отпусти ее, пусть сначала проблюется!

Кажется, они довели меня до входа в туалет. Передо мной возник узкий коридор, выложенный белым кафелем, и я с трудом достигла его завершения ‒ мое тело было непослушным, тяжелым и неповоротливым.

Сознанием все еще владело предчувствие надвигающейся катастрофы, и одновременно меня так до конца и не отпустила та радостная эйфория ‒ как подобные вещи могли соседствовать друг рядом с другом, я и сама не могла понять.

Взглянула круглые на часы, висевшие на дальней стене между рядами кабинок ‒ маленькая стрелка находилась между семью и восьмью, а большая указывала на шесть. Если это не было галлюцинацией, то с начала вечеринки прошло всего полчаса.

Полчаса! Как это вообще возможно? Мне казалось, я уже целую вечность круги наворачиваю по этому бесконечному лабиринту.

Приступ дурноты исчез сам собой ‒ меня снова так и не вырвало. Склонившись над раковиной, включила холодную воду, зачерпнула ее в ладони и приложила к горящим щекам. Мне необходимо было хотя бы попытаться привести мысли в порядок.

Я должна была немедленно покинуть вечеринку ‒ эта мысль все еще была основной в моей бедной, лишенной разума голове. Что-то произойдет, если я этого не сделаю ‒ что-то очень, очень плохое!

― Ариша? Вот уж кого не ожидал увидеть! Ты что тут делаешь? ― раздался за спиной знакомый низкий голос.

Увидев в зеркале очертания Руслана Орлова, я медленно обернулась.

Выйдя из одной из туалетных кабинок, парень направился к раковинам, не отрывая от меня удивленного взгляда.

«Может, это очередная галлюцинация?», возникло предположение в моей голове. Контуры стоящего передо мной человека слегка расплывались, подрагивали. Изображение перед глазами в очередной раз покрылось цветастой рябью.

― Туалеты перепутала? Это вообще-то мужской, ― хмыкнул Руслан.

Я так ничего ему и не ответила. Точнее, я попыталась подобрать какие-нибудь слова, но у меня это как-то не получилось.

― И что это на тебе надето? Ну, и вид, ― покачал головой. ― Не спорю, тебе идет красный цвет… но в таком виде, кроме меня, на тебя никто не должен смотреть! Да ты почти голая!

― Это Катино платье, ― наконец, пробормотала я.

― Вот пусть Катя его и носит, для нее в самый раз. А что случилось с тем платьем, которое я тебе прислал? Не понравилось?

В голове мелькнул образ того чудесного наряда Золушки.

― Очень красивое, ― ответила намного позже, чем стоило бы, ― спасибо.

Подойдя ко мне еще ближе, Руслан вгляделся в мое лицо.

― Сколько же ты выпила?

Встряхнув головой, еще тяжелее оперлась на раковину.

― Я не пила.

― Ну, да, конечно. Ты же на ногах едва стоишь! Вот вам и отличница, хорошая девочка, ― засмеялся парень. ― Но, как говорится, в тихом омуте…

Я продолжала слегка бессмысленно пялиться на него. В том, что передо мной действительно стоял Руслан Орлов, я была уверена лишь на пятьдесят процентов. Может, мое подсознание так хотело, чтобы он был рядом, что просто навоображало его присутствие в этой комнате?

А ведь я действительно очень хотела пойти с ним на эту вечеринку. Почему же не пошла? Я уже и не помнила… И сейчас, конечно, и не вспомнила бы. Уж точно не в этом состоянии.

― Ладно, идем, помогу дойти до твоей комнаты, ― обхватил меня руками.

Опершись о него, прижавшись к нему, я наконец почувствовала себя в полной безопасности. Мое сердце наполнилось теплым доверием, признательностью за эту заботу. Я знала, что должна была как можно скорее покинуть вечеринку, но так же понимала, что сама никогда не смогла бы выбраться из спортивного комплекса. Но Руслан мне поможет, он не допустит, чтобы со мной что-то случилось!

Посмотрев в его блестящие черные глаза, прикоснулась к лицу, провела по щеке, по чувственным губам самыми кончиками пальцев. Мне давно хотелось это сделать, просто раньше я себе не позволяла. Красивый. Очень красивый.

Татуировки словно ожили, начали двигаться по его коже в каком-то буйном страстном танце ‒ деревья качались на сильном ветру, орел махал крыльями, лев, наконец, настиг свою несчастную жертву, впился в нее острыми клыками, начал отрывать от нее кусок за куском.

Лицо Руслана приблизилось к моему, я ощутила вкус его губ… и его губы стали для меня самой жизнью ‒ горячие, нежные, требовательные, они лишили меня последних остатков разума. Ощутила неторопливые, беспощадно-ласковые движения его языка. Прижалась еще сильнее к этому железному торсу, обхватила руками мускулистую шею. Как давно мне этого хотелось, как не хватало этих крепких надежных объятий!..

Сердце чуть не разорвалось от чувств, я задохнулась, с трудом перевела дыхание.

Волной счастливой теплой эйфории меня подняло куда-то к облакам. И меньше всего на свете мне хотелось снова вернуться на эту холодную мерзлую землю…

* * *

Господи…

Пошевелившись, потянувшись, я поняла, что все еще жива. А жива ли? Мое тело словно налилось свинцом, наполнилось смертельной тяжестью ‒ движения стоили мне неимоверных усилий. Нещадно хотелось пить.

Хуже другое, мое душевное состояние так же оставляло желать лучшего ‒ рядом со мной словно находился дементор (если вы понимаете, о чем я). Гадкое ощущение. Темно-серое, тошнотворное, депрессивное.

На месте памяти о вчерашнем вечере в моем мозгу зияла пустота, находился черный провал. Последним моим настоящим воспоминанием были наши с Катей сборы на ту вечеринку в спортивном комплексе. Соседка одолжила мне платье, накрасила губы яркой помадой.